Ничего не видели, проходите!

Рассвет уже наступил. Солнце освещало купола собора за  рекой, велосипед и удочки Петра, а он продолжал спать на берегу у тлеющего костра. Сквозь сон услышал, будто земля дрожит. Приоткрыл один глаз. Ничего не видно. Открыл оба. Потер их кулаками.
 
Поднялся во весь рост и оглянулся. В утреннем августовском  тумане увидел зеленую спину громадного Чудища. Оно ползло  прямо к нему по лесной дороге. От неожиданности голос временно отобрало, но голова соображала.
 
- Страх может тело лишить помощи от рассудка человека, - вспомнил Петр  слова отца. Только не надо паниковать.

Если это внеземная цивилизация, то она не должна быть злой, - начал рассуждать Петр. - Либо ей будет не интересно вступать в контакт с ним, троечником. Нельзя им показывать, что я их боюсь. Надо поскорее улизнуть домой, на стареньком «Орленке».
 
Наспех смотав удочки, рванул с места. Садок  с рыбой забыл. Гнал свой велосипед изо всех сил. Анненберг - их родное село, ведь рядом! Десяток минут езды. Переехал деревянный мост.  Оглянулся.  Чудище  - за ним!  Толстое,  зеленое, длинное, метров двадцать.
 
Чудище, фыркая, осторожно выехало на мост. Деревянный мост кряхтел, но держался. И только, когда кабина уже стояла на правом высоком берегу, настил не выдержал. Хвост Чудища провалился. Торчали бревна на краю проломанного деревянного моста.  Но, видать, очень сильное и мощное оно! Заурчало и поползло вверх.  Гналось за ним?!
 
- Не догонит! - Лишь бы велосипедная цепь не слетела!

Пулей пронесся Петр возле Пристайловского собора, где  его крестили в детстве. Колокола молчали! Выскочил на прямую дорогу. Помчался мимо семи скифских курганов, подслеповато выглядывающих из кукурузы. Еще чуть-чуть и он бы успел к своему дому. Так коровы помешали!

На него шла большая череда коров, а сзади остановилось Чудище. Заняв всю дорогу, оно пронзительно сигналило. Но коровы ни на шаг не отступили. Безразлично шли вперед, подбирая на дороге старые сапоги, или ботинки. Жевали их.  Принюхиваясь, обтекали Петра и зеленое Чудище двумя потоками.
 
Но, уже  почти не страшно Петру. Вот сельские мужики  махорку курят. Бабы с бидончиками несут сдавать утреннее молочко в  пункт приема! Вот мама гонит в череду их корову  Лыску.
   
Бабы в белых платочках и молодые Нагоринские девчата, тоже с бидончиками молочка, застыли возле дороги в изумлении. Те, что постарше крестились, поглядывая на Чудище. Некоторые же, указывали друг-другу на него пальцами и покачивали головами.

- Ничего не видели! - Ничего не видели! – закричал собравшимся молодой капитан, выпрыгнув  из кабины зеленого Чудища. Перепоясанный ремнями, с пистолетом в кобуре, полевой сумкой через плечо.

Вслед за ним молча вышли автоматчики в черных масках, с коротенькими автоматами. Они быстро обступили Чудище по периметру, защищая его от коров и людей.
Мужики продолжали курить и перешептываться  между собою. Бабы остановились за спинами мужиков, но  тоже смотрели на Чудище, а девчата с любопытством рассматривали молодых охранников.

- Вы ничего не видели! - Ничего не видели! – истерично и угрожающе кричал молодой капитан.

-Та ну,  как же ничего не видели? – не выдержал дед Сашка, почему-то, нацепивший в тот день на видавшую виды гимнастерку свою медаль – «За  отвагу». – Это же рОкета! Только зачехленная. Небось, если Москва прикажет, долетит до Берлина или Парижа!
 
- Это рОкета! – начали повторять вслед за дедом Сашкой осмелевшие бабы. - Как же так, «ничего не видели». Рокета же!
 
- Рокета, рокета! - пронеслось в толпе зевак.  - Видать Москва им команду такую дала, передислокация, - рассуждали мужики, бывшие фронтовики.  До Америки, пожалуй, не долетит. А то, небось, бахнуло бы, как в Хиросиме!
 
Девяностолетняя баба Прися, бывшая когда-то няней ясельной группы, как всегда  смело и неожиданно, вмешалась своими рассуждениями.
 
- Люди добрые, вы ведь знаете, в Америке миллионеры живут! Не то, что в нашем селе Анненберг, одна голытьба! Наши дети, кроме картошки с селедкой, ничего  вкусного не видели!  Молочка не хватает! Но, если вдруг, кто из нас не сможет сдать триста пятьдесят литров, то должен купить в городе масло и сдавать взамен! Где колхозникам деньги брать?

- А они, в своей Америке, небось, каждый день разные твердые сыры жрут, колбасы копченные и сосиски. - А что мы - что? Недавно Никита Хрущев заявил на весь мир, что у нас в стране ракеты делают, как сосиски. О времена, о нравы!

Ракетчики явно волновались.  Теряли драгоценное время. Ракета, чуть вздрагивая от гула мотора тягача,  без дела стояла  в центре солярного знака, образованного пересекающимися улицами села. Слева от нее виднелась братская могила воинов-освободителей села. Рядом располагался колхозный клуб, чуть дальше – школа с посаженными кедрами. Их семена, лет десять назад,  привезла из Сибирской ссылки учительница начальных классов, Полина Яковлевна.

- Я понял, вас недавно  сюда прислали, а старый полк, с ядерными боезарядами, отправили тайно на Кубу!-  громко затараторил всезнающий дед Сашка. - Это для того, чтобы держать под прицелом Вашингтон и половину авиабаз ядерных бомбардировщиков США! Я знаю, этим мероприятием командовал маршал Баграмян.
 
- Что вы несете, откуда  вы все знаете!? – недовольно перебил его капитан.

- Знаю! – без стеснения ответил  дед,  разведя руки ладонями вверх, будто медитируя. – Уверен, что  от самого  рождения знания есть во всех людях!

- Дед, мы тебя заберем с собой и будешь медитировать, пока не научишься решать дифференциальные уравнения и держать язык за зубами! – перешел угрожающе на «ты» капитан.

- Кто знает дорогу на Михайловку? – тревожно и отчаянно начал спрашивать мужиков капитан, когда коровы, наконец-то, прошли и пыль немного уселась.  Он достал из своей полевой сумки карту и развернул перед мужиками.

- Та, вот так, вот так надо, - хором загалдели мужики, жестикулируя руками. Видно, что каждый из них хотел помочь  защититься от загнивающего капиталистического Запада.
 
- Ну что вы мне руками показываете, - возмущался капитан. – Нам надо дать круг, Москва приказала! И ракету поставить на место. А мы дороги не знаем. Здесь у вас, почему-то, все только  проселочные!

- Да, вот поезжайте мимо Червленого и Кургана, потом – влево, чтобы объехать вокруг Дубравы, - продолжали советовать мужики. Дубрава там, где был в древности мощный сухой гейзер! Потом повернете на Михайловку! А еще, можно ехать мимо этого, как его…
 
- Да, что вы мне? – Садитесь в тягач кто-нибудь, дорогу покажете! - попросил  капитан, перебивая мужиков.

- Я знаю дорогу, товарищ капитан! - Возьмите меня! – бойко вызвался дед Сашка.  Надо ехать чуть выше Псла. Потом, маневрируя, повернуть влево, на Васильевскую дорогу. Посмотрите, у вас же Псел на карте обозначен! Он начинается недалеко от Прохоровки.
 
- В тех местах, на Курской дуге, я воевал, - гордо проговорил дед Сашка, поглаживая свою медаль на груди. - Сегодня,  23 августа, у меня двойной праздник! Это день рождения моего командира - Александра Васильевича Чапаева,  и день нашей победы на Курской дуге! Мы ведь с ним и  наш город Лебедин освобождали! Я все знаю и помню!

- Дед, отцепись! Уйди – зло отбрил его капитан и добавил какое-то бранное словечко. - Уберите  этого деда!

Тогда мужики, наблюдавшие за перепалкой,  выперли вперед молчавшего Ефима, учетчика сельского. Был он моложе других, не воевал.  Маленький ростом, но грамотный. Все села и проселочные дороги вокруг знал.  Подсадили его в высокую кабину тягача.

- Прощай, теперь труба тебе! – еще и подсмеиваются над ним одногодки.  - Держись там!  Последний раз видим тебя! Мы тебя не никогда забудем!

А бывшие фронтовики были молчаливы и сдержаны. Многое ведь пережили на войне. Не смеялись и даже не улыбались,  сочувствовали, провожая Ефима, как на фронт. Надо же помогать нашим солдатам.
 
Ефим восседал в кабине грозного ядерного  ракетного тягача, а заботливая баба Прися еще и узелок с творогом ему подала. На дорогу.
 
Тягач с мощной ракетой, издали похожий на чудище, фыркнул и потащил ее дальше  полевыми дорогами. Мужики разошлись по колхозным бригадам, а Петр поехал домой.

На следующий день Ефим, счастливо улыбаясь,  героем   вернулся в село!  Завклубом даже вывесил боевой листок о том, как Ефим Ветер помог ракетчикам. Но парторг, увидев этот листок на двери конторы, снял его и спрятал в карман.

- Секретная информация! - Ничего не видели, ничего не слышали!!


Рецензии
Эх, за деда обидно. Всю войну прошёл, герой, а ему "тыкают" и "посылают" - никакого уважения! На примере одного рассказа показано отношение власть имущих к фронтовикам и ветеранам в целом.

Алёна Сеткевич   10.07.2021 21:27     Заявить о нарушении
Алена! Благодарю за сопереживание!

Александр Стадник 2   12.07.2021 15:54   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.