Сократ. Поколение Индиго

     Миловидная молодая казачка с Дона приехала в лихие 90-е в столицу на заработки. И сразу попалась на глаза начальнику охраны рынка. Бывший чекист представился вдовцом. Он устроил пышногрудую казачку в рыбный отдел продавцом. Через месяц она забеременела. Счастье, казалось, было так близко. В период перестройки все «черкизоны» жили на «птичьих правах». Но каждая приезжая мечтала «зацепиться» в столице, выйти в люди. Однако ребёнок казачке мог помешать её планам. Поэтому, когда начались схватки, она уехала в ближайшую деревню. Родила мальчика, дала ему имя Юра, как у чекиста. Бросила его в роддоме и укатила обратно в станицу, где её ожидали изголодавшиеся маленькие детишки, оставшиеся с бабушкой.

      Так маленький казачок попал в детский приют, где, цепляющийся за жизнь малыш, несколько раз менял кормилицу. Они не соглашались давать ему грудь. Говорили, что он слишком жадный, что сосет с остервенением за двоих и тем самым лишает молока других грудных детей.
- Этот сосунок высосал меня до дна. Он набрасывается как взрослый мужик. Всё, хватит, кормите его козьим молоком или смесью.
  И только одна тихая женщина терпела «маленького мужичка» со стоном, потому что была глубоко верующая, православная.
 
      Бывшая заброшенная усадьба князя Воронцова в три этажа с обшарпанным фасадом утопала в неухоженном заросшем парке вековых деревьев на возвышенности, а за ней белела березовая роща. Далее протекала змейкой речка. Над облетевшим садом с утра до сумерек кричали галки, вороньё, носились тучами над голыми вершинами сухих стволов, накликали ненастье. За речкой на высокогорье хорошо видны позолоченные луковки церквей. Они оберегом влияли на людей и поместье старой архитектуры. На парадном фасаде рядом с табличкой «Памятник архитектуры» висела и другая  – «Детский дом им. Макаренко А.С.». В той княжьей усадьбе каждая вещь имела историю, даже ночные призраки здесь титулованы с лампасами.
     В таких домах дети взрослели рано. Надо было учиться выживать в этом недетском «естественном отборе». Любовь взрослых не доходила до всех детей. Юре Шаталову повезло: умный, цепкий от рождения мальчуган сразу приглянулся умудренному жизнью директору Ивану Григорьевичу. Юра от детей дома даже кличку получил философскую – Сократ.

    По субботам в Детдом заезжали «будущие родители», осматривали детей, но редко кому везло: уезжали ни с кем. Но каждый ребёнок мечтал о таком чуде – обрести себе маму и любовь взрослых. В детских глазах читалось ожидание мамы.
    За Сократом приезжие охотились, однако парню совсем не хотелось терять свободу и расположение коллектива. Как-то богатая пара получила от него отказ. Они пытались задобрить вечно полуголодного растущего парня чёрной икрой и гусиным паштетом, но капризный упрямец твёрдо заявил:
- Я не буду даже пробовать ваше угощение, а вдруг икра мне понравится? И, завтра я захочу еще раз, а её не окажется рядом. Я буду страдать от этого. А я не хочу страдать. – Пара от недоумения посмотрела на директора. И тот философски перевёл им такой странный отказ «непутёвого» мальчугана:
-  Дети выбирают родителей, а не наоборот, – уже отдельно от воспитанника сказал он им. - Мальчик сложный, ждёт своих опекунов по духу, по судьбе. Выбор остается за ним. Извините, но у нас такие правила.
 
     Юра опекал маленькую Катю, похожую на Мальвину, и всячески её поучал:
- Катюша, ты не правильно дышишь. Надо вдыхать счастье, а выдыхать добро, - улыбаясь, показал ей с юмором, как это дышать на счастье. Находясь рядом с девочкой, он глубоко втянул в себя аромат теплого пара, который распространялся от Кати, как от его последней кормилицы, смешанный с запахом карамельного ладана. Он готов был впитывать этот запах вечно. Запах детства.

    Воспитатели, особенно женщины, разговаривали с ним как со взрослым. Иногда он давал жизненные советы, как устроить личную жизнь. Сократ говорил с ними будто ясновидящий. Мальчик был целеустремлен, у него все горело в руках.
   Воспитателей поразил разговор мальчика с приезжими «родителями». Профессор с молодой женой говорят ему:
   - У вас здесь как-то холодновато, темно и не очень-то по доброму. Поехали с нами, у нас тебе будет хорошо жить.
- А вы знаете, вы не правы, - держал ответ Сократ. - Дело в том, что темноты не существует. Темнота, в соответствии с законами физики, есть отсутствие света. То, что мы считаем холодом, в действительности является отсутствием тепла. Зла также не существует. Зло это просто отсутствие Добра, Бога. У нас здесь всё есть. Мы просто экономим электроэнергию. – Пораженная ответом, семья профессора молча встала и направилась к выходу, поглядывая на воспитателей: «Куда мы попали?»
- Пойдём, милый. Хватит нам и одного профессора в семье, - уводя изумленного мужа, бросила на ходу молодая женщина. - Я опять ничего не поняла. О чём он?

     Драки между детьми случались почти каждый день. Старшие имели всегда привилегии и самый лакомый кусок. От драк маленькие сжимались и прятались по углам, как улитки, в свою скорлупу. Сократ дрался ожесточенно против наголову выше местных хулиганов, дрался в кровь. И один в поле воин, если есть за что воевать. «Старики» начали против него группироваться. И тогда Юра сколотил вокруг себя «кулак» из крепких пацанов, дружину, и стал править в разрозненном доме по типу новгородского вече. Все споры разбирались справедливо и без потасовок.
     Как-то Юра с детдомовцами попросил усталого от забот директора пригласить к ним штукатурщика – маляра и научить ребят незамысловатому ремеслу. Через несколько дней усадьбу не узнавали. Обшарпанность исчезла, фасад засиял бежевым колером.
    Затем по инициативе Юры приглашались садовник, дизайнер, банщик, повар… в саду появились дорожки и клумбы с цветами, дети посадили вишневый сад. Возле реки строилась резная баня с резным палисадом.

   Но больше всего маленький вундеркинд любил петь и играть на музыкальных инструментах. В усадьбе зазвучала музыка. По выходным детский вокальный ансамбль выступал с целым концертом. Юра имел широкий диапазон голоса, пел с переливом звуков и чувств.
   У детей появился смысл жизни, интересы, увлечения, а директор с воспитателями при минимальной помощи извне, смогли добиться достойного материального и духовного уровня их заброшенного учреждения, воспитывающего будущих граждан страны.
   Дети росли, вместе с ними росли их возможности и силы. Юрий вырос высоким и сильным, настоящим лидером. Если что-то надумал, то брал упорством, наверняка. Впереди всех ждала самостоятельная, сложная, иногда несправедливая, но заманчивая жизнь за забором их родной усадьбы.

    Июньским летом, когда ещё цвела сирень, а в парящем воздухе появился первый тополиный пух, в усадьбу с благотворительным концертом заехала певица Дарья. После бурных аплодисментов искушенных детей, творческий ответ держал юный ансамбль. Юра пел и играл на укуле;ле — гавайской четырёхструнной миниатюрной гитаре, подаренной одним заезжим бизнесменом. Дарья была покорена и предложила взять шефство над молодым талантом, чтобы продвигать ростки дарования. На пересечении сотен дорог случайно сталкиваются люди, не зная, что вся их прошлая жизнь была подготовкой к этой важной для обоих встрече.
   Начались гастроли юного артиста. Заработок парень честно вкладывал в развитие детдома и музыкальную аппаратуру. Каждый раз он с трепетом возвращался в места детского гнездования, в обитель добра, с подарками для детей и директора, который отпускал его под свою ответственность.
  Юрий отовсюду привозил идеи по обустройству усадьбы княжеского детства. Из сада он сделал парк «Восьмое чудо света». На входе надпись словами писателя Чехова гласила: «Если бы каждый человек на своем клочке земли сделал всё, что он может, то, как бы прекрасна была земля наша».

 - Жизнь коротка, а добрые дела вечны! – любил поговаривать юный мудрец Сократ. Временами жизнь делается похожей на музыку, и он пел там, где находился в этот момент. А временами рядом садилась подозрительно тревожная тишина.  В предновогоднюю ночь над облетевшими тополями поднялась багровая луна - вещунья, и тогда сад казался зловещим от ее пронзительного света. Прорицательница сулила что-то недоброе.
    После шумного празднования Нового 2014 года над усадьбой нависла чёрная большая туча. Местный олигарх решил прихватить в собственность красивую архитектурную постройку, а детей разбросать между детскими домами. Тревога змеею вползла в сжавшиеся сердца детей и воспитателей дома. Директор ходил мрачнее тучи. Началась осада. Силы были не равные. Однако жадность нувориша, не знавшая предела, помогла в этой борьбе. Его долларовые кредиты попали под дефолт и бизнес обанкротился. А рэйдерский захват остатков его активов разорил вконец. Было бы несчастье, да несчастье помогло.

    Гастрольный чёс Дарьи и Сократа (такой он взял себе сценический псевдоним) проходил наскоро. В день артисты могли проехать несколько городков. Даша частенько переодевалась прямо перед парнем, когда не хватало на всех отдельных гримерных. Стройная, женственная, с гладкой белой кожей, в стильном белье, она сначала смущала смелого юношу, а потом стала как-то вдохновлять. И он смотрел уже на неё по - другому, как на женщину. А она вроде бы и не замечала или делала вид: все артисты так переодеваются. Даша женским чутьем поняла, что она ему нравится. У них была разница в возрасте 15 лет: ему шёл уже 17-й год.

     После очередных гастролей она предложила директору взять опекунство над Юрой, как бы усыновить. Директор увидел радостный взгляд парня и согласился. Взяла как сына, а через год оказалось… мужа. Юра все больше привязывался к Даше. Его увлекало все, что они делали. Постепенно дружба переросла в юношескую влюблённость. Он раскрыл ей свои чувства и они оказались взаимными. Они стали жить вместе.
- Я люблю тебя, Юрочка. Но мы не можем расписаться. Во – первых, я твой опекун, а во – вторых, я не смогу родить тебе ребёнка. Ты ведь захочешь иметь своих детей, да ещё не одного?
- Ничего, милая моя Дашенька. Это совсем не обязательно. У нас их вон сколько - целый дом детский. 
     Многие певицы, артисты ради карьеры, славы совершали в молодости ошибки, и больше уже не могли забеременеть.
- Если у тебя появится любимая девушка, то я не буду против. Я пойму. И даже буду нянчить вашего ребёнка, - как в воду смотрела.

     К этому времени детдомовская красавица Екатерина уже подросла, её взяли в семью родители, и училась в институте культуры. Она часто думала о своем возмужавшем кумире, вспоминала лёгкие отношения с Сократом, и считала его своей первой любовью. Как-то они случайно встретились, оба посетили встречу выпускников детдома.  Была симпатия к ней и со стороны парня. В общем, через некоторое время они с Катей решили пожениться, и он собирался сделать ей предложение.

   Как вдруг неожиданно забеременела Дарья…

   Прошло три года. На сцене большого города выступал заслуженный солист эстрады Сократ. Он пел о любви к родине, к женщине, к детям. Пел на четыре октавы в голосе и от такого диапазона и душевного исполнения публика взрывалась аплодисментами после каждой песни. Благодарные зрители несли этому симпатичному высокому вокалисту цветы и подарки, среди них можно было выделить двух женщин с маленькими девочками. Обе женщины выглядели счастливо, и каждая была счастлива по своему. То же солнце, те же звёзды светили над миром, но уже всё было для них по - другому.


Рецензии