Чужие воспоминания. Дизайнер

Как это ни странно, но свежеиспеченный на улицах Иркутска не раздают, поэтому на него придется зарабатывать.
Чем я только не занимался в своей жизни.
Я был электромонтером, грузчиком, руководителем детского кружка по художественной обработке металла, руководителем вокально-инструментального ансамбля, плотником, столяром, резчиком по дереву, музыкантом джазового оркестра, музыкантом похоронного бюро, художником – оформителем на товарно-закупочной базе, экспертом – криминалистом, охранником банка, диктором на н-ском телевидении, директором рекламного агентства и т.д. Поэтому и полагал, что найти работу в Иркутске не составит большого труда.
                Я обложился газетами и сосредоточился на объявлениях.
 «Требуются грузчики без в.п.» (грузчик, и без вредных привычек,  это, уверяю вас, нонсенс. Я сам как-то раз был грузчиком.) далее вовсе зловещие, прямо-таки готические профессии: «кочегар на мазуте, выбивальщик литья и зуборезчик.»
Требуется черный прораб ( этого мне и представить страшно)
Требуются охранники славянской внешности.
Требуются официантки, возможен карьерный рост (!)
                В рекламно-издательскую компанию требуется агент. Приятный внешний вид.

                -Вам агент нужен? У меня как раз весьма приятный внешний вид.
-Извините, а сколько вам лет?
-Семьдесят три, семьдесят четыре скоро будет… в этом году. На том конце  бросили трубку.
Нет, это все не для меня. Мне отчего-то захотелось стать  дизайнером. Это мне  ближе.

-А что делать умеете? – спросила девушка менеджер.
- Да все!
-Все,- означает ничего,- банальщиной ответила девушка.
Бедная, бедная, живешь среди лжецов и бахвалов, и в великих мухосранских мастеров   не веришь, да и не знаешь даже, что такие могут быть. Видела бы ты, какое мозаичное панцо я могу выложить за какие-то пятнадцать – двадцать минут стучания по клавиатуре.
-Заполните анкету, пожалуйста.
Делать нечего, заполняю анкету. Смешная такая анкета. Я  вероятно, крепко сдружился бы с человеком, который ее сочинил.
«Перечислите ваши хорошие качества.» Сижу, и никак не могу вспомнить, какие хорошие качества вообще существуют. Заело что-то в голове. Плохие, пожалуйста,- хоть сто.
-Девушка, а вы знаете какие-либо хорошие качества? Девушка задумывается. И она о хорошем не помнит. Грустно это.
Девушка вытягивает из ящика стола чью-то анкету и молча подает мне. Хорошие качества из этой, чужой анкеты, меня не впечатляют. Не так уж они и хороши. Нужно какие-то еще лучше.
- А дайте еще анкетку.
Дает еще две. Обнаруживаю, что обе поданные мне анкеты датированы 2006 годом.
– Стало быть и мою туда же ? Девушка глупо улыбается, видимо не поняв о чем я говорю.
Ладно. Отобрав понравившиеся мне «хорошие качества» перехожу к графе «плохие». Впрочем, здесь я решительно ставлю длинный прочерк. Далее, расставляя приоритеты в «семи качествах честного труженика», я принялся размышлять, перечеркивая, рисуя стрелки и заключая какие-то чрезвычайно важные, на мой взгляд, вещи, в жирные, черные рамки.
В итоге анкета стала похожа на черновик свихнувшегося математика. Внизу, как полагается, я начертал длинную, витиеватую подпись, и вполне удовлетворенный результатом отдал бумагу менеджеру.
 Быть может я и принял бы хозяина такой анкеты на работу, потому как налицо признаки природной жизнерадостности, но кроме меня никто бы его, бедолагу, не взял. По крайней мере, я был в этом абсолютно уверен. Каково же было мое удивление, когда на следующий день меня попросили зайти на собеседование.
-Вы как-то уж слишком  хороши для нас, - сказала директриса. Если конечно верить анкете. Я многозначительно хмыкнул: дескать,- как не верить анкете?!
-И что же, ни одной дурной привычки? Пьете?
Переборщил со стрелками и рамками, -понял я.
- Композитор Вагнер выпивал литр одеколона в месяц, отсюда и музыка. Слышали Вагнера? тра-та-та – Гибель богов.  Я за всю жизнь сочинил всего несколько тактов, но это было ой как давно. Курю. Но это совсем не вредная привычка. Разговорился я…….Сейчас, минутку. Очень интересная история.  Разговорился я как-то  с человеком, который искал мост через реку Ушаковку. Так вот, помимо всего прочего человек этот  и вовсе утверждал, что курение полезно. Я встретил его на пыльной дороге улицы Култукской. Я, пожалуй, не стану рассказывать, как я искал улицу Култукскую, хотя это сама по себе не менее захватывающая история.
Директриса согласно кивнула. Слушать рассказ про улицу Култукскую она явно не хотела.
-Так вот… Сосед того мужика, что искал мост через  реку Ушаковку, То есть не сосед искал, а искал мост мужик, а сосед его, как раз и впал в летаргический сон. Я его, помню, тогда спросил:  а как  долго он проспал? И приготовился  услышать что-то  совершенно необыкновенное.
-Восемь с половиной часов, - сказал мужик и  задумчиво поглядел на выцветшее июльское   небо.
- И представляешь, что самое интересное,  он проснулся оттого, что страшно захотел курить.
-А откуда он узнал, что это был летаргический сон?
Мужик критически измерил меня взглядом. Я смутился. Стыдно не знать таких простых вещей.
Самое смешное, что  есть люди, утверждающие, что никакого летаргического сна не существует. Как вы на этот счет? По-вашему существует? А?
В офисе повисла нездешняя тишина, и в этой тишине,  оглушительно, словно  это была двадцатиметровая мачтовая сосна , на столешницу упал карандаш.
Директриса вздрогнула и поглядела на часы.
-Какие перспективы видите в дальнейшей жизни?
- Да бог с вами,- отмахнулся я совсем уже по- свойски. Какие перспективы?! Поживу еще немного и помру. А вы, свои, видите? Я уставился на нее, а она на меня. Так мы и глядели друг на друга с полминуты. Наконец она отвела взгляд. Сейчас выгонят, - понял я.
Но директриса так не могла. Она  еще не поставила логическую точку.
-Каковы ваши зарплатные ожидания?
Вот здесь я сплоховал. Я рассудил, что скажи я тысяч семьдесят-восемьдесят, так ,пожалуй, и за издевку все примут. Слишком уж откровенная ерунда. В этом городе зарплата дизайнера чуть меньше зарплаты дворника. Я и сказал, что двадцать шесть тысяч меня на первое время устроят.
 -Этого мы вам платить не сможем,- с облегчением сказала директриса, и монализовой улыбкой показала, что разговор закончен.
 -Вам стоит в других фирмах работу поискать. Я почему-то уверена, что найдете.
 Врет, ни в чем она не уверена. Но дабы продолжить начатое веселие в те самые «другие» фирмы я все-таки пошел.
-Здрасти! Это рекламное агентство?
-Да, да. А как вы  про нас узнали? Из газетной рекламы?
-В Монголии, в поезде. Там все о вас только и говорят.
 -Гы-гы!

-Где эта чертова типография?
-Эта, как вы выразились «чертова типография» в аккурат на улице Чехова.
- Я исходил всю улицу, названную именем великого русского писателя Чехова, и никакой типографии там не увидел.
-Ищите,  она есть.
Да, конечно, все так, «Типография на Чехова». Очень правильно местоположение. Если и располагать что на улице имени Чехова, то типографии, редакции и Дома литераторов
Но писательская организация г. Иркутска расположена на улице  разбойника Степана Разина. И это очень показательно.
Потом я долго искал какую-то Лену, к которой мне посоветовали обратиться по поводу работы, потом какая-то Лена объясняла мне, как найти какую-то Маргариту.
-Перейдете на ту сторону улицы, там, с торца дома, за кустами акации, -лестница. Ровно три ступени. Не заблудитесь. Спросите Маргариту.
-Хорошо.
Маргарита с отечным лицом и сбитыми в кровь локтями сонно протянула, тыча пальцем в монитор.
– Это вы нарисовали?
-Это Пиросмани,- ошарашено ответил я.

 После «чеховской» типографии были какие-то бесчисленные «бренды».
-Как, как?
-«Бренд кампус»
-Как?
-Да «Бренд кампус» же!
 Я не знаю, что это означает. Да мне и не интересно.
-А-а, дизайнер?! Дизайнеры нам крайне нужны. Очень хорошо, что вы позвонили. Только  у нас высокие требования.
-Прекрасно.
-Оставьте портфолио.
Оставил. Номер телефона оставил.
-Директор вам позвонит.
На следующий день позвонил, но не директор, а я сам.
-И как, понравилось портфолио?
Директор еще не смотрел. Он посмотрит, позвонит.
Прошел день. Прошел еще один.
Набираю уже заученный номер. Трубку взял сам директор.
-Ах, да, - дизайнер. Дизайнеры нам нужны. я сейчас посмотрю ваше портфолио, и сразу же  вам позвоню.
Прошло еще два дня. Я уже плюнул а этот « кампус» и  совершенно забыл о его существовании.
Вдруг – звонок.
-Он посмотрел ваше портфолио. (Здравствуйте, Михаил Афанасьевич! ).
-Он, директор, в течении дня вам позвонит.
Прошло еще три дня. Я даже сомневаться начал: а был ли мальчик? Может привиделось и прислышалось. Зной, духота, теплая «абрикосовая», наваждение, пар, миражи.

Где-то между «типографией на Чехова» и этими, прости, господи - «брендами» я, бредя по улице  увидел на тротуаре перо какой-то большой птицы, по-моему вороны. Когда миновал его,- пожалел, что не поднял. Заточил бы его, накупил бы чернил  и писал бы пером. 
Да я и авторучку-то в руке не очень уверенно держу, (вот что тотальная компьютеризация сделала с людьми), и текст рукописный понимаю плохо, свои же каракули разбираю с трудом, а тут, представьте, -написать что-нибудь вороньим пером.
Заманчиво.
В итоге, через пару недель, я все же нашел место дизайнера. И за приличную, по здешним меркам, оплату, в приличной, по здешним меркам, фирме. И перспективы какие-то мне рисовали. Только надоело мне все это дуракаваляние.

                Иркутск 2007г.


Рецензии