О страшных тенях

   Канарский снова расслабился. В самый неподходящий момент. Во время зимней сессии. Лежал ночью на койке, слушая храп Романа (тот утром всегда уверял, что спит бесслышно, как новорожденный (неудачное сравнение), отводя взгляд от смартфона с откровенно компрометирующим его видео), наблюдая отсветы фар на невысоком и пожелтевшем за годы "зависания", потолке. Канарский восемь лет был на втором курсе. Исправно платил, но не продвигался. Работал и учился. Точнее, работал, чтобы учиться, потому как денег на что-то другое не оставалось. Жил в окружении теней, которые сошли с ночного потолка и разбрелись по округе: у парня было богатое воображение и странная память.

  Сегодня снова был тот косматый леший и бабка в косоворотке. Канарский подумал о том, что не очень доверяет миру, который живёт взаимообвинениями, даже не оправданиями. Лучше бы оправдывались! Так, глядишь, и совесть проснётся. А то сплошной "змей тугарин" (Канарский придумал это выражение после чтения Алексея Толстого, за этой фразой прятал диагностированное его умом желание навесить свои несовершенства на другого).

  "Собственно, если подумать, то тень нужно воспринимать как тень, не выискивая за её спиной (она, вообще-то, плоская!) ни намёки, ни угрозы. Что за глупости! Мышление зависимого трусливого слизняка! Будь, хотя бы, улиткой. Улиткой не на склоне, а на стебельке пижмы. Почему пижмы? Да так, к слову. Слово смешное."

 "Да, вообще, страшные тени - это не пчёлы, что прилетают за мёдом, это комар из статьи   забавного автора "Литературной газеты", кто чем-то напоминает Пелевина (наверное, своим внешним видом инкогнито)".

  Канарский облегчённо вздохнул и перечитал заметку N. про сосущего кровь комара. “Насекомый, что с него взять!“ — подумал Канарский о себе и закрыл глаза. И завалившим сессии нужно спать.


-2-



ОБЩЕЕ ИЗМЕРЕНИЕ и Мензурка с долей яда - квинтэссенцией всех вирусов толпы


- В каком ты измерении, дурочка?
- Ещё чуток троньте, и таяние льдов вызовет всемирный потоп, батенька.
- Эээ... Зачем мне тебя трогать? Эээх, глупенькая...
Послушай старика, закругляй эти свои настроения. Как ты там умеешь? Этот... ну, сама мне расписывала в прошлый раз... Я ещё кимарить стал... и ты заревела как белуга, подумала, что я тебя не слышу и слушать не хочу... что я тоже перфекционист и солипсист, эгоист... Ты назвала его, круг этот, кругом удава Каа, который ловит разбегающиеся мысли-бандерлоги... А я увидел тогда страшную картинку... во сне... И пытался тебя за уши оттащить от этого образа... А ты, ослица, упёрлась.

Вот давай, закругляй обиду... Не держи, отпусти...

Вчера Таня рассказывала, что, как не пройдёт мимо, заглянет к тебе в окошечко. А ты то жжёшь в печке бумаги, то с яростным видом тесто месишь, то глаза безумные возводишь к потолку и волосёнки на голове дыбишь... И ходить к тебе не хочется. Нет в тебе, дорогая, гостеприимства к случайному гостю... А он тоже важен! Одиночество же не значит обида и злость. Это просто выбор. Кому - с людьми, кому - одному... Выбор. Свобода.

- Всё понимаю... Да не могу выбрать... По умолчанию не хочется...
- А по умолчанию только смерть, моя дорогая...
- Всё равно не знаю, батюшка... Почему я не шизофреник? А?... Ы-ы-ы-ы...

- Вот те и поворот! Шизофреник! Да все мы шизофреники тут! Только спасаемся выбором. Лево-право... Трудно... Да...
Но, прощать надо. Себя, других. И прощаться. Пойду я. К другим пойду в их одиночества...

- Спасибо, батюшка!
Привет им всем передавай... Мысленный, от меня..

- А, привет-то... Ага... Тебе тоже всегда передают. Не забывай! Одинокие не одиночки!


Re. Но, есть измерение Einzelganger. Он выпил однажды яд толп...