Маме

Маме – Ивановой (Ждановских) Клавдии Ильиничне

Скоро полгода, как её нет.

К сожалению, наши отношения никогда не были близкими и доверительными, но всё же решила написать о маме небольшое эссе, ведь её любили многие другие, кто даже не знает о том, что её больше нет… Им она отдавала всю себя без остатка – своим ученикам. Мир бывает тесен. Возможно, кто-то из её бывших учеников есть и здесь, на Прозе. Увидит, прочтёт, вспомнит с теплом и благодарностью…

Больше полувека мама преподавала русский язык и литературу. За это время из её рук, души, сердца вышли, наверное, тысячи выпускников… Всегда бралась за самые проблемные классы, за детей из «неблагополучных» семей, несколько лет (в 90-е) работала учителем в московском интернате для детей «с особенностями развития», практически ночуя там… Была и завучем, и директором в московских школах Юго-Западного района. Заслуженный учитель РФ.

Восемь лет тяжёлой болезни и гордый характер («не хочу, чтобы меня видели беспомощной») – как результат: на похоронах только мы – семья.

Помню свою детскую и подростковую ревность к тем, кто «забирал» себе её внимание, время, любовь… Помню высоченные стопки тетрадей... Помню огромные "простыни" с вариантами расписания, когда она работала завучем и старалась учесть пожелания всех учителей...

Урал. Нижний Тагил. Школа в «рабочем» районе города. Дети из «простых» семей, часто у пьющих родителей. Тех, кто легко решает проблемы ремнём. А потому – никогда, даже самые серьёзные проступки учеников, она не выносит «из класса». И постепенно завоёвывает их полное доверие, уважение и любовь. Тот класс я помню лучше всех её остальных — те семь лет, что она учила и воспитывала их, совпали с моим «сознательным» возрастом, моим взрослением. Дома у нас устраиваются вечера – костюмированные «балы», чаепития… Она учит их, детей работяг, танцевать вальс под музыку, звучащую с пластинок… Учит их декламировать стихи – так, чтобы у слушателей сжималось сердце и выступали слёзы… Водит их в театр, на экскурсии…

Однажды приводит домой мальчика. Не помню, где она его «подобрала». Но была зима, поздний вечер, ребёнок отказывался идти домой и сказать, где живёт. Выяснения оставлены до утра, его помыли, накормили, постелили на раскладушке в нашей с младшим братом комнате. А утром его не обнаруживаем – сбежал. Наверное, постеснялся мокрой простыни…

Помню, как, уже в Москве, приезжала к маме в школу-интернат в Фили. Видела, как те, «особенные», дети висли на ней, прижимались всем тельцем, крепко обнимали за шею, не умея по-другому выражать свои чувства… свою признательность за её к ним отношение – как к просто детям, никаким не «особенным».

ЕГЭ… Она терпеть не могла это нововведение, но ЕГЭ так ЕГЭ. И среди её учеников – самое большое число стобалльников по её предметам. Как ей удавалось добиваться таких результатов – загадка… Но потому и Заслуженный учитель…

Она работала до последнего дня, до возраста 76 лет. Потом инсульт и восемь тяжёлых лет… Мамы не стало 20 июля 2025 года. Похоронена на Востряковском кладбище.

Светлая тебе память…
Уверена, что все, кого ты учила, вспоминают тебя с любовью… Прости за то, что никто из них не проводил тебя в последний путь. Ты сама оборвала все связи… Но ведь главное – память. А забыть тебя невозможно.