Зёзя 2

Если уж с самого начала, то это мой друг Вова назвал ее Зёзей, на самом деле она была Легезя. Жгучая брюнетка татарочка с карими глазами,
в которые нельзя было долго смотреть, потому что можно было забыть свое имя
Но я и так не мог в них долго смотреть потому, что был без ума влюблен в ее подругу Ольгу.
Впрочем это другая история и я вам ее уже рассказывал, а вот Зёзя периодически возникала рядом с Ольгой
и все время отвлекала меня от моей большой любви.
Как я уже говорил, она была чертовски хороша, ее раскосые глаза лишь несколько раз заглянули в меня
после чего я понял, что Зёзе я не интересен.

Помню мы виделись трижды

Первый раз в Х, когда приезжала Ольга и зачем -то притащила с собой Зёзю
Мы долго гуляли по городу, потом Зёзя влезла в какую то грязь и мы зашли к Вове, чтобы она отмыла свои сапожки
вот тогда он ее и окрестил.
В те дни я вдруг поймал себя на том, что моя голова сама собой стала поворачиваться
в сторону Зёзи. Но это было очень не во время, тогда я страдал из за любви к Ольге.
Страдания мои были немного странными.
Ольга меня не отвергала, но я продолжал страдать от безвыходной ситуации, ведь тогда у меня уже была Евгения.
Мама говорила мне, что их будет много. Но я думал, что они будут по очереди, а не так все сразу
Согласитесь, вплести в это макраме еще и Зёзю было бы слишком.
Хотя конечно, трахнуть ее было можно, я это чувствовал. Но тут нужны были время и деньги.
Если вдруг увидите раскосые глаза знайте, они бесплатно не дают.
А в то время у меня особо не было ни денег ни времени. Их забирали Ольга и Евгения.
Так что швыряться деньгами без реального бизнес плана я не мог. Мне хватало двух Джульет и я продолжал тихо страдать

 
Второй раз я видел Зёзю в Чертаново, когда приехал к Ольге и она зачем то потянула меня к Зёзе.
В принципе там было прикольно. Мы пили с горла Куантре, потом Зёзя танцевала на столе и что то громко пела невпопад.
А потом я ушел. По моему, я поругался тогда с Ольгой, потому, что не смог остаться.
После этого Зёзя превратилась во что то совсем далекое и ненужное.
Я вернулся в Х и стал снова страдать. Тем не менее, примерно через год, Ольга снова приехала в Х и догадайтесь
с одного раза кого она питащила с собой...? Конечно это была Зёзя. Помнится было какое то веселье
в загородном ресторане. Я по уши заврался перед Евгенией, мне даже стало странно, что она мне продолжала верить,
хотя может ей просто ничего не оставалось как слушать про мои командировки.
Даньги то, какие никакие я приносил и это ее успокаивало.
Тем временем Зёзя снова начала казаться мне соблазнительной. Хотя мне по прежнему нужно было страдать а она меня отвлекала.
Однажды я поинтересовался у Ольги, почему Зёзя все время одна? Неужели у такой барышни нет ухажера? Ольга посмотрела на меня
с подозрением, но ответила, что вроде есть какой-то Фаридсейфульмулюков, но она водит его за нос.
Я хмыкнул про себя, дескать кто-бы сомневался... и на этом все кончилось.

Я стал очень редко видиться с Ольгой и вскоре мой роман с ней сошел на нет, конечно это было по моей вине.
Я осознал, что мои страдания пора заканчивать и нужно возвращаться к Евгении. Я вернулся и стал жить спокойной жизнью.
Но с Ольгой мы остались в хороших отношениях, пару раз в году мы перезванивались, говорили по часу или больше,
а Зёзю я вспоминал только с Вовой, когда мы пили пиво на местном базаре и ржали над этим дурацким именем, которое он придумал.
Затем прошло ещё десять лет, потом ещё, с прошлым меня стали связывать только редкие звонки Ольги по телефону и вдруг
однажды она сказала мне.
- А ты знаешь, оказывается Легезя уже пару лет живет в твоем городе..?
Ей богу, лучше бы она это не говорила. Во первых сам по себе вопрос был глупым. Откуда я мог знать где черти носят Зёзю?
Во вторых, что то во мне сразу зашевелилось или даже дернулось. Точно как поезд, долго стоявший на ночном перегоне, вдруг
трогается с места издавая страшный скрежет.
Я уже набрал воздух в легкие, чтобы спросить где она живет, но осекся. В принципе, я ничем не рисковал, даже если б и спросил
Наши отношения с Ольгой давно прешли из категории Пламя в категорию Пепел, но было все равно неудобно.
-Увидишь ее , передавай привет, - засмеялась вдруг Ольга.
-Она кстати на Фейсбуке у меня в друзьях.

Вечером того же дня я залез на ФБ, отыскал Олину страничку и нашел Зёзю. Я хотел глянуть ее фото, перерыл профиль,
но кругом были незнакомые люди и цветы с кошечками. Я полистал ее профиль ещё немного и решил написать ей сообщение.
Ночью мне снилась всякая ахинея, то мы с Зёзей танцевали танго на столе, то Вова фо фраке, ведущий Зёзю к алтарю в церкви.
Ответ пришел через пару дней. Зёзя не стала заморачиваться просто написала свой телефон.
-Наверное вспомнила, - подумал я и стал набирать ее номер.

Я долго слушал гудки, уже хотел нажать отбой, но вдруг услышал хриплое "Алло"
-Привет, я Никита, я написал тебе в фейсбуке позавчера...
-А, ну да... только я тебя толком так и не вспомнила...

Я пытался представить ее голос тогда, но у меня не получалось, а это низкое, прокуренное меццо-сопрано мне ни о чем
не говорило.

-Нуууу, я встречался с Ольгой в девяностых и ты тоже была с нами несколько раз...
- С Ольгой..?- Зёзя хмыкнула. - Ты думаеш ты у неё один тогда был, что ли...?

Это было неожиданно, нет, ну, я понимал, что Ольга была красивой женщиной и наверняка у неё кроме меня
был кто-то по жизни, но , чтобы именно тогда, в девяностых...
я чувствовал, что начинаю терять интерес к разговору
- Ну, что замолчал ? Разочаровался в прошлом? - Зёзя хрипло засмеялась.
- Не боись, давай пересечемся, поговорим, мож я тебя и вспомню. У неё был какой-то летчик, что ли...?
Высокий такой, ты не летчик ? Сколько тебе лет ?
- Нет, я не летчик. Мы с Ольгой одногодки - ответил я без энтузиазма
- Хммм, кто же ты есть? Я то ее старше на пять лет...

В голове у меня была по прежнему красотка- татарочка, а тут выходило, что ей уже...
Но я решился.

-Давай пересечемся, я не против.
-Тогда приезжай сразу ко мне, я живу у лесопарка. На вЪезде жилой массив, набери меня, я расскажу как найти дом.

Я долго стоял перед витриной супермаркета, не зная, что выбрать. Сначала тянуло к вину, потом подумал о виски, но всё казалось «не тем». Неизвестно, сколько бы я еще колебался, если бы взгляд не зацеплялся за знакомую этикетку — ликер «Куантре». «Возьму, — решил я. — Вспомним молодость».

Как только Зезя открыла дверь, я понял: мой поезд приехал. Пассажиры неторопливо собирались, кто-то сдавал проводнику белье, кто-то снимал чемоданы с третьих полок. Все понимали: это конечная. Зезя выглядела пыльной и замученной: серо-голубой халат, крашеные волосы. Единственное, что сохранило прежний шарм — её раскосые глаза, которые мне когда-то так нравились. Она жила в однушке с крошечной кухней. У окна теснился диван, в углу на тумбочке бубнил телевизор, серые шторы были наполовину задернуты. В комнате стоял запах табачного дыма.

— Присаживайся, — Зезя кивнула на диван. Я протянул ей бутылку. Она поморщилась: — Что это? — Думал, ты вспомнишь. — Что именно? — Чертаново, «Куантре»... — Господи, ты опять о своем. Да я почти ничего не помню. Столько всего было с тех пор...

Я смотрел на неё и видел совершенно чужого человека. Захотелось немедленно уйти. — Слушай, ты не парься, — произнесла она, словно читая мои мысли. — Посидим, полялякаем. Вспомним Ольгу твою. Она улыбнулась. — Куришь? Я достал только что распечатанную пачку. — Ну, наливай, что ли... — Зезя пододвинула рюмки. — Сгущенка на спирту? — Типа того. Я уже был не рад этой покупке.

— Дело в том, — Зезя выпила и стукнула рюмкой о стол, — что в Чертанове была вторая квартира Ольги. Я думала, смогу там жить, но всё пошло наперекосяк. Мама сильно заболела, я попросила у Ольги пару тысяч долларов. Она долго думала, но заняла. Вскоре мама умерла, а отдать долг я не смогла. О квартире пришлось забыть. Жила на съемных, пока не задолбало и я не вернулась в Х.

Я вспомнил, как Ольга говорила мне об этом вскользь. Тогда я не придал значения — не хотелось вникать. Был уверен, что больше никогда не увижу Зезю.

— А знаешь, кажется, я тебя вспомнила, — Зезя сама наполнила рюмку. — Точно! Ты приезжал тогда. А потом вдруг исчез, и Ольга горевала всю ночь. А утром позвонила этому летчику, и он «прилетел». Но ты мне больше нравился. Летчик был какой-то отмороженный, молчал и пялился на Ольгу, меня это бесило. Но я сразу поняла: ты женат. Вы все одинаковые. Почему не ушел к ней?.. Ладно, забудь. Вопрос риторический.

Зезя снова потянулась к бутылке, я едва успел подставить рюмку.

— Мне кажется, все эти летчики-переплетчики у неё были из-за тебя. Она не знала, как с тобой быть... А ты не смог бросить жену. Понимаю, — она усмехнулась. — Вас, женатых, хрен поймешь: вроде любите, а уходите. У меня тоже есть такое «недоразумение». Две руки, две ноги, зовут Анатолий.

В этот момент в дверь позвонили. «А я ведь даже не спросил, замужем ли она», — пронеслось в голове, прежде чем Зезя крикнула: «Открыто!»

За всю жизнь я ни разу не попадал в анекдотичные ситуации с «мужем из командировки». Не прятался в шкафах, не спускался по простыням. И вот... Вошел мужчина моих лет в спортивном костюме и комнатных тапочках. Я и так не понимал, зачем приехал сюда, а теперь всё стало совсем абсурдным. Но мужчина подошел и миролюбиво протянул руку: — Анатолий. — Никита, — я привстал для рукопожатия. — Слышь, мать, — обернулся он к Зезе, — пожрать есть чего? — А ты что-то принес? — ответила она тоном строгой учительницы. — Да Танюха скоро придет, может, принесет... — Ну да, я балдею с тебя, Толян, — Зезя повернулась ко мне. — Вот они, мои будни. — Да какие будни, я с утра не ел! — А я при чем? Жди жену, она покормит. — Неприветливая ты сегодня, перед гостем выделываешься или уже набралась? Анатолий говорил беззлобно, как ребенок. Напряжение начало спадать.

— Ладно, иди на кухню, посмотри там. Только не сожри всё! — Зезя снова налила. — Видишь, тоже никак не определится, — шепнула она, едва Анатолий вышел. — Начинал как герой-любовник, а теперь заходит либо поесть, либо переспать. — А жена? — Да пофиг ей, он надоел хуже горькой редьки. У неё еще и по гинекологии проблемы, не до того. А тут я, прикинь, — счастье! И мужик в доме, и обязательств никаких. Зезя хмыкнула и опрокинула стопку. Ликер был крепким, и она заметно окосела.

— Ты пойми, — она ткнула в мою сторону дымящейся сигаретой, — Ольга тебя любила. Как сильно — ты никогда не узнаешь. А летчик... это была анестезия. Чтобы не так больно ждать, пока ты там свои «бизнес-планы» с женой согласовываешь. Ты же вечно что-то согласовывал: то с совестью, то с Евгенией...

Она замолчала. В комнате повисла тяжелая тишина, нарушаемая только чавканьем из кухни. Анатолий доедал что-то прямо из кастрюли. Наконец он вошел, вытирая руки о штаны, и присел на край дивана. Телевизор без звука показывал концерт: женщины в кокошниках беззвучно разевали рты.

— Хороший ты мужик, Никита, — подал голос Анатолий. — В институте учился, сразу видно. Ты вот скажи мне как человек с высшим образованием... У тебя сверла на восемь в машине нет? Полочку приспособить надо, а Легезя орет, что я только жрать горазд. А я и поговорить могу.

Я посмотрел на Зезю. Она сидела в своем халате, и её раскосые глаза, которые когда-то казались бесценными, теперь выражали лишь бесконечную, выцветшую усталость. В них больше не хотелось утонуть. В них хотелось только бросить спасательный круг, но я не хотел это делать.

— Нет у меня сверла, Анатолий. Если б знал — купил бы вместо ликера. — Жаль, — вздохнул он без обиды. — Ликер — это, конечно, изыск. Для дамского сословия. Но полка сама не прирастет. А Легезя у нас строгая, ей порядок нужен.

Анатолий взял со стола мою рюмку с недопитым «Куантре», понюхал и с сомнением опрокинул в рот. Сморщился. — Одеколон «Гвоздика». Но градус присутствует.

На душе у меня стало пусто и удивительно легко. Мой поезд окончательно затих. Проводник подметал тамбур от угольной пыли. Оказалось, конечная станция — это однушка в спальном районе, запах дешевого табака и мужик в трениках, которому не хватает сверла для полного счастья.

— Ладно, — я натянул куртку. — Пойду. Передавай привет Ольге, когда созвонитесь. Скажи, что заходил. — Передам, — кивнула Зезя, не открывая глаз. — Скажу, что ты так и не стал летчиком. И что седина тебе не идет. А «Куантре» твой — дрянь. Сгущенка и воспоминания...

На лестничной клетке пахло жареной рыбой и вечностью. Я вышел на улицу, нашел страницу Зези в Фейсбуке, еще раз посмотрел на фото кошки в профиле и нажал «заблокировать».

Не из злости. Просто наступает момент, когда нужно перестать искать призраков. Потому что они — просто призраки.