Странное дело в уездном городе П

Вот он, Средний Театр уездного города П, пустующий, но всё же открытый этой ночью для единственного посетителя. Ещё в фойе детектив Харлампий Ямский услышал исполнение арии варяжского гостя знаменитым Подворотти. Гулко его бас раздавался в пустом зрительном зале. Оперный гений знал, что зритель явится – тот зритель, которого он ждал лично.

Детектив вошёл в зал на словах «Велик их Один бог, угрюмо море». Подворотти, одетый в красный сценический костюм, завершил исполнение и поклонился со сцены.

– Вы опоздали к третьему звонку, Харлампий Петрович, – заявил он громоподобным голосом и театрально расхохотался.

– Я, безусловно, огорчён, что мне не удалось насладиться вашим исполнением Римского-Корсакова. Тем не менее, Лука Кузьмич, я рассчитываю услышать иную арию этой ночью.

– Не в моих правилах давать концерты по заявкам. Тем не менее, сегодня особый день, и я готов отступить от правил. Что же мне исполнить для вас?

– Вы знаете, для чего я пришёл.

– О да, знаю.

– Надо сказать, вы мастерски запутали след, но никакое преступление не остаётся без улик. Это ведь сын подруги вашей жены, хакер ChooMac отключил уличные камеры в тот вечер, когда пропал профессор Рен?

– Да, хороший мальчик. Всегда помогал мне с принтером, я знал, что он справится.

– Тем не менее, одна работающая камера на этой улице всё же была. Турист из Петрограда выложил фото в Гистограм (запрещённый в уездном городе П и принадлежащий террористической организации Алькугль) за пять минут до момента, когда пропала связь с профессором. На фото попал автомобиль Волга, одиноко припаркованный около дома. Мне не составило труда узнать, чей это автомобиль – Севастьяна Шумейло, мороженщика и всему городу известного шпиона в пользу Австро-Венгрии. Вам ведь знаком этот человек?

– Ох уж эти новые технологии. Всё шире они расползаются, всё большие объёмы искусства превращают в бездушные числа. Пострадало как искусство фото, так и искусство скрытности. Не могу отрицать, я встречал Севастьяна раз иди два. Но скорее пять раз.

– Волга превысила скорость на улице Чапаева, и в мои руки попало штрафное фото. Севастьян направлялся на юг. Что же юге города подходило бы для передачи похищенного заказчикам? Заброшенный кинотеатр Голливуд? Дом, снятый в частном секторе? О нет, это была часовая башня. В социальной сети «Й» (запрещена в уездном городе П и объявлена хладагентом), десять минут спустя после штрафного фото появился твит: «Часы и так отстают, так ещё какие-то два хрена запёрлись туда». И там был не только текст, о нет, там была и геолокация.

– И снова, снова технологии нарушают неотъемлемое право человека оставаться незамеченным.

– Эту нельзя было назвать сильной. Тем не менее, мне на помощь пришёл архаичный источник, социальная сеть Swamp, не запрещённая в уездном городе П, так как давно всеми забыта. Всеми, но не вашим камердинером Святославом Эгегейном. Через три минуты после приснопамятного твита он зачекинился в часовой башне и отметил Севастьяна Шумейло с подписью: «Зависаем в часах».

– Я всегда знал, что Святослав – первостатейный дебил. Постараюсь не забыть уволить его.

– И знаете, где был следующий чекин Святослава? В вашем поместье.

– Что ж, вы большой талант, Харлампий Петрович. Должен поздравить вас.

– А теперь – ваша партия, маэстро. Где профессор? Зачем вы похитили его?

– Вы узнаете это, всенепременно узнаете, и скоро. Но сперва…

С этими словами Подворотти сделал шаг назад и провалился в потайной люк.

Харлампий Ямский вбежал на сцену и спрыгнул вслед за беглецом.

В тёмных петляющих коридорах мелькал красный костюм, детектив преследовал главного подозреваемого.

Коридоры выводили на лестницы, лестницы – на коридоры других этажей, и вот, Харлампий Ямский и Лука Подворотти встретились на крыше Среднего Театра.

– Посмотрите, как красив наш городской парк этой ночью! – восхищённо воскликнул Подворотти.

– Несомненно, – ответил Харлампий Ямский. – Уездный город П заметно похорошел при нынешнем мэре. Тем не менее, не это мне интересно. Я хочу услышать, где профессор.

– Я именно к этому и веду. Смотрите, – и маэстро простёр руку в сторону парка.

Посреди парка полыхнула множеством искр вспышка, через мгновение округу огласил гром.

– Что это значит? – растеряно спросил Харлампий Ямский.

– Значит, что вы опоздали. Вы нашли не заказчика, а такого же исполнителя, как и остальные.

– Но кто же тогда заказал похищение профессора?

– Он сам и заказал.

– Но для чего?

– Профессор покинул наш мир и отправился в мультивселенную. Если бы об этом его намерении узнали, ему непременно помешали бы. Вот он и разработал план, который отвлёк всеобщее внимание, пока он готовился к перемещению.

– Это невообразимо, – сомневался Харлампий Ямский. – Вы говорите о какой-то фантастике.

– Отнюдь. Профессор давно устал от золотой клетки, выстроенной вокруг него, но понимал, что найти покой ему удастся только в другой вселенной.

– Что ж… – с горечью проговорил детектив. – Вы провели меня. Я не хотел бы способствовать тому, чтобы профессора неволили, тем не менее, передо мной стоит задача. Я должен узнать всё из первых уст. Поэтому я иду за профессором.