Алина

Это случилось лет пятнадцать назад после обычной студенческой вечеринки.
Николай Бобров вернулся домой в Новосибирск на второй курс своего факультета в начало зимнего семестра после службы в армии.
В один из мартовских дней однокурсники потащили его в ночной клуб «Neon Bar» на Челюскинцев познакомить с девушкой. Это была знакомая их одногруппницы – старосты группы. Обе они были из единственного города в Горном Алтае. Недели две староста Гульмжан расхваливала её перед Николаем.
Девушка из медицинского университета, с которой Николая познакомили в клубе сразу ему приглянулась и очень зацепила. Можно сказать, что она привлекла его с первого взгляда. Миленькая, симпатичная, изящная, с красивыми ногами и глубоким взглядом светло-карих, восточного типа глаз из-под длинных ресниц.
- Алина, - представилась она Николаю.
- Николай, - он приветливо улыбнулся.
Целый вечер он провёл около неё. Шутил, ухаживал. И она улыбалась в ответ его шуткам, говорила мало, вопросов не задавала, смотрела в его глаза с каким-то лёгким оценивающим интересом. Спиртное они не употребляли и некоторое время спустя стали неинтересны другим студентам.
Алину первую начала тяготить шумная подвыпившая компания.
- Тут шумно! Может, пойдём прогуляемся? - предложила она Николаю.
Тот сразу же согласился, так как был такого же мнения.
Молодые люди неспешно пошли по Челюскинцев в сторону Нарымского сквера. Подмораживало и падал лёгкий снег. Николай галантно нёс пакет с её туфельками и опять хохмил, заливал Алине всякие истории и пытался удивить тонким юмором. Он аккуратно придерживал девушку в те моменты, когда ему казалось, что она может поскользнуться на заледеневшем тротуаре. Алина благодарно смотрела Николаю в глаза, доверчиво прижимаясь к парню.
Николай приостановился:
- Расскажи о себе.
Алина пожала плечами:
- Зачем? Это пока лишнее.
Он вдруг посерьёзнел:
- А если не лишнее? Зачем нас тогда знакомили? 
Она не ответила. Лишь скользнула по нему малопонятным взглядом и молча пошла дальше через пешеходный переход у цирка в сторону Дома офицеров.
Николай вдруг замолчал. Его красноречие вдруг куда-то потерялось, и парень не знал, о чём теперь говорить. Молчала и Алина.
Молодые люди подошли к станции метро Красный проспект.
Он решился:
- Не хочешь зайти ко мне домой в гости? Погреемся и чай попьём с какими-нибудь вкусняшками. Тут недалеко. У Центрального рынка.
Алина, сняв перчатку, слегка дотронулась до рукава его куртки тонкими ухоженными пальчиками и смущённо ответила:
- Мне бы конечно хотелось. Но… Не пойми меня неправильно, но как отнесутся к этому твои домашние?
Однако, он радостно перебил её:
- Всё будет отлично. Мои домашние замечательные люди. Не переживай.
Они зашли в квартиру его родителей. К его удивлению, отец и мать собирали дорожную сумку.
- Знакомьтесь, это Алина, - торжественно произнёс Николай.
Мать, с каким-то ранее незнакомым выражением лица, странно посмотрела на Алину и поджала губы. Отец, чуть полноватый крепкий высокий добряк, приветливо обратился к молодым людям:
- О! Здравствуйте, здравствуйте, молодые люди! Очень приятно! Я Владимир Романович, а это Марина Витальевна! Николай, не стой столбом! Располагай гостью!
Николай помог Алине снять верхнюю одежду, разуться и спросил:
- А позвольте-ка узнать! Куда вы собрались?
Мать проигнорировала вопрос сына, укладывая в сумку полотенца. Отец охотно пояснил:
- В Томск, сынок. Решили с мамой прокатиться к её родственникам.
- На поезде или на своих колёсах? Не поздно ли по времени суток?
- На своих. Да нормально. Трасса, может, посвободнее будет.
- А почему так внезапно? Неужели Люда родила?
Отец улыбнулся:
- В точку! У тебя, Коля, родилась двоюродная племянница.
- Понял!
Николай провёл Алину в гостиную и пододвинул пульт от телевизора:
- Не скучай. Подожди меня немного, я провожу родителей. Туалет и ванна там.
Мать зашипела:
- Проводи нас до машины.
На улице, пока прогревался отцовский «Аутлендер», мать набросилась на сына:
 - Ты зачем притащил эту смазливую малявку к нам домой? Сидел бы с ней в клубе! Даже не хочу знать кто это! Не дай бог вы с ней что-то сотворите! Она, может, воровка или наводчица! Оставил её одну в квартире! Чтобы духу её тут не было!
Николай, не пытаясь оправдываться, твёрдо настаивал:
- Она не воровка! Мне описали её как хорошую девушку и давно хотели с ней познакомить. И вот сегодня познакомили. Учится в медицинском. Почему бы нам вместе не попить у нас чай! Не в общагу же мне к ней ехать!
Марина Витальевна в сердцах курила, сдувая пепел с рукава кожаной куртки:
- Мать родная! Только сегодня познакомились и ты потащил незнакомого человека домой! Зачем? Ты головой вообще думаешь? А почему не предупредил, что тебя знакомят с кем-то и ты поведёшь её к нам?
Отец хотел перевести ситуацию в лёгкую плоскость:
- Марина, душа моя, дело то молодое. Да и видно, что она приличная девушка. Пусть посидят, пообщаются. Я же тоже к тебе ходил! Помнишь, как мы обжимались в твоей комнатушке? А, Мариночка, помнишь же?
Мать не хотела отпускать конфликт с сыном и ещё больше распалялась:
- А ты помолчи! Отец называется! С детства потакал ему во всех его хотелках! Он захотел после девятого в техникум – пожалуйста, сынок! Потом разум у обоих внезапно прояснился! В университет захотели! Но два года потеряли! А потом отсрочка вдруг у них закончилась! Иди в армию сынок! И сынок загремел! И ещё один год потерял! Прекрасно! Хотел хорошим для него казаться! А я злая и плохая значит! Я думала в армии ума у него прибавится! Какой-нибудь старшина зарядил бы в лоб, чтобы мозги на место встали! Нет! Не зарядили! Ума не прибавилось!
Отец шутливо подскочил к матери взял её под руку:
- Девушка, я был старшиной в армии! Кому зарядить в лоб? Только прикажите и покажите!
Мать выдернула руку:
- Клоуны! Оба вы безответственные клоуны!
А Николай не уступал:
- Не придумывай плохого про Алину! Вдруг у нас с ней завяжутся отношения!
Мать в сердцах выбросила окурок тонкой дорогой сигареты себе под ноги:
- Нет! Пока мы с твоим дружком папашей тебя содержим, я сама буду тебе подсказывать с кем заводить отношения! Эта девушка, которую ты привёл, однозначно пока мне не нравится.
Пытаясь держать себя в руках Николай закипел:
- А вот тут ты, мама, не права! Я сам буду решать за себя!
Марина Витальевна села в машину:
- Надоел уже мне! Городишь дурь! Мы поговорим с тобой об этом позже!
Отец показал сыну через лобовое стекло большой палец и заговорщицки подмигнул.
Родители уехали.
Дома Алина сказала:
- Я наблюдала за вами. Это из-за меня. Твоя мать права. Мне неудобно, что так получилось. Я могу уйти.
Николай отмахнулся:
- Не бери в голову. Ты разве не голодна? Лучше хорошо поедим.
Девушка нехотя согласилась. Ей действительно была неприятна эта ситуация. Молодые люди переместились на кухню. Пока Николай выкладывал на стол Алина осматривалась:
- А вы неплохо живёте. Чувствуется, что родители хорошо зарабатывают.
Николай ответил:
- Небольшой бизнес у друзей отца. А твои родители кто?
Она взяла нож, намереваясь помочь порезать сыр и зелень:
- Обычные люди. Отец пожарный, мать медсестра.
Николай и Алина сидели и общались за накрытым столом. Он рассказывал ей о детстве, о друзьях, родственниках. Девушка лишь кивала и о себе толком не рассказывала. Парень узнал только то, что она очень серьёзно намеревается стать хирургом-травматологом. На себя зарабатывает в больнице дежурствами.
Уже глубокой ночью Алина заволновалась:
- Мне пора. Проводишь меня до такси?
Николай замялся:
- Может… Ну… Мы…
Она покраснела:
- Я была не готова к этому… Но…. Не знаю теперь…
Николай неумело целовал её руки, шею, лицо и они переместились к нему в комнату.
Оба были неопытны, но чуткость и нежность друг к другу оставили молодых вполне довольными.    
  Утром Алина быстро собралась. Николай не отпускал:
- Останься, пожалуйста. Позавтракаем вместе и прошвырнёмся куда-нибудь.
Она неожиданно сухо отказалась:
- Нет. Мне пора.
Николай хотел поцеловать Алину, но та отстранилась.
Он смутился:
- Ты жалеешь о том, что произошло? Я чем-то тебя обидел?
В прихожей она застёгивала молнию своего сапожка:
- Неважно. Всё уже случилось.
- Оставь номер телефона. Я позвоню тебе. Мы же не расстаёмся?
Алина иронично скривилась:
- Как мы можем расстаться, если даже не встречаемся. Но я подумаю об этом. Продиктуй свой номер.
Николай проводил её до такси:
- Ты точно позвонишь?
Неожиданно Алина произнесла совсем другое:
- У тебя очень красивая мать. И умная.

***
Алина так и не позвонила Николаю. Пропала, и в их компании больше не появлялась.
Тот весь извёлся и просил номер у однокурсницы. Та передала от Алины, что не готова встречаться с Николаем.
Прошла весна. Студенты сдали сессию. Промелькнуло быстро лето. В первый день учебного года он вновь подошёл к старосте:
- Гуля, дай всё-таки номер Алины. Вы виделись на родине? Как она?
Та неприязненно посмотрела на него:
- Виделась. Она взяла академический отпуск на этот учебный год. Номер не дам.
Он вспыхнул:
- Да почему же? А почему в академ ушла? Что-то случилось? Она заболела?
Гульмжан хмуро ответила:
-  Не заболела. По семейным. А номер она просила не давать.
Николай хмуро спросил:
- Ты же знала? Почему мне не сказала, что её не будет?
Гуля вспыхнула:
- Да ты кто такой вообще для неё! Жених? Парень? Что за наезд на меня!
Она зло сжала губы:
- И вообще это ты виноват! Я вас познакомила – думала ты по-человечески отнесёшься к девчонке! Повстречаетесь, привыкните друг к другу и, если всё серьёзно, то съездите к её родителям, познакомитесь! А ты потащил её в постель в первый же день знакомства! Она доверилась тебе! А ты…! Скотина ты, Бобров. А я так хорошо к тебе относилась – думала какой видный хороший парень к нам пришёл. В общем, как человек ты больше для меня не существуешь! Ты натуральный скот, Бобров!
Николай молчал ошарашенный услышанным. Сердце его было готово выскочить из груди. Но ему нечего было ответить ей. Гульмжан, по сути, была права, и парень понимал, что ответственность за то, что произошло между ним и Алиной лежит на нём.
Уже спокойнее Гуля продолжила:
- Я не хотела говорить тебе. Но… Не буду скрывать, что у неё дома были большие проблемы.
Николай вздохнул, но твёрдо продолжил:    
- Я поеду к ней и попытаюсь объяснить её родным! Дай адрес!
Она скептически усмехнулась:
- Нет. Ты только сделаешь хуже. Очень строгие родители. Её только недавно простили у священной горы рода. Ехать нужно было до того, как всё случилось, а не после!
Николаю заметно полегчало:
- Раз простили, то почему она взяла академ? Как же учёба?
Гуля посмотрела ему в глаза, нервно теребя длинный локон своих чёрных прямых волос:
- Отвали! Не хочу с тобой разговаривать!

Время шло. Николай мрачнел всё больше. Стал замкнутым, вспыльчивым и сухим. Одногруппников сторонился. Мать вслух злорадствовала, однако про себя жалела. Отец волновался за сына.
Кое как, силой воли, он заставил себя закончить университет и отказался от дальнейшей помощи родителей.

***
Прошли годы.
Николай всё так же жил, работал по своей редкой, ставшей вдруг востребованной и очень хорошо оплачиваемой специальности. Имел неплохую для его возраста должность, собственное жильё и машину. Однако, с людьми и коллегами не сближался. Хорошего друга так и не заимел. Собаку тоже. 
Память об Алине постепенно отпускала.
Откуда-то он узнал, что бывшая староста в Новосибирске вышла замуж, родила и работает в их сфере. Она по-прежнему с Николаем не общалась. На десятилетие университетского выпуска он не пошёл.
Николай как мог пытался устроить личную жизнь. Встречался с девушками. На одной чуть даже не женился, но не сложилось.

***
В октябре 2022 года его призвали из запаса по частичной мобилизации. Из таких же запасников как он, в Академгородке сформировали полк и отправили на войну.
За три с лишним года в пехоте Николаю пришлось много чего пережить под пулями, ударами беспилотников и разрывами снарядов. Ему было тяжело и страшно, иногда даже не понимая жив ли он ещё или уже нет, но он держался, выполняя боевые задачи ради бойцов, с которыми сражался рядом.
Словами не описать, что пережили за эти годы его отец и мать. В дни его коротких отпусков Николай как никогда сблизился с родителями.
Некоторые, когда-то отдалившиеся по его желанию однокурсники, писали Николаю и поддерживали. Появилась и Гульмжан, бывшая староста его университетской группы. Она часто писала и действительно переживала за него. Общаясь с Гулей, он вновь стал вспоминать Алину. Задумывался, что она, наверное, уже замужем и мать симпатичных детей.
Однажды, в честь 23 февраля 2024 года, солдатам пришли письма от юных земляков. Его восьмилетний тёзка школьник Коля, сын погибшего офицера СВО, просил его побыстрее побеждать и возвращаться домой. Почему-то это письмо Николая потрясло, и он хранил его с личными документами. И Николай дал мысленно тому мальчику и себе слово - выжить и вернуться.  Перед каждым штурмом он разворачивал послание и обещал себе, что останется жив.
Он сумел выжить, хоть и имел четыре ранения.
Последнее было особенно тяжёлым – миномётной миной, разорвавшейся рядом, ему повредило кости таза и левое бедро. Его хорошо лечили в Москве, и Николай начал постепенно двигаться. Из армии его списали подчистую, и в январе 2026 года, прихрамывая и опираясь на палку, он спустился по самолётному трапу в родном Новосибирске. Его встречали отец и мать.
Первое, что он сделал в первые дни после возвращения - это нашёл того мальчика Колю, чьё письмо помогло ему продержаться в том ужасе и выжить.
А по ночам Николаю иногда снилась та военная жизнь. Днями он поражался какой-то пустоте внутри себя. Три года он привык ежеминутно что-то делать, думать, решать. А сейчас…
Николай вернулся на свою работу и полностью отдался ей.
Его организация разбогатела и широко развернулась. Те его коллеги, которые раньше свободно и смело шарахались по коридорам, этажам, перекурам и кофейным автоматам, лохматые, в джинсах и рубахах, нетерпеливо ожидая окончания рабочего дня, теперь сидели в строгом дресс-коде на первоклассно оборудованных рабочих местах, не позволяя себе лишней минуты расслабона. Теперь в организации царили регламент, трудовая дисциплина, кодекс сотрудника и система штрафов. Даже поболтать об отвлечённом по внутреннему телефону работники считали должностным преступлением. Вот и Николаю нужно было сидеть в шикарном современном кабинете в дорогом костюме, проверять и отчитывать за недоработки и упущения офисную молодёжь.
Как-то позвонила Гуля:
- С возвращением! Я реально рада! Когда увидимся?
Николай был в хорошем расположении духа:
- Да, когда скажешь! Я всегда готов.
- Отлично! Я тебя предупрежу. Скорее всего к пятнице соберу народ, тех кто из наших остался и свободен будет.
Они собрались в дорогом модном местечке. Он, бывшая староста и несколько однокурсников и однокурсниц, те кто писал ему на войну - серьёзные люди состоявшиеся в своей профессии.   Николай не видел их с самого выпуска и действительно был рад встрече.
Выпивали дорогие напитки, общались. Беседовали о детях, жёнах и мужьях. Только не о работе. Николай отвечал на вопросы о жизни на войне. Рассказал о мальчике Коле.
Сокурсники пошли танцевать, а к нему, уже слегка подвыпившему, подсела Гуля:
- Слушай, у тебя же боевое увечье по травматологии и ортопедии? Прости, конечно. Может, тебе неприятно об этом говорить…
Он улыбнулся:
- Да брось, Гульчик. Всё норм. Да. Увечье именно такое.
Она отпила глоток из своего бокала и загадочно посмотрела на Николая:
- Хочешь, тебя посмотрит один мой знакомый врач травматолог? Кандидат медицинских наук между прочим!
Он было отмахнулся:
- Гулька, если бы ты только знала кто меня только не смотрел и не оперировал! И кандидаты, и доктора, и доценты с профессорами! Лучше них никто уже не вылечит. Это светила медицинской науки! Их раньше за границу на сложнейшие операции приглашали! Да и я под наблюдением, и программу реабилитации я соблюдаю. Думаю, что твой врач травматолог ничего нового мне не скажет. Спасибо, конечно, но это лишнее.
И вдруг его осенило! Он поставил стопку-снифтер с коньяком на стол:
 - Подожди! Ты же о ней?
Она покивала с заговорщицким видом.
- Набери её, пожалуйста!
Гуля попыталась что-то возразить, но Николай резко и громко перебил её:
- Набери!
Что-то в голосе Николая и его глазах, в которых навсегда отразилось множество смертей, Гуле не понравилось. Выражение на её лице изменилось и стало настороженным:
- Хорошо, хорошо. Только не рявкай на меня так! Ты меня пугаешь!
Она прошла к своему месту, взяла телефон и вернулась. Николай в это время налил себе и волнуясь выпил подряд две стопки коньяка.
Гуля, видя это, поморщилась:
- Слушай, она не любит пьяных и …
Он кивнул, отдышавшись от коньяка:
- Набирай.
Она нашла контакт и нажала. Пошли гудки и давно забытый, но такой знакомый голос ответил что-то на их с подругой языке. Гуля выслушала и сказала по-русски:
- Айлишечка, привет! Да, отмечаем встречу однокурсников. Передаю трубку одному человеку.
Гульмжан протянула трубку Николаю:
- Выйди лучше на улицу. Тут шумновато.
Николай взял протянутый телефон, направляясь к выходу:
- Алло! Привет! Это я – Николай! Помнишь меня?
Алина спокойным голосом ответила:
- Конечно помню. Такое не забудешь.
Он пытался тщательно подбирать слова:
- Я хотел извиниться за прошлое.  Я знаю, что ты тогда из-за меня имела проблемы и…
Она не дала ему договорить:
- Всё прошло. Проблемы были, но я их преодолела. Не вини одного себя. Я тоже тогда поступила не совсем правильно. Что-то ещё хотел сказать?
Неожиданно он понял, что не знает о чём говорить дальше. Возникла пауза.
Алина спрашивала:
-  Алло! Ты почему замолчал? Извини, мне сына встретить нужно с футбола. Давай потом.
Николай согласно закивал в телефон:
- Конечно, конечно.
Голос Алины доносился из трубки:
- Возьми у Гули мой контакт. Позвони мне в воскресенье. Пришли мне фото своих выписных документов и все заключения. Потом выберем время, приедешь ко мне со снимками и дисками. Как ты меня понял? Алло! Ты не против?
Николай поспешно ответил:
- Всё понял. Так и сделаю.
- Тогда всё. Пока. Извини, действительно я сегодня чуть занята. Сын завтра вылетает на турнир. Нужно собрать его.
- Тогда пока.
Разговор завершился.
Николай вернулся, отдал Гуле телефон и записал себе контакт Алины.
Он спросил у неё:
- А у Алины есть сын? Она замужем?
Гуля что-то жевала:
- Нет, не замужем. Сын есть.
Николай заинтересовался:
- Развелась?
Бывшая староста продолжила жевать:
- Так сложилось, что она никогда не была замужем. Сыну четырнадцать лет исполнилось в конце декабря. Его Костя зовут. Парень с характером. Весь в отца. И лицом совсем не в наш алтайский народ. Типичный русак. Никто не верит, что они мать и сын. Ха ха ха.
- О как! Ты видела его отца?
- Конечно знаю, Коля! Это же ты его отец! Не удивляйся! Отсчитай от декабря прошлого года четырнадцать лет и девять месяцев назад. И тогда ты вспомнишь, что произошло между тобой и Алиной в те дни. После такого иногда появляются дети.
Николай сосредоточенно тёр шею под воротом водолазки:
- Да как-то совсем неожиданные новости, скажу тебе откровенно.
Гуля пожала плечами:
- Ну. Мы тебя оградили от таких новостей.
Коля задумался:
- Теперь мне всё ясно. Вот почему она тогда взяла тогда академ. Беременность прерывать и скрывать не стала. Родила и отучилась потом.
Гульмжан одобрительно покивала:
- Да ты весьма неглуп, коллега! Так и есть. Родила. Родителям пришлось смириться и перебираться в Новосибирск помогать с ребёнком. И я, как могла помогала. Тяжело ей было – ребёнок, учёба. Ютились вчетвером не пойми где. Закончила свой мед. И потом опять училась, и работала. У них же у врачей не разберёшь – ординатуры, аспирантуры. Диссертация. В общем, она справилась.
Он внимательно посмотрел на Гулю:
- То есть, когда мы ещё учились, ты как могла помогала Алине с ребёнком?
Гуля пожала плечами:
- Ну да. Понянчилась. Зато опыт пригодился, когда свои появились.
Николай придвинулся:
- Покажи фото. И пришли потом мне.
- Пожалуйста.
Гуля листала галерею:
- Вот тут Костя в школе. Вот тут на дне рождения моей старшей. Это на футболе – они тогда продули барнаульским. А это у нас на Алтае.
Коля с интересом смотрел на фото высокого светловолосого синеглазого подростка:
- Да уж. Весь в мою мать. Красавец!
Гуля согласно кивнула:
- Угу. И Айлишка так же считает.
Она с интересом оглядела Николая:
- Да и папаша тоже ещё ничего! Я серьёзно! Как тебя ещё не увели в мужья! Наверное, в твоей фирме девочки к тебе клеятся?
Он буркнул:
- Не обращал внимания.
Гуля не успокаивалась:
- Оглянись вокруг. Женская половина так и стреляет в тебя глазами. Уже заценили. Это мы с девочками их смущаем. И твоя хромота отпугивает. А то бы уже подошли. Ну да ладно. Какое твоё время. Ещё молодой. Это мы увядаем рано, а мужик он до полувека возраста может орлом быть.
Коля вдруг спросил:
- Погоди! А ты Алину почему Айлишечкой назвала?
Гуля широко распахнула глаза, моргая шикарными ресницами:
- Так она по паспорту Айлиш. Родовое имя. Алиной она себя в юности, не знаю зачем, называла. А так она – Айлиш Булатовна. Не забудь. На приёме будешь искать хирурга Алину, а никто и не поймёт кого ты ищешь. Ха. Шутка. Запишем тебя правильно. Подберём день, когда она не оперирует и посмотрит тебя.
- А почему она замуж не вышла? Не поделишься?
Она задумалась:
- Не знаю. Честно. Знаешь, со мной она не делилась. Но мужчины были. Она же видная. А к тридцати вообще расцвела.  Но ни с кем по жизни не задержалась.

Только недели через три Николай попал на приём к Алине. Почему-то он совсем не волновался. Они встретились и как-то буднично и просто поздоровались. Медсестра равнодушно записала Николая в журнал.
Гуля была права по поводу Алины. Перед ним сидела уже вошедшая в период расцвета своей женской привлекательности, такая же изящная, как и раньше, ухоженная молодая женщина. Николай откровенно залюбовался ей.
Алина листала его документы, снимки и рассматривала на компьютере диски:
- Молодцы коллеги! А тебе говорили, что ты вообще мог не ходить и на всю жизнь остаться ограниченно подвижным?
Тот кивнул:
- Конечно, я знал об этом.
В конце осмотра Николай хотел на пару минут вызвать Алину в коридор поговорить с ней, но передумал. Её ждали очередные пациенты.

Вечером позвонила Гуля:
- Ну как всё прошло?
Николай ответил:
- Как обычно на приёме у врача. Документы, осмотр и врачебные рекомендации.
- Чудак ты, Бобров! Как был ты странным чудаком, таким и остался!
Тот удивлённо поинтересовался:
- Не могу понять о чём ты!
- Или тебе во врачебных рекомендациях нужно было написать, чтобы ты пригласил Алину куда-нибудь пообщаться?
- Да она занята была! Не хотел её отвлекать.
- Ну СМС бы написал! Не додумался?
Николай начал раздражаться:
- Да нужен я твоей Алине сто лет!
Послышался протяжный вздох:
- Не прав ты, Николай! Она тебе сама сказала, что ты ей не нужен?
- Да кто я такой для неё, что бы она мне говорила такие вещи! Я что, жениховаться приходил? Я обычный пациент и ей интересен только в плане медицины. Не более того. Чужие люди. Вот так, Гуля.
- А ты сам как думаешь? Она тебе интересна или нет? В плане привлекательности, например.
- Я не знаю. Не могу понять пока.
- Но сердечко то хоть ёкнуло при встрече?
- Не разобрался пока ещё. Скорее нет, чем да.
- Эх, Коля. Конечно, она про тебя меня не расспрашивала, но всегда внимательно и с интересом выслушивала. Я ей все наши с тобой сообщения перечитывала. Она переживала, когда ты на СВО был. Особенно когда у тебя ранения были.
Николай вздохнул:
- Алина права. Наше время прошло. Да и не было у нас никогда никакого нашего времени!  Каких-то сердечных чувств друг к другу мы не испытывали. Это было просто легкомысленное плотское влечение молодых людей. С позывами этого влечения мы не справились. Итогом появился ребёнок. И будет по-человечески, если я предложу какую-то помощь для этого ребёнка. Вопрос признания отцовства я тоже готов положительно рассмотреть. И для Алины это станет хорошим подспорьем. Только вряд ли это будет способствовать всем нам сблизиться и стать полноценной семьёй. Всё так и останется на уровне давнего мимолётного однодневного знакомства.
Гуля спросила:
- А ты уверен? А вдруг?
- Становлюсь в этом всё более уверенным. И вдруг не бывает никогда просто так, - ответил Николай.
- Ну, я не знаю тогда.
Николай иронично усмехнулся:
- Выслушай меня внимательно, пожалуйста. Когда-то ты даже не дала мне её номер телефона, не сообщала о её жизни, хотя бы о важных событиях, как рождение ребёнка. Всячески оградила меня от неё, а меня вычеркнула из своей жизни ещё во время нашей учёбы. Да и сама Алина меня избегала и тоже не хотела видеть рядом с собой и ребёнком, хотя я был тут двенадцать лет и никуда не пропадал. Если бы не СВО, то я не уверен, что ты нашла бы меня снова и попыталась свести нас с Алиной. А тут всё сошлось! И в личной жизни у неё ничего не сложилось, и ничего не подозревающий отец ребёнка объявился с хорошей работой, и всё остальное сопутствующее этому…
Он передохнул:
- Извини меня за такой эмоциональный спич. Но мне кажется, что я прав.
Гуля, чуть погодя ответила:
- Ну да. Истина в твоих словах есть. Но я не понимаю, почему бы не попробовать начать отношения? Вернее, продолжить когда-то начатое, но уже с чистого листа, что ли? И пусть прошло пятнадцать лет! А вдруг сложится у вас?
Николай ответил:
- Мой ответ - нет, Гуля. Конечно, время всё расставит по своим местам, но я чувствую, что поступаю правильно. И я не хочу больше когда-либо поднимать эту тему.
Разговор завершился.
Пока остывал чай, Николай напряжённо думал. И что-то решив для себя, он открыл в мессенджере контакт Алины и написал: «Добрый вечер. Очень благодарен за помощь. Спасибо, что сегодня приняла меня. Когда сможем поговорить по поводу сына?».
Затем он переслал фотографии Кости в их общий с родителями чат с подписью: «Не падайте! Это ваш внук! Всё поясню позже!».
Телефон мягко пиликнул сообщением от Алины: «Да не за что! Спасибо, что всё-таки дошёл до меня!».
Через минуту от неё пришёл вызов:
- Привет! Не за что меня благодарить. Тебя и без меня отлично лечили. Просто я тебя хотела увидеть. Не подумай ничего такого! Это обычное женское любопытство.
-  Привет! Интересно! Так, когда поговорим насчёт сына?
Алина тихонько коротко приятно посмеялась:
- Гулька всё-таки тебе рассказала всё?
- Рассказала.
- Да я не против встретиться и поговорить. Завтра я дежурю. А в воскресенье сможешь с утра?
- Конечно смогу!
- Вот и хорошо! Как твои мама и папа?
- Да понемногу. У отца только что-то с суставами стало неважно в последнее время.
- С суставами! Это интересно. Расскажешь мне потом поподробнее.
- Куда мне в воскресенье за тобой подъехать? Где ты обитаешь?
- Прибрежный знаешь?
Николай удивился:
- Да я и сам живу в Прибрежном!
Теперь удивилась Алина:
- Не может быть! Ты так шутишь ведь? Я помню, что с юмором у тебя было раньше в порядке! А улица и дом?
Николай назвал.
Алина опять недоумённо произнесла:
- Так мы через дом что ли?
- Получается, что так, - подтвердил Николай.
Он решился:
- Выходи на лавочку. Скоро я к тебе доковыляю. Поболтаем по-соседски.
- Совсем не против.

Николай отложил телефон, поднялся с дивана и стал собираться. Его ждала Алина.