Удивительный артефакт

В детстве Ирине попалась в руки потрепанная многими читателями районной библиотеки книга «Мифы Древней Греции». Прочитала на одном дыхании от корки до корки. И влюбилась! Влюбилась в далекий вымышленный и в тоже время, когда-то реальный мир героев, прекрасных богинь и могущественных богов.

 Решение «кем быть» стало осознанным и твердым. Конечно историком, а лучше археологом! После школы одноклассницы дружно пошли в Университет легкой промышленности, а Ира подала документы в Институт истории СПбГУ. Поступить удалось только со второго раза. Но это была ее маленькая победа – мечта начала осуществляться!

Училась на «отлично», как и в школе. Преподаватели часто отмечали успехи талантливой студентки и прочили ей прекрасное научное будущее. Так что вопрос об аспирантуре даже не обсуждался. Родители, всю жизнь отработавшие на Кировском заводе, особо не возмущались выбором дочери… так, чуть-чуть, для приличия! Что поделаешь! Молодежь нынче сама все решает, ей отец-мать не указ!..
 
Молодая аспирантка была счастлива! Хотя, не вполне… Ей так не хватало экспедиции и раскопок в милых ее сердцу местах древних полисов, о которых она, кажется, знала все. Конечно, на студенческой практике ездили на раскопки в Новгород и Старую Ладогу. Да, было интересно и познавательно, но иные места манили сердце будущего археолога.  Как музыка звучали для нее названия Пантикапей, Горгиппия, Гермонасса, Фаногория… Именно, в этих легендарных местах она хотела сделать свое открытие, пусть небольшое, но свое!..

Анатолий Исаакович, руководитель отдела «Древней Греции» и куратор Ирины, охладил ее пыл:
- В этом году не планируется!.. Если на будущий год…Сам рвусь, но, - он многозначительно ткнул пальцем в потолок, - не нам решать!

Ирина опустила глаза. Видя огорчение девушки, он добавил:
- Ирина, не отчаивайтесь, всему свое время! Вот лучше займись атрибутикой артефактов прошлых раскопок. До сих пор стоят ящики не распакованными. Безобразие! Куда смотрят МНСы?.. Ирина Александровна, сделайте милость, разберите находки!
- Конечно, Анатолий Исаакович! – ответила Ирина, - я сегодня же займусь атрибутикой. Если будут затруднения, можно к Вам обращаться?
Анатолий Исаакович с улыбкой кивнул и напутствовал:
- Успехов! А мне пора! Дела!.. Но если что – обращайтесь! В меру сил своих помогу! В меру сил!..

И он ушел, оставив в запаснике Ирину одну. Она посмотрела на ящики, составленные к стене… Прочь отчаяние и уныние! Археологу что требуется? Правильно, внимание и терпение. И тогда его труд будет вознагражден! С этой мыслью Ирина, смахнув пыль с крышки первого ящика, его открыла. Внутри была упакована и уложена керамика, вернее, бывшая керамика. Вот опись, вот нумерация, вот артефакт. Осторожно извлекая из ящика остатки лекифов, кратеров и амфор, она перепроверяла нумерацию и принадлежность их к указанному культурному слою.  В общем, рутина, обыденность, пыль веков…

Прошла неделя. Анатолий Исаакович пару раз заходил, спрашивал, как идет работа, хвалил. Заинтересованности проявлял мало. Да и чем тут интересоваться, если он сам руководил раскопками, и самое ценное уже отобрал, описал и заархивировал. В этих ящиках осталось…да ничего ценного не осталось!  Поддержал аспирантку и удалился, сославшись, как всегда, на дела…

- Тук, тук, тук, - услышала Ирина мужской голос и обернулась. В проем двери улыбаясь заглянул Даниил, компьютерщик отдела, - привет, мученикам науки!
- Привет, Даня, заходи, - ответила она, - как раз грубой мужской силы не хватает. Вот этот ящик к столу сможешь подвинуть?

Даня легко подвинул ящик и уселся на него. Молодой айтишник сразу заприметил новенькую. Симпатичная. Голубоглазая и прическа с вьющимися локонами. Росточек тоже подходящий. Решил познакомиться поближе.

- Дань, ты по делу или так просто?
- Так просто по делу, - ответил Данька, - дело вот какое… приглашаю тебя в джаз-клуб! В субботу, а?
- В субботу? – задумалась на секунду Ирина, - скорее всего не смогу…да и джаз я как-то…не очень
- Ира, два билета пропадают! Ребята Давида будут зажигать, а?
- А это кто?
- Ну, мать, ты даешь! Живешь в Питере и не знаешь!..
 
Ирина пожал плечами и положила на стол очередной артефакт. Это была ваза или килик, правда без ножки. Даниил из простого любопытства взял его со стола. Красивый, почти не стертый рисунок  с внешней стороны, а внутри, как ободок протянулись несколько рядов вдавленной тонкой полоски.

- Э! осторожнее, - предупредила его Ирина, - этой керамике больше тысячи лет.
- Ну, такого добра у нас тут навалом, - продолжая рассматривать вазу, сказал Даниил. Он поднес килик к свету настольной лампы, - внутри забавный орнамент!..

- Да, я тоже удивилась, - сказала Ирина, - так непохоже на все остальное.
Даниил еще раз посмотрел на килик. Аккуратная спиральная линия была проведена от края вазы внутрь примерно на два - два с половиной сантиметра. И обрывалась.

Даниил, чтобы побыть с Ириной подольше, предложил поискать такой же орнамент на других фрагментах керамики. Ирине понравилась такая помощь, и она тут же согласилась. На других фрагментах керамики такого орнамента ни Ирина, ни Даниил не нашли. Но совместные поиски дали ростки взаимной симпатии.

- К Фельдману сходи, он все знает, - предложил Даниил.

Ирина так и сделала. Фельдман ее выслушал и сказал:
- Да, Ирочка, интересное наблюдение. Трипольская культура предполагаете? Очень интересно!.. Но, скорее всего, это  геометрика. Посмотрите внимательнее!
Собственно, ничего Анатолий Исаакович не прояснил. Ему было, как всегда, некогда – дела!

Ирину почему-то не отпускал этот необычный орнамент. На следующее утро она еще раз, прежде чем уложить артефакт на полку, посмотрела на него. Да, конечно, это геометрика… Но какая-то непохожая на привычный рисунок… Посмотрела через лупу.
Спиральная полоска… И что-то знакомое мелькнуло в ней. Неровная, чуть волнистая линия. Позвонила Даньке. Тот, бросив оцифровку очередного манускрипта, прибежал.

- Даня, глянь еще раз, - сказала Ирина и протянула загадочный килик.
- Ты все с этим возишься? Что там может быть интересного?
- Вот тебе лупа, смотри!

Даниил посмотрел на увеличенную картинку орнамента и хмыкнул:
- На звуковую дорожку похоже, только огромную… На старых  граммофонных дисках видел…
- Я подумала тоже самое! Как на старых грампластинках…А что, если это тоже запись?
- Ага! Антикитерский комп уже нашли, а сейчас пантикапейский патефон обнаружим! Запись - вот! уже есть, - поиронизировал Даниил.

 И снова посмотрел на артефакт. Керамика, как керамика…В пришельцев и конспирологию он не верил… Но что-то непонятное было в этой линии…

- Давай мы ее для твоего же спокойствия отсканируем, - предложил он.
- Давай! – согласилась Ирина.

Даниил забрал артефакт с собой, а Ирина добросовестно разобрала еще один ящик. Черепки и ручки былых гончарных произведений пронумерованные и атрибутированные заняли свои места на полках и стали дожидаться реставраторов и своих будущих исследователей, медленно покрываясь пылью...

- Готово! – вместо «привет!» сказал Даниил, когда Ирина утром зашла к нему в кабинет.
- Привет! Что-то ты сегодня рано появился на работе.
- Если айтишник в девять утра на работе, значит, он вечером никуда не уходил, - изрек Даниил.
- Даня, ты герой! Хвастай! – сказала Ирина.
 Даниил отхлебнул глоток холодного кофе и продолжил:
- Вот, смотри! Пришлось повозиться! С тебя шоколадка!
Ирина кивнула и впилась глазами в монитор:
- Ну, не тяни!
Даниил продолжил:
- Я записал эту дорожку на диск… Невероятно, но ты была права!..

Даниил запустил дисковод. На экране монитора появилось изображение звуковой дорожки по которой побежал курсор.  Из динамика раздался шум, какой-то скрип и вдруг сквозь помехи Ирина услышала: «хайре», потом «афро…» и через несколько секунд «…диси..я» и в конце записи она отчетливо услышала: « се..фи..ли..о». Сквозь тысячелетие молодые люди двадцать первого века услышали голос мужчины, который…

- Ирина, на каком он говорит? – спросили Данька
- Не знаю, - задумчиво произнесла Ирина, - скорее всего, греческий… Надо показать Анатолию Исааковичу! Это его тема!

Позвали Фельдмана, тот выслушал рассказ Ирины, попросил Даниила включить запись, внимательно ее прослушал, попросил повторить и, откинувшись на спинку стула, задумчиво сказал:
- Если это не мистификация от многоуважаемого Даниила, - Даниил удивленно посмотрел на Анатолия Исаковича, - то …мы имеем…голос… живой голос Эллады…Да, коллеги! Голос!
-  Что он говорит? — взволнованно спросила Ирина.
- Говорит? – переспросил Фельдман, - если я правильно услышал, это приветствие: хайре.
- А дальше?..
-Дальше, кажется, имя Афро..дисия, да, Афродисия.
Анатолий Исаакович еще подумал и добавил:
- Странно, следующие слова «се филио» я бы перевел как «я люблю».
- Я тоже, так поняла, - задумчиво проговорила Ирина.
Анатолий Исаакович поднялся со стула и посмотрел на часы:
- Коллеги! Все это требует проверки! Случай уникальный, повторяю, если это не мистификация…Керамику отнесите в лабораторию, будем исследовать. Ну, а мне пора! Дела!

…В субботу Ирина согласилась сходить джаз-клуб. Слушая джем-сейшн, она закрыла глаза и ярко представила себе древний Пантикапей, темноволосого курчавого юношу, сидящего под навесом, за гончарным кругом, на котором стоит, почти готовый килик.  Круг вращается. Гончар выполняет заказ для женщины, в которую он влюбился с первого взгляда. Нанося стилосом украшения на край вазы, он в своем воображении видел ее и невольно вслух произносил: «Хайре, Афродисия! Се филио!». Вибрации голоса передались через чуткие пальцы стилосу, который оставлял на мягкой поверхности глины полоски с бороздками, подобным бороздкам первых граммофонных пластинок девятнадцатого века…

Ирина, открыла глаза и посмотрела на Даниила. Он самозабвенно слушал диалог саксофона и рояля. А если бы Даниил не поверил мне и не стал бы помогать?.. Все-таки он такой отзывчивый, надежный… симпатичный… Умница… и…  Ирина смотрела на Даниила и представляла его влюбленным гончаром, а себя прекрасной Афродисией.

 Даниил на секунду отвлекся от музыки, почувствовав на себе взгляд девушки, повернул голову и улыбнулся навстречу ее улыбке…

После джазового вечера Ирина и Даниил не спеша шагали по Загородному проспекту, наслаждаясь тишиной позднего часа и романтическим светом белой ночи. Оба чувствовали приподнятость настроения. Даниил вел Ирину под руку и с легким душевным трепетом ощущал ее нежное тепло. Несколько минут они шли молча.
 
Неловкость затянувшейся паузы наконец прервал Даниил:
- Понравилось?
- Честно? – Ирина посмотрела на Даньку, тот кивнул, - не очень… тут совсем другое… Хотя, мне кое-что понравилось! Точно! Кажется, этот … саксофон.

Даниил кивнул, поняв, что Ирина еще далека от гармонии джаза и переменил тему:
- Ирка, у меня из головы не идет, как ты все про вазу догадалась. Ведь никто не и подумать не смог на такое чудо.  Даже Фельдман!.. Хотя, мужик головастый.
- Не знаю, как это вышло… просто очень хотелось открыть что-то свое… И потом в детстве любила слушать пластинки.
- Да, уж! Открыла… На Нобелевку тянет.
- Понимаешь, Дань, ведь так интересно, как они там жили!.. Так хотелось услышать их голоса…
- Ну, это фантастика!..

 Даниил удивленно посмотрел на спутницу. Ирина улыбнулась и предложила:
- Давай посидим в сквере у ТЮЗа. Я расскажу, что я услышала в словах гончара.
Даниил с радостью согласился. Ирина нравилась ему все больше и больше. Расставаться не хотелось. А тут она сама предложила побыть вместе!

Они быстро нашли скамейку, присели, Ирина взяла руку Даниила и улыбаясь прошептала:
- Даниил, закрой глаза! Сейчас мы совершим путешествие в далекое прошлое!  Ты готов?
- Я готов! – в шутку ответил он, - обратный отсчет пошел!
- Представь себе, - начала Ирина, - Волны Понта Эвксинского бьются о каменистый берег Боспора. У подножия горы, на которой с незапамятных времен стоит храм Аполлона, живет и процветает могущественный полис Пантикапей…

Дальше началось совершенно необъяснимое. Голос Ирины словно затих и через секунду снова зазвучал, но уже прямо в голове Даниила. Как-будто кто-то надел на него наушники. И словно туман начал окутывать пару. На несколько мгновений возникло ощущение пустоты и безвременья. Даниил в тревоге открыл глаза.  Или ему показалось, что он их открыл…

Сквера не было, проспекта и одиноких авто не было! Питера не было!! Исчезла ночь. Над головой горячее южное солнце. Крутой берег моря, волны с белой пеной набегают на прибрежную гальку… Невдалеке виден город, окруженный стеной. В памяти тут же всплыло его название. Пантикапей. Он оглянулся. Рядом стояла Ирина и улыбалась:
- Мы рядом с полисом. Не бойся, нас никто не видит, но мы видим и слышим все. Смотри, вон там гавань, а прямо пред нами ворота в Агору - нижний город. Давай, зайдем!

Даниил вроде бы хотел сделать шаг, но вдруг каким-то чудесным образом очутился на рыночной площади. Рядом стояла Ирина в пеплосе желтого цвета. Она держала Даниила за руку и говорила:
- Даня, смотри! Вон там по улице гончаров идет известная в полисе гетера Афродисия. Сейчас она встретится мастером Дариосом.

Даниил недоверчиво посмотрел на Ирину, но промолчал. Дальше, как в кино, он увидел картины прошлого, оживленные волшебной силой воображения Ирины,  беззаветно влюбленной в Элладу…

Молодая статная женщина в пурпурном пеплосе, легко ступая, подошла к мастерской известного гончара. Хозяин выбежал из дверей.
- Радуйся, госпожа! Что ты желаешь увидеть в своем доме? Наши мастера выполнят любой твой заказ!
- Радуйся, мастер! Я - Афродисия, да будет теперь тебе известно это имя. Я хочу заказать вазу с росписью из жизни моей покровительницы Афродиты. Назови мне лучшего.
-  Да, прекрасная Афродисия. Зеодорос исполнит твой заказ. Он мой лучший ученик.
Дариос позвал ученика. На его зов из двора мастерской вышел невысокого роста юноша с курчавыми черными волосами и голубыми глазами. Его руки с длинными аристократическими пальцами были перепачканы в глине. Он улыбнулся заказчице:
- Радуйся, госпожа!
- Радуйся, Зеодорос! Мое имя Афродисия. Я хочу поговорить с тобой, чтобы знать, кому я доверю работу. Омой руки и приходи.
 
Она вошла во двор и присела на стасидию, поставленную под старой тенистой яблоней.

Наскоро вымыв руки, Зеодорос подошел к гетере… и не смог произнести ни слова. Ее красота лишила юношу дара речи. Он смотрел на нее и не понимал, что такое совершенство линий лица, очертания плеч, рук, округлостей груди и бедер возможно видеть смертному. Он понял, что это сама Афродита явилась к нему, назвавшись именем земной женщины.

- Покажи мне твои руки, - не то требуя, не то прося, сказала гетера, - такие руки даны лепить достойные богов сосуды. Я не ошиблась. Откуда ты, Зеодорос?
 
- Я не знаю, госпожа, я потерял родителей давно. Корабль, на котором плыли мои родители, разбился о скалы. Богам было угодно, чтобы я остался жив. На берегу меня нашел бедный пастух. С ним я жил несколько лет. А потом во сне явилась Афина и указала путь в Боспор. Пастух отдал мне свой хитон, и я отправился в путь. Хвала богам, я добрался до Пантикапея, и у ворот полиса мне повстречался хромой старец, который опирался на железный посох. И он сказал, чтобы я шел к мастеру гончарных искусств Дариосу. Я понял, что этот совет дал мне сам Гефест. Так я стал гончаром. Вот и все моя история, госпожа Афродисия…

-  Прекрасная история, Зеодорос! Да, ты не сын пастуха. В твоих глазах свет, дарованный избранным. Боги покровительствуют тебе - ты справишься с работой! Твой килик я пожертвую храму Афродиты.

Юноша опустил голову, чтобы скрыть смущение. Афродисия улыбнулась.
- Ты нравишься мне! Моя покровительница уже прислала к нам своего сына. Я вижу, как тебя наполняют силы Эроса.

Афродисия приблизилась в Зеодоросу и поцеловала его в щеку.
- До вечера! Найди мой дом у Акрополя. Светильник-психри я оставлю у порога, он укажет дорогу ко мне!..

Вечером гетера встретила Зеодороса и под восторженным взором Афродиты подарила ему волшебную ночь…
 
…Гончарный круг вращается. Зеодорос выполняет заказ для женщины, в которую он влюбился с первого взгляда. Нанося стилосом украшения на край вазы, он в своем воображении видел ее и невольно вслух произносил: «Хайре, Афродисия! Се филио!». Вибрации голоса передались через чуткие пальцы стилосу, который оставлял на мягкой поверхности глины полоски с бороздками, подобным бороздкам первых граммофонных пластинок девятнадцатого века…

Даниил очнулся: все вернулось назад. И сквер, и проспект, и Питер, и белая-белая ночь… Даниил, повинуясь внутреннему движению, обнял Ирину и поцеловал ее. Она ответила таким же страстным поцелуем. Казалось, что стрела Эроса пролетела сквозь тысячу лет и нашла свою цель…

Спустя два года...

Из письма генерального секретаря ЮНЕСКО:
«…  г-н А. Фельдман, г-жа И. Славина и г-н Д. Славин! Вы совершили удивительное открытие, равного которому мировое научное сообщество еще не знало. Примите наши искренние поздравления и пожелания дальнейших успехов на выбранном вами пути. Уверены, что вы обогатите современную археологию еще более выдающимися открытиями, а Нобелевский комитет по достоинству оценит ваш бесценный вклад в науку…»

NYP:
«…подобно золотой лихорадке, археологическое сообщество охватила лихорадка поиска посланий из прошлого…»

La Republica:
«Гончарный круг и голоса древности: найдены и расшифрованы записи времен Рима!»

ИА «День»:
«На передовых рубежах археологии. Мы первые!» Интервью с академиком РАН А.И. Фельдманом

Вестник археологии:
«Сенсационные находки, сделанные экспедицией под руководством И.А. Славиной, при раскопках Горгиппии и Гермонасса»