Я согрешу, сказав, что тебя больше нет 314

Всё! Хватит терпеть.  Я бросаю всё, что имею и собираюсь в дорогу. Карточки оставляю на столе, беру только наличку, надо отложить в карман на велосипед – так быстрее двигаться. Уезжать надо летом, значит, сегодня, сейчас. Поеду «налегке», жаль только библиотеку, которую оставляю. Книги накрывать белой материей, как делают в фильмах на дачах, не стану, пусть они выцветают под палящим летним солнцем, передам тем самым им свой привет на кончике каждого лучика, который подберётся к моим сокровищам, пусть переживут без меня отключение горячей воды и, как всегда, запоздалое по всем десятидневным меркам его включение.

Я не возьму с собой в дорогу ни одну из книг, чтобы остальные, уже прочитанные, не обиделись на меня.

Я нежно прикасаюсь к стенам своего дома, чью обоюдную любовь я испытываю на протяжении последних лет моей жизни. Я очень чувствую, когда ко мне хорошо относятся, но уезжаю по другой причине: кроме тебя, мой дом, меня больше никто так надёжно не обнимает, я уже в пути узнала другую, предательскую, человеческую любовь, прежде чем навсегда похоронила себя в твоих стенах.

Я поеду на многим недоступное озеро Чагытай, чтобы померяться с ним своим одиночеством и, может быть, остаться с ним, если мы друг в друге найдём много общего. А если нет, то я буду спешить к тебе обратно. Будет ли мне страшно? Бог запрещает мне чего-либо бояться. Будет ли мне интересно? Да, но пока есть только три вещи, заложенные в лабиринтах моего послушания, как то: красота незнакомого пока ещё озера, ждущие возвращения стены моего дома и осознание происходящего со мной в этот период.

Я не знаю, вернусь ли я из этой поездки. Надо ещё будет купить насос для велосипедных шин. Телефоны оставляю рядом с карточками на столе в знак того, чтобы ты не думал, дом, что я тебя бросаю.

Я только доберусь до заветного озера, плескану в лицо его холодному, одинокому степенству своей слезой, и оно, как вода воду, примет меня; окунусь, посижу на берегу, поплачу, поговорю с ним, а потом сразу назад, к тебе. Сейчас, только наполню бутылочки кипяченой водой, в рюкзак добавлю свитер, носочки. Помнишь, я начала их вязать, когда мы с тобой впервые остались одни? Еда не нужна, я могу три недели не есть. Сложно только первые два дня, остальные пролетят, как птицы над Чагытаем. Интересно, летают ли над ним птицы?

Сфотографировать будет нечем, ты только жди моего возвращения, пока я буду блуждать по незнакомым мне дорогам, чтобы найти путь к тебе, дом, и проникнуть друг в друга вновь своими энергиями, наслаждаясь новыми смыслами одиночества.
20.06.26.6.17.13