Писать прозу. Авторский дневник от 05. 10. 2010

От 05 октября 2010.
КТО КУРИТ, ТОТ ЗДОРОВЬЕ СВОЕ СДУЕТ!
Буду писать прозу. Однако мешают! Понедельник из понятий мягких и жестких. Время беззубо сосет мои мысли, голова однажды не выдержит и заорет. Кто писал Ключ? Кто листал листы? При чем тут старый Стивен Кинг? А может, вовсе молодой, как в 1969-ом? Он ли заноза, что двигает желание писать хоррор и сырой трэш к действию? Я впитал? Зря. И зачем я так радовался после чтения? Стриженный, стремящийся, но не собранный – я желтел в кровати. Подземный Мир гробит и закапывает законченность во мне? Да ее там нет – посмотрите на этот сырой картон последней главы! Где ублюдочный Федя унизил Нацию, Нация ошибка произведения, как писатель. Он не пишущий, он закапывающий.
- Для кого ты это все пишешь? Никто не читал твоего ****ного Подземного Мира!
- Пошли вы на ***! Лиля читала первую главу романа, уже переделанную, и сказала, что она интересна – в этом я ей верю.
В общем, продолжаю.
Нация и Федя – были плохими друзьями – не получилось у меня. Я приходил со школы, писал (обязательно) карандашом. Точно не скажу – почему – ибо не помню. Оргии были нужны, моя фантазия отдыхала на них. Скоро я перепишу весь роман.
Ел ли людей (Ницше) герой Поедателя Людей? Или это был мальчишка, что не смог насытиться сексом? У меня устоялось раздвоение тогда. Дед Сергея был каннибалом? Или Сергея, как идеала ****и-мужчины, не было вовсе? До сих пор не могу собраться и разобраться. Опять – не собранный. Произведения не доходят на листы – из-за – поверхностного восприятия акта творения, изменения приоритетности желаний в сторону тех, что удовлетворяются вне сочинительства (слово не заменялось) – прослушка, прогулка, просмотр, онанизм (про системные я уж не говорю – ибо они – ямы на дороге) – добровольно принятые помехи.
Я сам себе мешаю, вот сейчас мне мешают. Про Ницше вспомнили. Представили его сочиняющим – здорово, неплохо.
Поедателя Людей не сделал – глаза разбегались.
- А роман? Сколько раз ты начинал новые большие книги (кирпичи… хе-хе… шучу – надеюсь, вы поняли – о чем я)? Поймали, бля. Почему писатель не может ругаться, словно быдло? Вот найдите, по сути, быдло – что обладает навыком обращения с речью постоянно развивающегося прозаика, философа. Сложно. Или просто (тот же ругающийся словесник)?
Грязь. Почему рассказ надоел мне? Его читали, и я читал. Я устал его читать. Перечитывать. ЗАЕБАЛСЯ!!! Рассказ свел меня с Ней, поэтому им дорожу, как памятником в честь Нее. О – да – готов упасть на колени, целовать тебя так, чтобы ты простила меня. (Что я за ***ню днем написал? Я не виновен в твоем холоде! О – кошмар – что я пишу – дальше!) Ты – резко – вписалась в мое бытие. Ты раскинула пласты жизни моей, сначала нежно, затем – после ссоры – эти части остались в сторонах. (Ну – что написано – то написано. Хуй с ним.) Грязь составляет трилогию с рассказами Свечение Одиночества и Зеркало. Трилогия сшита похотью. Похотью. Прости. Хочу зачеркнуть предыдущее слово – да ладно.
- Кххааа…кххх… - задыхаюсь, кажется, кончается багаж того, что хотел написать. В плане сегодняшних заметок, а не остального.
Крупные романы. Несколько: “На Отдыхе”, “Ключ” (он идет, и скоро дойдет), безымянный, “Плодородие”, “Почему Жизнь Не…”, они начинались ВСЕ.
Осень вышла недавно, она мне и нравится, и не нравится (ох, напишу весь крупняк – вырасту!) - для моей прозы это нормально.
Не получилось встать сегодня в 6, смерть, как хотелось спать. Летом 2010 меня будили, и я был рад. Осенью этого же года меня тоже будят – я готов все взорвать. В выходные я сам просыпаюсь часто где-то в 10-11 утра и вспоминаю лето. Но прежде я думаю – что я сегодня сотворю что-нибудь.

Другие статьи в литературном дневнике:

• 06.10.2010. Писать прозу. Авторский дневник от 05. 10. 2010