Вольная фантазия
Автор выражает признание Михаилу Булгакову за текст повести «Собачье сердце» и Сигизмунду Алдоронтову за его рецензии
Вошедшая Сигизмунда очень почтительно и смущенно поклонилась Филиппу Филипповичу.
— Хи-хи! Вы маг и чародей, профессор, — сконфуженно вымолвила она. _ Мне рекомендовали вас.
— Снимайте штаны, сударыня, — облегченно молвил Филипп Филиппович и указал на высокий белый эшафот в углу. – Что беспокоит?
- ***се, профессор.
Филипп Филиппович сконфужено кашлянул:
- Не понял, сударыня.
- Бууу, трухлявый пень! Не стоит у меня!
- Но, позвольте, - хмыкнул Филипп Филиппович. - Вы же женщина!
- Мне нужен мой писюн! – и Сигизмунда победоносно посмотрела на Филиппа Филипповича.
— Я вам, сударыня, вставлю яичники обезьяны, — объявил тот и посмотрел строго.
— Ах, профессор, неужели обезьяны?
— Да, — непреклонно ответил Филипп Филиппович.
* * *
— Иван Арнольдович, самый важный момент — когда я войду во влагалище этой мадам, мгновенно, умоляю вас, подайте отросток и тут же шить.
- Филипп Филиппович, на хера ей хер?
— Нет, — совершенно уверенно возразил Филипп Филиппович, — нет. Вы первый, дорогой Иван Арнольдович, воздержитесь от употребления самого этого слова. Это — мираж, дым, фикция, — Филипп Филиппович широко растопырил короткие пальцы.— Шейте, доктор, мгновенно кожу, —Филипп Филиппович оглянулся на круглые белые стенные часы. - Вот, черт возьми. Не издохла. Ну, все равно издохнет.
Дневник доктора Борменталя.
23 Декабря. В 8,30 часов вечера произведена первая в Европе операция по проф. Преображенскому: под хлороформенным наркозом удалены женские яичники Сигизмунды А. и вместо них пересажены мужские яичники обезьяны с придатками и семенными канатиками, а также хер, взятый от скончавшегося за 4 часа, 4 минуты до операции мужчины 28 лет и сохранявшимися в стерилизованной физиологической жидкости по проф. Преображенскому.
1 декабря. (Перечеркнуто, поправлено) 1 января 1925 г. Фотографирован(а?о?) утром. Счастливо кричит «ыыыы», повторяя это слово громко и как бы радостно. Вечером произнес 8 раз подряд слово «***ня», «соси ногу».
6 Января. (То карандашом, то фиолетовыми чернилами).
Сегодня после того, как у него (нее?) отвалилась грудь, он произнес совершенно отчетливо слово «***се, графоманища в междусобойщике ыыы».
Прием у профессора прекращен. Начиная с 5-ти час. дня из смотровой, где расхаживает это существо, слышится явственно вульгарная ругань и слова «я за то чтобы вы шли в ****у».
7 Января. Он произносит очень много слов: «афтар йобнись оп стенку», «а на них дрочить можно?», «фалоимитатор», «аморфное ничтожество» и все бранные слова, какие только существуют в русском лексиконе.
Вид его странен. Какая-то шерсть на голове, на подбородке и на груди. В остальном он лыс, с дряблой кожей. В области половых органов формирующийся мужчина. Череп увеличился значительно. Лоб скошен и низок.
В «вечерней» — написали, что родился ребенок, который играет на скрипке. Тут же рисунок — скрипка и моя фотографическая карточка и под ней подпись: «проф. ПреображенсКий, делавший кесарево сечение у матери». Это — что-то неописуемое... Он говорит новую фразу «недодрочилки сетевые».
9 Января. Лексикон обогащается каждые пять минут (в среднем) новым словом, с сегодняшнего утра, и фразами. Похоже, что они, замерзшие в сознании, оттаивают и выходят. Вышедшее слово остается в употреблении. Со вчерашнего вечера фонографом отмечены: «афтарша жжошь, пеши исчо», «сбрысь нах», «захуярил конец битой», «бросай писать ***ню», «у меня шо хвост куцой», «сперматезойды».
10 Января. Произошло одевание. Нижнюю сорочку позволил надеть на себя охотно, даже весело смеясь. От кальсон отказался, выразив протест хриплыми криками: «ты любишь длинные или толстые? буду за углом!»
11 Января. Совершенно примирился со штанами. Самая любимая фраза: «Ыыыыыыыы».
Шерсть на голове — слабая, шелковистая. Легко спутать с волосами. Но подпалины остались на темени. Сегодня облез последний пух с ушей. Колоссальный аппетит. С увлечением ест селедку.
Я не могу удержаться от нескольких гипотез: к чертям омоложение пока что. Другое неизмеримо более важное: изумительный опыт проф. Преображенского раскрыл одну из тайн человеческих семенников. Отныне загадочная функция яичек — мозгового придатка хера — раз'яснена. Он определяет человеческий облик. Его гормоны можно назвать важнейшими в организме — гормонами облика. Новая область открывается в науке: безо всякой реторты Фауста создан гомункул.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
