(Из книги "Записки молодому человеку об искусстве жить")
Когда я спросил вас: "Как вы собираетесь строить свою жизнь?", вы ответили: "Быть может, писать." Надо или отбросить "быть может", или отказаться от этого намерения. Если вы призваны стать писателем, вы станете им во что бы то ни стало. Виктор Гюго с детства хотел быть "Шатобрианом или никем". Прирождённый писатель пишет, потому что ему есть что сказать, и выразить это он может лишь на письме. Если вас притягивает чистый лист бумаги, если вы готовы всем пожертвовать ради того, чтобы поведать миру мысли, которые теснятся у вас в голове, ища выхода, если вы знаете, что будете писать, несмотря на провалы, несмотря на враждебность критиков, если вы, как Пруст, испытываете чувство освобождения и триумфа, когда вам удаётся одной удачной фразой точно обрисовать человека, предмет или чувство, тогда в добрый час!
Но, вступая на эту стезю, знайте, что вы принимаете постриг и вам всю жизнь придётся работать больше, чем человеку любой другой профессии. когда видишь готовую целостную и стройную книгу, то кажется, что перед тобой - творение природы. "Госпожа Бовари.2, "Адольф", "Отец Горио" естественные, как дуб или яблоня. Меж тем они - плоды огромного, невероятного труда. Взгляните на черновые рукописи великого произведения. Сколько перечёркиваний! Сколько вставок! Сколько исправлений в тексте и на полях! Какая странная бахрома листочков, подклеенных к гранкам! Конечно, случается, в порыве вдохновения автор за ночь "выдаёт на-гора"целых тридцать страниц. Но какими бы вдохновенными не были эти пламенные строки, они должны были обрести окончательную форму, гладкость. Бывают и счастливые часы, нго сколько тяжких дней, когда писатель никак не может выбрать сюжет для нового произведения! Сколько отвергнутых начал! Сколько разочарований в тех случаях, когда автор думал, что растит розу, а вырастил репейник.
Входящие сюда, оставьте не всякую надежду, но всякую лень и всякое тщеславие. Вам придётся смотреть на своё творение со стороны, судить его и в случае необходимости осудить. Кроме того, умейте разглядывать его красоты, если они в нём действительно есть. Научиться верно оценивать свои произведения можно только читая классиков. Вскормленный Чеховым и Кэтрин Мэнсфилд, вы будете со смирением, порой с надеждой равнять прозу по их новеллам. Воспитанный на Бальзаке, Стендале, Прусте, вы будете строги к своим романам. восхищаясь интеллектуальными фантазиями Свифта и Кафки, вы будете беспристрастно оценивать свои вымыслы. И остерегайтесь принять за новое то, что существует с незапамятных времён. Пример - кому принадлежат слова: "Вы действительно не знаете, за что оказались в тюрьме, именуемой жизнью, и за что страдаете, но вы знаете, что процесс"? Думаете, это Кафка? Ничего подобного, дорогой мой: Виньи! Вот вам урок осторожности. Не советую вам копировать стиль мастеров (хотя Пруст многому научился, пародируя их); если вы обладаете писательским даром, вам и самому не захочется подражать. Вы бессознательно позаимствуете у Толстого манеру представлять героев, у Бальзака - любовь к пространным вступлениям, у Стендаля - пылкую дерзкость, но всё остальное возьмёте у самого себя и сами изготовите свой мёд.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
