***

Соавторская риторика на тему извечного с Ириной Второй Храбровой.

" В самом сердце тенистого сада, там, куда робкие солнечные лучи осмеливаются заглядывать лишь на краткий миг, раскинулось безмолвное царство.

Это царство Валерия Картошкина, ноющего от комарья в семейных трусах, и прячущегося за стройным бревном, стоящем неподалёку от сарая.

Это не буйство красок, не кричащая роскошь роз или георгинов.

И не нагая безутешность Валерия, следящего, подсматривая за переодевающейся в купальник Лидии Штайнберг.

Это тихая, вдумчивая красота, сотканная из благородного бархата и сумрачной зелени.

Лидия переодевалась прямо в сарае, не взирая на окно в которое заглядывал строгий Валерий.

Здесь, в прохладной полутьме, правит хоста — королева теней, чье величие не в яркости, а в глубине.

Валерий необычно заерзал, переминаясь с ноги на ногу, и в суматохе нахлынувшего возбуждения опрокинул себе на голову бревно, погрузившись в тучную прохладу природы.

Ее листья — это не просто части растения, а настоящие произведения искусства, вышедшие из-под кисти гениального, но меланхоличного мастера.

Лидия заохав выскочила полунагая из сарая и подбежала к Валерию, и прикинулась тоже спящей рядом с ним.

Они лежат на земле тяжелыми, мясистыми пластинами, словно отлитые из темного воска.

Валерий чуть дергается, а Лидия скромно замерев, бросается в надежду.

Их поверхность матовая, поглощающая свет, и лишь на ощупь можно понять истинную суть этого чуда: она напоминает прикосновение к дорогому велюру или замше.

Лидия пытается спасти Валерия.

Пальцы утопают в этой прохладной, упругой плоти.

Валерий пытается ожить от энергии Лидии.

Форма их бесконечно разнообразна: от строгого, почти геометрического сердца до причудливо изрезанных, волнистых краев, похожих на оборки на платье старинной дамы.

"
Всё, больше нет амплитуды. Развивайте текст, интенсивно пишите, но резко режете, вряд-ли поймете, но надежда есть.

С поклоном в улыбке,

Другие статьи в литературном дневнике:

• 27.06.2026. ***