Всё время раздумываю, так почему же нам всё-таки дали тогда этот статус беженцев? Разумеется, 93-й год и предшествующие ему 2 года были крайне тяжёлыми для нас, но точно так же, как и для 99% населения всей страны, называемой когда-то СССР.
Помню одну пару, которая одновременно с нами проходила интервью в Посольстве. Женщина была такая вся ухоженная, такая удивительно красивая и утончённая! А мужчина, в общем-то я бы сказала, самой 100% ИТРовской наружности. Я десятки таких мужиков перевидала во всевозможных конструкторских и технологических бюро 5 заводов, на которых мне когда-либо приходилось работать. Но в том-то и фокус, что я этих мужиков видела в 80-х годах, а этот -- весь такой подтянутый, отутюженный, гладко выбритый, да и сам весь такой гладкий -- в 93-м!! Как-будто и не было всей этой перекройки-перестрелки, пустых полок магазинов, драк в очередях и совершенно дикого отчаяния!
В 80-е-то и я сама и мои родители выглядели и чувствовали себя совершенно иначе! Мать была главным экономистом в одной из строительных организаций в городе. Отец -- зав.сектором программистов в ГСКБ, принадлежавшем УЗТСу. А я -- сначала технологом-программистом станков с ЧПУ на ульяновском механическом заводе, а потом цеховым технологом на ижевском механическом.
А за последние 3-4 года с нашей семьёй произошли такие страшные изменения, что вряд ли в нас можно было узнать людей с высшим образованием.
Мать, не вылезая, по 8 месяцев в году торчала на садовом участке. И даже в оставшиеся 4 месяца все заботы и разговоры сводились к рассаде, удобрениям, средствам от всевозможных садовых вредителей.
Отец уже 3 года работал ночным сторожем в какой-то частной фирме за сущие крохи. А днём торчал в приёмных всех городских уровней, пытаясь получить хоть сколько-то приемлемую работу. И это был САМЫЙ ПЕРВЫЙ И САМЫЙ ИЗВЕСТНЫЙ у нас в городе программист!!!
С тех пор, как поверив в горбачёвскую "гластность" и "плюролизм", он попытался отговорить народ голосовать за КГБшного стукача Кима, останавливая прямо на улицах людей, его прочно занесли в "чёрные" списки и теперь, если и не гнали из приёмных взашей, то и не принимали вовсе. Даже не разговаривали.
Когда мы с матерью узнали об этой его "политической" деятельности, у нас волосы встали дыбом!! Это же надо было сообразить!!!! Кима рекламировала наша родная городская милиция, разъезжая на своих милицейских "Волгах" и выкрикивая лозунги через мегафон, а мой папа приставал к прохожим с призывами байкотировать Кима на выборах в Верховный Совет!
У меня в голове не укладывалось, как можно было вообще додуматься до такого?! Это надо было полностью лишиться ума!!
Про меня и говорить уже нечего было -- дворницкая метла и сидение на местном блошином рынке прямо у нас под окнами наложили свой отпечаток и на лицо, и на душу, и на манеру разговора, и даже на взгляд.
Наша одежда... Да какая уже могла быть у нас одежда? На матери был какой-то столетний костюм, связанный ею самой ещё в 80-х годах. На отце последний более-менее сохранившийся костюм -- один из тех, в которых он проходил лет 5, когда ещё работал в ГСКБ, пока Ким не вышвырнул его на улицу.
А на мне совершенно невообразимое платье, сшитое моей матерью из тканей, купленных всё в тех же 80-х.
Единственно, кто выглядел более-менее по-людски -- это был мой 5-летний сын, который был одет в комбинезон, перешитый матерью из вельветовых брюк фирмы Lee, доставшихся нам от моего двоюродного брата.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
