Конспект суждений Платона.

В диалогах Сократа. Утверждается наличие объекта и субъекта познания. При этом жизнь это взаимодействие действия и страдания. Один действует, другое страдает. Знание о предмете - результат нашего суждения. При этом знание - это мнение, утвержденное на основе объяснения. Познание - это постоянное становление. Ничто нельзя познать до конца, т.к. все постоянно находится в движении (становлении) - и вещи и понятия. Знания о вещах заложены в первоначалах до нашего рождения, знание - это "припоминание" того, что мы уже знаем, но забыли. (Пример: знание того, что больше и меньше происходит оттого, что в нас уже заложено знание понятий "больше" и "меньше".)

"Не бывает ли, дорогой Теэтет, необходимым для многих из слушателей, когда по прошествии достаточного времени и достижении зрелого возраста они приходят в столкновение с действительностью и становятся вынужденными под ее воздействием ясно постигнуть существующее, изменить приобретенные раньше мнения, так что великое оказывается малым, легкое – трудным и все ложные представления, образованные при помощи речей, всячески опровергаются действительными делами?"
В этом диалоге Платона чужестранец рассуждает о мнимой мудрости софиста. С помощью подражания действительности он якобы может рассказать о сути всех вещей, однако вырастая люди, которым внушили эти ложные мнения, убеждаются на деле, что это неправда. Так можно и о морали, внушаемой в школе, рассудить.

"Поэтому по справедливости окрыляется только разуй философа: у него всегда по мере его сил память обращена на то, чем божествен бог. Только человек, правильно пользующийся такими воспоминаниями, всегда посвящаемый в совершенные таинства, становится подлинно совершенным. И так а как он стоит вне человеческой суеты и обращен к божественному, большинство, конечно, станет увещевать его, как помешанного, – ведь его исступленность скрыта от большинства. "

В "Федр или о Любви" Платон представляет собой любовь как влечение, неистовство, где вожатый - это разумная составляющая души, два коня (один - это животная плотская страсть, другой - божественная духовная). А также называет диалектикой способность возводить суждения от общего к частному (выделение общего свойства у предметов) и от частного к общему (расчленение).
О правдоподобии: почему люди лгут? Потому что, если они будут говорить правда, им никто не поверит. Иногда о действительности и истине стоит умолчать, если они не правдоподобны. Никому в суде нет дела ни до истины, ни до справедливости; главное для рассуждений - убедительность.

"Вот и сейчас ты, отец письмен, из любви к ним придал им прямо противоположное значение. В души научившихся им они вселят забывчивость, так как будет лишена упражнения память: припоминать станут извне, доверяясь письму, по посторонним знакам, а не изнутри, сами собою. Стало быть, ты нашел средство не для памяти, а для припоминания. Ты даешь ученикам мнимую, а не истинную мудрость. Они у тебя будут многое знать понаслышке, без обучения, и будут казаться многознающими, оставаясь в большинстве не веждами, людьми трудными для общения; они станут мнимомудрыми вместо мудрых.
Значит, и тот, кто рассчитывает запечатлеть в письменах свое искусство и кто в свою очередь черпает его из письмен, потому что оно будто бы надежно и прочно сохраняется там на будущее, – оба преисполнены простодушия и, в сущности, не знают прорицания Аммона, раз они записанную речь ставят выше, чем напоминание со стороны человека, сведущего в том, что записано.

В этом, Федр, дурная особенность письменности, поистине сходной с живописью: ее порождения стоят, как живые, а спроси их – они величаво и гордо молчат. То же самое и с сочинениями: думаешь, будто они говорят как разумные существа, но если кто спросит о чем-нибудь из того, что они говорят, желая это усвоить, они всегда отвечают одно и то же. Всякое сочинение, однажды записанное, находится в обращении везде – о и у людей понимающих, и равным образом у тех, кому вовсе не подобает его читать, и оно не знает, с кем оно должно говорить, а с кем нет. Если им пренебрегают или несправедливо его ругают, оно нуждается в помощи своего отца, само же не способно ни защититься, ни помочь себе.

О философии. Справедливость, принятая природой, т.е. власть сильнейших, противоположна справедливости, принятой обычаем, т.е. власть слабейших.
Как бы ни был, повторяю я, даровит такой человек, он наверняка теряет мужественность, держась вдали от середины города, его площадей и собраний, где прославляются мужи, по слову поэта40; он прозябает до конца жизни в неизвестности, шепчась по углам с тремя или четырьмя мальчишками, и никогда не слетит с его губ {E} свободное, громкое и дерзновенное слово.

Вообще, если сравнивать личность Платона, который в Сократе, возможно вывел себя, и Иисуса, то они весьма схожи. Так, у Ксенофанта говорилось о непорочном зачатии Платона Обоих вело божественное знамение. Учение Платона и Иисуса схожи во много - определении блага, справедливости. Только философ в рассуждениях подводит к этим выводам, Иисус же больше ссылается на божественный закон. К тому же и Сократ (Платон) и Иисус приговариваются к смертной казни государством. Мне кажется, что Смерть Сократа - это самый последний диалог, написанный его учениками.
На примере Библии мы можем наблюдать две противоположные философские системы - доплатоновская (Ветхий Завет) - языческое мировосприятие, которому свойственны жестокость, несправедливость, божество предстает насильственным началом, - в Новом Завете Иисус (Платон) делает божество (Демиурга) милосердным, стражем. В этом усматривается желание убедить народные массы в благожелательности правителей.
Далее у обоих схоже описания царства божия или рая. Платон упоминает крылатые души (библейские ангелы), лучшие из них бестелесные достигают неба, худшие попадают в Тартар. В Государстве Платона описывается гос. устройство - тирания и образ тирана весьма схож с образом Антихриста. И тот и другой завершают некий цикл человеческой государственности. Тиран приходит к власти и на первых порах кажется порядочным, справедливым правителем, а в дальнейшем превращается в монстра. (Люди только и думают о том, как подавить волю другого и использовать).

Аристотель о принципе подчинения людей.

, в силу своей природы властвующему, и существу, в силу своей природы подвластному. Первое благодаря своим умственным свойствам способно к предвидению, и потому оно уже по природе своей существо властвующее и господствующее; второе, так как оно способно лишь своими физическими силами исполнять полученные указания, является существом подвластным и рабствующим.

Другие статьи в литературном дневнике:

• 30.10.2010. Сон
• 24.10.2010. Место, которого нет или миграция.
• 23.10.2010. О Любви.
• 18.10.2010. Конспект суждений Платона.