Ты мне слишком дорога. чтобы я был с тобой рядом". В желтых глазах днепропетровского блюзмэна отражаются свечные огоньки. Я сижу напротив и опять попадаю в прошлое лето. Играет музыка, все курят, клубы дыма застилают лица. Теплые руки гитариста.
"Ты теперь не играешь..."
"Я играл для тебя. Еще поиграю, но не сегодня, для тебя одной буду играть"
Поправляет воротник свитера, смотрит на меня.
"Ты очень меняешься. Я редко тебя вижу, а ты такая красивая. Только постарайся не стать сукой". У смехается, я улыбаюсь. Мы пьем пиво и держимся за руки.
"Хочу, чтоб у тебя руки согрелись". Касается губами моих пальцев - ледяных. Улыбается. "Дружить будем?"
Он сидел на сцене, перебирая струны. Я сидела в первом ряду, а он смотрел на меня. Его глаза - цвета песка в Херсонесе.
В зале гаснет свет, и нет никого, кроме нас. Чьи-то шепоты, шорохи, гитара. Хрипловатый голос блюзмэна, желтые глаза, мои тонкие запястья увиты бисером...
он сроднился с гитарой, и сейчас они едины. Руки на струнах, голос - в меня. И с нас содрали кожу, прислонили друг к другу - этой болью наша близость.
Или просто я - девочка с фенечками, длинные волосы и серьги до плеч, подошла к тебе и сказала: "Ты классно играешь!". А ты ответил: "Давай дружить!". И мы подружились...
Достаю сигарету, и поднесенная блюзмэном змжигалка возвращает меня в реальное время.
"Я почему-то привязался к тебе".
Я тоже...
"Я приезжаю к тебе. Больше здесь никого нет. Это ради тебя. Как же я рад, какая же ты красивая, таких больше нет."
Таких - тоже...
"А я невидим. Меня вообще нет." Его песочные глаза смеются.
Я улыбаюсь, он целует мои холодные пальцы...
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
