Во Франции снова случилось невероятное.
В июне наступила жара.
Министерства срочно собрались на экстренное совещание, чтобы разобраться, как такое вообще могло произойти. Эксперты изучили ситуацию, посмотрели в окно, сверились с календарём и пришли к сенсационному выводу:
— Никогда такого не было!
Хотя каждый француз прекрасно знает, что каждый год, как только приходит лето, страна с удивлением обнаруживает: оказывается, бывает жарко.
По телевизору с трагическими лицами объявляют:
— Активирован план борьбы с сильной жарой!
Народ замирает в ожидании. Сейчас, думает он, откроют охлаждаемые помещения, поставят кондиционеры в школы, модернизируют больницы.
Но нет.
План состоит из трёх революционных пунктов:
— Пейте воду.
— Стойте в тени.
— Всё будет заебись.
Но это не точно.
На разработку программы, по слухам, ушли миллиарды евро и несколько десятков комиссий, экспертных советов и круглых столов с кондиционерами.
А ещё обязательно создаётся специальная горячая линия.
Туда звонит пенсионер:
— У меня дома сорок градусов.
— Пейте воду.
— Я уже выпил три литра.
— Тогда выпейте четыре.
— А кондиционер?
— Не занимайте линию, у нас чрезвычайная ситуация.
В школах занятия отменяют. Учителя и родители делают вид, что удивлены.
— Но ведь жара исключительная!
Хотя такая "исключительность" почему-то повторяется каждый год.
В некоторых школах решили действовать радикально.
Детям разрешили приходить в шортах.
Министерство назвало это исторической реформой образования.
В больницах ситуация ещё интереснее. Кондиционеров нет, зато есть инструкции.
Врач идёт по коридору практически в труселях, обмахиваясь картой пациента.
— Доктор, как вы держитесь?
— По рекомендации министерства пью воду и ищу тень. Пока помогает.
— А операцию проводить будете?
— Если найду тень в операционной.
Тем временем министры выходят к прессе.
Министр образования с суровым и озабоченным лицом заявляет:
— Я полностью разделяю трудности французов. В знак солидарности я не буду включать кондиционер у себя в кабинете.
Журналисты растроганы.
— То есть будете сидеть в жаре?
— Ну зачем такие крайности? Кабинет охлаждается центральной системой, геотермальной установкой и двумя тепловыми насосами. Но кондиционер я принципиально не включу.
— Настоящая жертва ради народа...
— Я с вами! — торжественно заявляет министр.
Народ почему-то не чувствует облегчения.
Для борьбы с жарой создаётся межминистерская комиссия по изучению последствий высоких температур.
Через полгода комиссия выпускает доклад на 800 страницах.
Главный вывод:"Когда жарко, людям жарко".
На следующий год комиссия получает дополнительное финансирование для проверки этой смелой научной гипотезы.
Мэры городов тоже не сидят сложа руки.
Они устанавливают на площади огромный электронный экран стоимостью несколько миллионов евро.
На экране каждые пять минут появляется надпись:"Осторожно! Жарко!
Тени от экрана нет.
По телевизору выступает очередной эксперт.
— Через два дня температура может достигнуть сорока пяти градусов.
Ведущая хватается за сердце.
— Господи... И что же делать?
— Пить воду.
— И всё?
— Ну ещё не стоять на солнце.
— Спасибо за ваш профессиональный анализ.
На следующий день выходит новая памятка.
Как пережить жару
1. Пейте воду.
2. Ищите тень.
3. Держитесь.
4. Не рассчитывайте на государство.
Последний пункт потом убрали как слишком честный.
А жара тем временем продолжает делать то, что делает каждый июнь и каждый июль уже много лет подряд.
И где-то на карикатуре грустный чиновник вычёркивает слова "План каникюль" и честно дописывает:"Мы на вас забили".
Потому что если перевести официальный язык на человеческий, то весь государственный план выглядит примерно так:
— Пейте воду.
— Стойте в тени.
— Дальше как-нибудь сами.
Именно это французы каждый год и называют борьбой государства с жарой. А государство каждый год делает вид, что столкнулось с этим впервые.
А потом наступает сентябрь.
Приходит дождь.
И те же самые чиновники, которые три месяца рассказывали про засуху, собирают новое экстренное совещание.
— Во Франции выпала вода с неба. Никогда такого не было.
На борьбу с дождём выделяют ещё несколько миллиардов.
На всякий случай.
Потому что главное во французской бюрократии — не победить проблему.
Главное — каждый год искренне удивляться, что летом жарко, зимой холодно, а после дождя почему-то мокро.
И на всё это обязательно нужен новый план. С бюджетом. И комиссией.
Очень жаркой комиссией. Но без кондиционера.
Из солидарности. ;
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
