Ф. М. Достоевский. Бобок. Из беседы умерших.

Андрей Можаев: литературный дневник

Я предлагаю всем провести эти два месяца как можно приятнее и для того всем устроиться на иных основаниях. Господа! Я предлагаю ничего не стыдиться!
- Ах, как я хочу ничего не стыдиться! - с восторгом воскликнула Авдотья Игнатьевна.
- Слышите, уж коли Авдотья Игнатьевна хочет ничего не стыдиться...
- Нет-нет-нет, я стыдилась, я все-таки там стыдилась, а здесь я ужасно, ужасно хочу ничего не стыдиться!
- Я понимаю, - что вы предлагаете устроить здешнюю, так сказать, жизнь на новых и уже разумных началах.
- Но пока я хочу, чтоб не лгать. Я только этого и хочу, потому что это главное. На земле жить и не лгать невозможно, ибо жизнь и ложь синонимы; ну а здесь мы для смеху будем не лгать. Черт возьми, ведь значит ж что-нибудь могила! Мы все будем вслух рассказывать наши истории и уже ничего не стыдиться. Я прежде всех про себя расскажу. Я, знаете, из плотоядных. Всё это там вверху было связано гнилыми веревками. Долой веревки, и проживем эти два месяца в самой безстыдной правде! Заголимся и обнажимся!
- Обнажимся, обнажимся! — закричали во все голоса.
- Я ужасно, ужасно хочу обнажиться! - взвизгивала Авдотья Игнатьевна.



Другие статьи в литературном дневнике: