Бывает, что не человек переживет свою собаку, а наоборот. Бывает. Бабушка умирает, черная пушистая дворняга с удивительно благородной посадкой головы остается жить. Квартиры собакам, конечно, не положены, и даже есть родственники покойной, которые согласны взять дворнягу к себе. Но она не идет. Остается жить во дворе. В детской песочнице. Зимой. Жители ближайших домов знают ее историю, подкармливают, жалеют, удивляются такой преданности. Даже находятся еще желающие взять Чернушку к себе домой. А она не идет. Живет и спит возле песочницы. Черное пятно на белом снегу. Тихая, спокойная, по своему даже вежливая.
Вопреки всем ожиданиям ее без конфликта приняли дворовые собаки, живущие за гаражами. Не гонят, не обижают. Но и к ним она не идет.
Сегодня утром я вынес ей открытую банку с кошачьими консервами, которые Безумное Чмо забраковал по одной ему известной причине. Поставил консервы на дорожку и отошел. Чернушка осторожно подошла, понюхала, деликатно лизнула и отошла. «Не хочешь, не надо, - сказал я. - Я отнесу к подъезду и поставлю у кошачьего лаза, если захочешь, ты видела, где я оставляю банку».
И пошел на работу.
Когда я обернулся, черное пятно темнело на снегу возле банки. Она ела. Тихая, воспитанная, вежливая.
И я подумал, что наверно есть что-то обидное даже для бездомной собаки в том, что ей предлагают кошачью еду. Оскорбление добротой.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
