"А Вам нравятся безумцы? Нравятся те кто своим существованием сбивает с ног все моральные и этические устои? Нравятся? Да, они великолепны! Я могу поспорить с вами на что угодно, что вы так или иначе представляйте себе их, ваших идолов танцующих и метающихся, одерманеных сладким безумием, перед вашими глазами, провоцируя вас. Но вы это делайте тайно и так же тайно придаётесь любви, скромно отводите глаза в сторону утопая, отупленые божественной негой, в пучине слияния желаний воплотившихся в жизнь на эти долгие часы, на деле являющимися вечностью. Лететь с замирающим сердцем в притворном ожидании финала, который так хочется отсрочить и уноситься всё дальше от бытового места и насиженных привычек всё дальше и дальше! И эти тайные свидания безупречны, там нет лишнего ровно как и запретов, космическое лоно являясь обителью ваших чувств дарует безграничность и вечное совершенствование, но они не долговечны... Увы, не долговечны".
Она была той кто к странному нестандартному внутреннему миру имела и нестандартную внешность и по природе своей была очень агрессивна и озлобленна на все людские институты. А что на счёт самих людей то там всё было на много сложнее, она сама не понимала как к ним надо относитсья и с чем есть! Человек виделся ей чем то вроде продукта отхода этой цивилизации, странным, загнаным в угол созданием,слишком приятным, слишком правельным и через чур быстрым, до самой последней точки старения. Она не была против прогресса и поэтому свою эволюционную лестницу она соорудила самостоятельно и у той лестницы не было конца. К самой жизни она относилась ровно: что есть то есть, что будет то будет, в том, что было - сама виновата, такая мысль одно время занимала самое первое место в её сознании. Но являясь крайне не постоянным созданием, при этом она сохраняла сильные чувства, потому что они были первыми и единтсвенными, и к одному и тому же обьекту её "страсть" дважды никогда не вспыхивала, как бы она иногда не пыталась себя перебороть ничего не выходило, она да же как-то решилась контролировать их, ну и естественно потерпела поражение, потомучто сама себе, того не заметив, воздвигнула стену. "Как можно контролировать то, что помогает нам быть собой? - Спросила она как-то, сидя у знакомой на кухне, с кружкой кофе а в неём шипел сахарозаменитель. - Только они делают нас неповторимыми! А сейчас, куда не глянь, каждый на столько правелен и разборчив, что тошно становится. Ничего лишнего, ничего плохого, только материальные достижения достижения достижения!" - "Как бы то ни было, ты являешся человеком, а не святым духом! Так что, то же невольноя, того же поля ягода, только та, у которой другой вкус, аромат и цвет". - "А я хочу быть ярче! Ещё ярче! Надо что-нибудь сделать!" - "Сделай! Вот у нас завтро фотосессия с одним дизайнероми его моделями, приходи ко мне и сразу от меня, после кофе, двинемся на точку". - "Согласна".
Естественно она прекрасно понимала всё, что происходило вокруг неё и так же то, что она сама являлась непосредственным инициатором, только вот не знала "зачем"? Зачем всё это надо было? Зачем люди так поступали? Ведь всё могло происходить по другому! И так же она думала, что для такого человека как она нет места. Не было места на тусовках, разных вечеринках, среди компании и всего остального. Почему? Потому что там, куда бы её не пригласили, она всегда старалась выделиться и выделялась да же просто молча стоя в стороне, в полном одиночестве, раздосадованная и злая. Но мир на этом не заканчивался и, пока она была озабоченна своими духовными проблемами своего внутреннего мира, всё двигалось вперёд и на том месте на котором раньше не было цветов, расцвёл сад. Она многое упускала, потому что ни как не могла решиться ступить в это мир как все мимо проходящие, но при этом она являлась частью этого мира и без неё не было бы многово.
Боясь показать себя она старалась сильнее выделиться и выделялась, только за яркой оболочкой скрывались страхи, пожирающие сознание. И поэтому она разукрашивала стены, оставляя после себя сообщения, писала стихи и прозы, рисовала маслянными красками проводя разноцветыми пальцами по холсту. Она танцевала в комнатах, слушая рок музыку шестядесятых. Она любила таких же как она людей и вместе они сходили с ума в узким маленьких кухонках, танцуя на столах и стульях посреди тёмной ночи, пьяные и безумные, наплевав на приказы, в которых говорилось о тишине после определённого часа, обсыпаясь сахаром, под музыку Игги Попа, глотая его чайными ложками, представляя себе, что это кокаин. Ансамбль разбитых сердец. Когда-то было весело, никто не спорил.
Чаще всего она мечтала о том, что сделает что-то яркое что-то интересное, то что всех будет завораживать и все будут вспоминать это. За деревянным столом в компании близкого человека, она мечтательно глядела, держа кружку пива, в большой телевизор и твердила про себя, что обязательно засветится, обязательно её ещё увидят, там в телевизоре, в одной из программ. Звёздная жизнь приманивала её, но всё же она была другой. А со стороны просто "очередная мечтательная особа", образ которой раскрутил и размножил Голивуд, которая так и не добилась в жизни того чего так желала потому, что не стремилась, оттого что не была уверенна. Просто сидела за соседним столом девушка с разноцветными волосами в яркой дорогой одежде с дорогим телефоном и всё. А кем она была, что она из себя представляла, никому не было интересно. А ей нравилось наблюдать за людьми, нравилось изучать их, проникать в их жизни и души, и жалеть их и не навидеть их, и любила их за то, что они были такими какими были!
Время шло, что она сделала тогда? Много чего произошло, но по стандарту, взглянув на неё целиком захватив всё, можно было увидеть, что она просто жила в своё удовольствие, долго не задерживаясь на одном месте заводила романтические отношения где-то бывая лидером и инициатором а где-то полностью пологая на партнёра, всегда оставалась загадкой да же для самой себя, непредсказуемой и бузумно странной. Стесняясь своего прекрасного тела, усыпанного татуироваками и шрамами, скрывала его под безликой одеждой, которая делала её безполным созданием. Но порой она была через чур откровенна. Падая из крайности в крайность она всё умудрялась пробывать, она была всем чем только возможно и не воообразимо. И один раз полюбив молодого человека, потом иногда его посещала, он заботился о ней, но был не тем кто составил бы хорошую партию и поэтому она жалела его, всегда говорила ему правду и посвещала в подробности своей личной и, интимной жизни, она дарила ему стихи и рисунки, но все они были наполнены тоской и необратимой печалью, плачем по светлому. Он же ничего не мог дать ей кроме своей привязанности, внимания и денег, и всё это была его жертва, котору он приподнёс к алтарю любви, потому что он был таким, таким каким был. Да, она взрослела и поступки совершаемыем ею казались окружению, детскими выходками, которые могли сотворить только подростки.
Выгуливая свою тёмную сторону на длинном поводке, который потом испаряется, наблюдать за всем остальным....
"Ты помнишь какой ты была?" - Ласков и сладок манящий голос, мелодично спросил о днях минувших, когда плоть была сияющей, а душа в оболочке, бросив там якорь, парила над миром и проклинала людей! И она с раскрывшимися глазами от истины ослепляющей, подхваченная течением ветра, медленно опустилась на землю, поражённая, но не побеждёнаая. В плечо неприятные толчки чем-то острым, и голос с верху, спокойный взгляд её, в сжатой руке смотанный поводок, поблёскивал в свете фонаря холодным металическим цветом: "Вставай". Длинные темные волосы и закрытое ими холодное лицо поднимались вверх утопая в свете ночных фонарей и только видно было кожанную одежду с тонкими пальцами, которые ласкали её. Взгляд затуманенный снова уходил в небытие и провалися в безпямятство: "Господи..." Тяжелая голова упала на снег, закапала красная кровь с уголка раскрытого рта.
Одна отдельная вселенная с увядшими цветами, в самой разной посуде, пылью, вечным вечером, в котором то же встаёт солнце, с вечным снегом, подсвечниками и глиняными тарелками с хрустальными бокалами. Разукрашенная призраками, сделанных из простыней и палок, звёздами, рисунками крестов, паутиной и цветами, стихами и мыслями, на нитках подвешенные картонные тёмнокрасночёрные летучие мыши под потолком. Праздник тьмы и балет под Эдварда Грига... И вот за дверью старые песни калядующих. Добрым жестом приглашение пройти в квартиру...
Ночи и вечно горящие свечи. "Ах, какая на улице прекрасная погода! какой снег! какой свет!" В такую погоду блуждая среди чёрных уснувших летаргическим сном берёз, укутываясь по колено в белоснежный снег, хочется смеяться улыбаться танцевать петь обнимать призраков. В этой идеальной тишине никто не потревожит никто не станет смеяться и бить никто не обращает внимания и не разговаривает, "никто - это люди". И так же оставаться вежливой. И кружась под этим тёмным небом с ростущей луной в окружении звёзд, с опьяняющим воздухом, убаюканная природой "Я люблю тебя мир" жить и умирать.
Две стороны сталкиваются в движении друг с другом грудью, отбрасывая ядовитые искры в стороны, освещающие на мгновение лики. И когда одна из сторон обзывает второю сторону уродливой тёмной и безобразной, вторая отталкивается и твердит о том, что она светла и добра. На деле они похожи друг на друга потому, что являются одной частью одно общего.
Он спокойно представлял себе этот мир и любил его и очень стремился не выдать своей ненависти к нему. "Да на, что осуждать этот мир?! За чем смотреть на него, когда мы сами являемся его частью, мы и есть этот мир! - Громко высказывался он. А про себя тихо с досадой шептал, отводя взгляд голубых острых глаз, в сторону, - этот поганный мир, поганный-поганный мир".
Нуждаясь в женской доброте и ласках как в дурманящих лёгких эйфорических запахах, он вскоре получил желанное. Он был наполнен прекрасной свободы в окружении самых разных девушек, которые дарили ему свои улыбки, свои интригующие ничему не обязывающие поцелуйчики, своё внимание. Но он всё же оставался одинок... Одинокий в своём разноцветном мире украшенным постерами поп-див, их музыкой и голосами, их телами, светлыми волосами, подаренными кем-то фенечками, купленной разноцветной одеждой, деревянными бусами. Мужчины видели в нём не больше чем дружка для своих жён, которые порой сбегали из тёплых семейных квартир, что бы провести часок другой в его светлой компании с алкоголем и не важно им было их место встречи будь-то холодная улица либо кафе.
А он всё так же искал свою вторую половину, свою женскую часть и так же порой внутри себя разваливался от пустоты. Ищя информацию внутри безкрайней сети интернета, заполнял себя свежыми новостями, новой музыкой, приятными личиками, своеобразными безумными артистами и их творчеством. Желал сделать ещё прокол на своём теле. Длинные тёмные дреды спадали на хрупкие плечи, всё таки со временем он стал ещё шире, и крепкие лёгкие руки откидывали назад непослушные косы. Рабираясь в своей личной жизни, с той девушкой которая ему приглянувшись, отвергла его предложение, окунулся в электронную книгу которая помогла бы ему избавиться от своих чувств к той особое, книжка которая пинает под зад несамостоятельных, помогая тем самым осознать выбор, легче жить, и проще смотреть на этот мир. И он стралася не злиться по пустякам, не обращать внимания на оплошности людей, которые как-то но всё же влияли и на него самого. Определённой вид бегства. Закрывание глаз на человеческие, порой эгоистические, поступки.
На работе без клиентов, вечно стесняющихся клиентов, которые хоть как то украшали скучные рабочие будни с ярким провокационным товаром, хотелось схватить стул и выкинуть его на улицу, разбив ко всем чертям окно и проходящих внизу людей и припаркованные дорогие большие машины. Последствия? Конечно не без них, но всё это части, всё это мелочи, такие как штраф, разборки, деньги, злоба, недовольство и ненависть. И он бы стоял в этой разозлённой толпе, и сложив руки за спиной, улыбался бы смотря на всё своими холодными острыми глазами, высокий красивый молодой человек, напоминающий цветок. Но в его присутсвии всегда все улыбались, отбросив назад свои печали и негативные эмоции. Поверьте, всё спокойно, он поднимал голову в присутсвии очередного клиента, а когда приходили хорошие знакомые он улыбался и порой пританцовывал, пела весёлая французская певица, работал с натяжкой интернет, грелся на столе тёмный ноутбук.
Очередной социальный мальчик мечтающий о машине и о собственной квартире в городе С-Петербурге, такой же "свободный" изучающий буддизм, кришну и праздники, перед постом, когда подают только орехи, фрукты и овощи, носящий простую одежду в кармане которой дешёвый старенький телефон. "Вот когда я добъюсь того чего добилась Мадонна, я то же усыновлю ребёнка!" - "И чего же ты добъёшся? Она многим чем была занята". - "Ну я медленно, но всё же стремлюсь и вскоре стану популярным!". - "Всё надо начять именно сейчас, пока ты молод и полон сил". - "Я именно этим и занимаюсь".
Нежелание возвращаться домой, потому, что там бардак, такой же как и внутри души, но от себя не убежишь и приходится ползти часами до квартиры, что бы ещё раз опустить руки оглядев своё помещение и вздохнув пойти прочь на улицу к хорошим знакомым, прохладным либо тёплым вечером, к тем кто сейчас свободен и у кого есть хоть немного денег на пиво и сигареты, на старые пироженные в супермаркетах, и желание, провести несколько часов в компании такого милого хорошенького молодого юноши с дредами, простого и незатейливого. А когда ничего не выходило, он печально сидел окольцованный четырьмя стенами в безграничным пространстве интернета, ищя то, чем можно было себя заполнить, ищя то, во, что можно вылить свои мысли о наболевшем и решения о будующей жизни. Светлый, добрый, отзывчивый, эти чувства есть в каждом из нас, откидывая на спину он размышлял над этим, и хотел выделяться, гореть ярче, покорив мир. И своей нежной рукой проводить по восторженным лицам девушек, смотря на них сверху вниз, но напоминая им, что он такой же как и они, и стоит на самом деле среди них и дарит им свою безграничную любовь и отдыхает он порой со своими уже постаревшими кумирами, но это всё по долгу своего статуса.
Он стралася никогда не уставать, никогда не показывать раздражения, и ни за что не выпускать злобы в этот мир, думая, что тем самым он отравит окружающий воздух, которым дышат многие. Поэтому свои чувства он отпускал находясь в одиночесте среди старого леса в его устрашающей глубине со светом солнца и свежим ветром, сидя в колкой траве, перебирая чётки и проговаривая мантры или сутры, восточные заклинания, и его забирал иной мир. Заклинания словно ключь к далёким просторам полёта. И перед раскрывшымися глазами проходило светлое вечернее небо, густые кроны тысячилетних деревьев, и лицо щекотала трава, он в этом мире, непонимая как и почему, не придя в себя, он поворачивал голову на другую сторону словно разачерованный, ещё долго лежал на тёплой земле, чувствуя её дыхание, своим телом. В волосах копошились мелкие насекомные, листья и цветы путались в хитром сплетении кос. Страхи нагоняли его в только бетонных джунглях, безумное стадо несущееся за ним по пятам, и он не подающий испуга, боялся что в покинув это место очютившись в ином, чужом, но красивом городе, придётся выживать и выживать любыми способами, можно будет попрощаться со своими моральными и этическими устоями и, самые отвратительные картинки вспыхивали в его сознании, и словно короткое кино, в просмотре, манили его своими запретными и противоречащим, его мировозрению, действиями.
Так что же нужно тебе от этого мира? Что ты хочешь доказать своим поступком, кого хочешь удивить? Ты хочешь выжить тут? Этим миром можно любоваться, наслаждаясь им? Знаешь, что бы хорошо зарабатывать, тебе придётся в прямом смысле продаться своей работе! Определённого вида проституция, все знают последствия, поэтому нет нужды описывать это самыми имзощерёнными цветастыми ядовитыми своими испарениями красками. Ну что ж сказать, внешний вид, земля обрела и собстенно мы люди вместе с ноей новый облик, новый продажный облик. Ну чем плохи те кто самостоятельно отвергнул не всю цивилизацию, и отправился на дикие поля помогать малочисленным собратьям разных наций и принадлежностей возделывать будующую экологически чистую еду, в которую не плювали и, которую не пичкали химикатами, храня десятелетиями на наших и иностранных складах?! Чем плохи они? Но молодеж, под влиянием своих родителей, то есть их фраз в адресс таких вот граждан, складывает крайне не приятное мнение о тех кто мыслит, видит, слышит и говорит по иному, то есть о тех самых беженцах, пелегриммах им отшельниках. Ну зачем столько негативных высказываний в адресс "иных"? С растущим прогрессом, наша молодеж стала очень лояльной, но другая сторона, которая иногда вылезает наружу, так противна нагла и черства, что от одного её вида слепнешь, а потом и глохнеш, когда она раскрывает свой ротик!
Мы раздражаем друг друга, нашими внутренними чертами. Внешний вид? Да всё нормально, главное что бы всё было очень опрятно стильно, именно стильно, это то что нужно выработать в самом себе, и притягательно. А вот когда ты начинаешь раскрывать рот, толкать речи о политике, о которой толком никто ничего не знает, о музыкальной индустриии в которой чёрт знает, что происходит, и тут мнения часто не совпадают. Либо большенство сидит и взирает с приоткрытым ртом из которого доносятся одобрительные и согласительные слова - "ага" или "Да-да" или "конечно, так и есть". Либо возбухает безумная дискуссия, из которой как известно выходит что-то общее что-то единое непохожее на то что было изложенно в социальных сетях, газетах, телевидении, что-то свежее новое и непохожее, на то что опубликовал на каком то сайте очень известный блогер, который как видимо разбирается в этом мире, взирая на него только с одной точки и под определённым углом. Но боже, его читают, цитируют и да же приглашают в гости для того, что бы он оживилял беседы. А порой из безумных дискусий выходят люди парочками или по одному, или групкой от трёх человек. Может дальше будет продолжение нового ещё более лояльного рода, в котором будет всё то же самое как и у их предков, только больше приукрашенное снаружи, внутри приправленное новыми потребностями? Только женщина навечно останется женщиной, мужчина останется мужчиной. И как бы не твердили что мы были созданы по подобию Бога, он ведь создал существ одного рода по две пары, что бы никому не было одиноко, что бы для каждого обязательно была вторая половина, но почему же сегодня так мы так одиноки? Отчего же так много одиноких людей, которые от безисходности и ненужности лезут и ищуют любви у каждого встречного?
А беззаботные дети на самокатах по опавшим грязным листьям один за другим проезжают мимо, играют яркими красками лампочки в прорезиненой гелевой основе. Лица случайных прохожих, испуганные, застуканные в самый неподходящий момент, около дорогих и больших машин. И шагами по тёмным бетонным линиям, спасения ищя у светлого вечернего неба затянутого тяжёлыми облаками, изучая всё более и более старые улицы, которым сотни лет меняли лицо, вспоминая прошлое всплывшее в памяти вместе с насморком и изменёным вкусом холодного воздуха, и вот только не хватает запаха сигарет которые бы сейчас курил кто нибудь.... И расплакаться на плече этого кого-нибудь, прося прощения за все годы, за все ****ские поступки, и за проданную совесть! И она та кто обнимет и будет плакать, сказав один раз: "Прости и ты меня". И её длинные медовые волосы с голубыми глазами и хрупким телом, скажут что все те годы были очень тяжёлыми, испытанием проверяющим твёрдость духа. Слёзы - это слабость, кто-то так сказал на днях. Рассказал как плакал молодой человек, испугавшись расставания, пытался видимо слезами остановить, отсрочить разрыв, и это так противно и непритяно. И тут она сама увидела как плачут два совершенно отдалённых друг от друга человека, связанных лишь безумным прошлым, поразившись увиденным не промолвив и слова, позже спишется с тем кто когда то проливал слёзы по ней самой и поделится странным проишествием одного вечера. А пока она стояла и наблюдала, она невольно сравнивала людей и их поступки, их чувства и их самих, пытаясь угодать схожесть ситуации, силясь предугодать дальнейшие действия. Это вовсе не ненужное и не пустое действие, он человек и нужно ему позволить и простить его выбор. А пока бегут по вечерним переулкам дети, пока взирают на тебя случайные прохожие пока бездомные собаки взирабт на тебя голодным уставшим взором и пока один единственный из всех знакомых, не столь приблежённый к тебе, скажет тебе правду о твоих печальных, уставших глазах, пока в звуках людских голосов будешь улавливать нотки лжи и притворной скромности, пока ты будешь стремиться входя в эту ночь, оживая в ней, пока ты улыбаешся вспоминая людей, радуясь тому, что они существуют такими какими они есть, наблюдаешь за жизнью, что простерается перед тобой, знаешь, что ты, мать твою, живой!
Так звучи не переставая голосом свободным во вселенной!
Покажи те мне того, кто не хочет человеческого тепла! Может вот он?! А может тот?! Вот те, кто проходят мимо нас по вечерней улице, стремятся домой, к кому то! И ты хочешь. И все хотят. И будут хотеть прикосновений тепла нежности в эту тёмную ночь. Будут желать...
Она скинула темную кофту с себя и нятянула на обнаженное тело белую футболку обнянувшую красивую фигуру. Она бессыдно танцевала и слушая и подпевая песням разных исполнителей, представляла, что именно она создала её, что никогда не было этих популярных групп, что именно она была инноватором этих призывных медленных нот. Именно для неё горят сафиты, именно на неё смотрят все глаза, именно её слушают все в этом баре и она окружена самыми преданными людьми, друзьями, которые всё прощают. Безумные люди способные на самые безумные поступки, экстравогантные личности, которым она так же дорога как и они ей. Они такие же как она откровенные адреналиновые герои, которые как и она в любой момент могут умереть, стоит только раскинуть руки и упасть, стоит сделать только этот шаг, который и приведет к летальному исходу. Но увы, сейчас в большое шоу не допускает наркоманов, не востребованны там эти сексуальные распутные самоубийцы. Перестала шуметь вода, она вышла из ванной, где строила гримассы своему отражениею в небольшом зеркале. Она в комнате вместе с ещё одним человеком. Нет, они друг другу не являются любовниками. Просто в большом городе, там где он сейчас проживает, там где его жену оперируют, там где она может остаться, накрытвшись белым полотном в холодной комнате, слишком дорогие квартиры и места в отеле. И по этой причине он живет вместе с ней и её семьей в маленькой квартирке. Словно иммигранты. И он каждую ночь видел как она в тёмной комнате сначала снимала штаны, потом забиралась на кровать и снимала кофту обнажив свою белую спину, потом накрывалась одеялами и засыпала, храпя. И казалось ей, что он вскоре не вытерпит и в один момент, в тот момент когда они просто будут находиться в одном помещении, когда они просто окажутся рядом с друг с другом, назовёт её имя и смотря в глаза поцелует. Но как же быть? Там мать! А если это всё раскроется? Но чем дальше уходили дни, тем более разыгрывалась её фантазия. И вот уже на третьей неделе она представляла, что они занимаются сексом. Но как же все остальные проживающие в тех же квадратных метрах?
Ей было безразлично как долго продлятся отношения, да хоть на одну ночь! И вот она уже допытывалась до молодого парня с работы, Который постоянно сидел и играл в Варкрафт, у которого не было девушки, потому что она пока ему не нужна была, признавшись в симпатии к неу, рассказав ему о том, что она думает о нём: "У тебя классная фигура, ты красивый и симпотичный. Я вот бы не отказалась с той встречаться... Боже, не уже ли я всё же это сказала, не уже ли осмелилась!" - "И зачем ты это сказала?" - "Просто сказала". Он что-то проборматал в ответ невнятное."Давай на этой неделе в субботу поседим в кафе попьём пива". - "Не знаю, может быть я буду занят... Как позвонят". Он же просто шёл рядом и молчал, только изредка подавал голос, ответом на вопрос. А она уже представила, что будет этим субботним вечером, как всё будет происходить. Для этого ей нужно было снять квартиру на одну ночь, купить вина, одеться очень красиво, привести своё тело в порядок и быть очень раскованной и притягательной. Сыграть свою роль, что бы заняться сексом, так как ей хотелось. Переспать с ним, уснуть в его обьятиях, и на утро, проснуться отдохнувшей, а дальше..., будь, что будет! Чёрт со всем!
Плевать, ломает ли он сейчас голову над её не столь откровенным признанием, но если и так, то ей это очень льстит и придаёт надежды, очень воодушевляет и поднимает настроение.
Она красива и не лишина изуминки, привлекательна и безответственна. Так почему же нет рядом молодых людей? Потому она сама наступает... А может стоит остановиться и не гнаться за призраком мужской особи? Подруги как-то сказали, что он сам найдёт её, только не стоит торопиться: "Лучше отдаться своим увлечением, жить для себя, потому что после, отношения этого уже не позволят. Вдоволь, милая как прежде не нагуляешся, особенно, если учитывать твой характер, а мы то его знает. - Заверяют они. - как обдолбленный". - "Поверь, лучше не торопиться! А то, потом, устанешь разгребать говно". Уверяли подруги однажды вечерней средой за одноразовыми бокалами пива, которые были не чем иным как стаканами, когда молодые люди их не их сидели и поглядывали удивлёнными и не понимающими глазами на них.
Измениться свести к черту все эти татуировки. Это будет долго. Он думает что я не справлюсь. Я не останусь с ним. - Взгляни на себя. взгляни на себя реальную. - Это и есть я. - Кто - ты? Прими себя такой какая ты есть! - Кто я?! "Ты добрый человек. И ни при каких условиях не меняйся не изменяй себе, старайся остаться такой какая ты есть. Как бы не сгибала тебя жизнь, что бы не говорили люди, как бы не стралась давить на тебя и пользоваться тобой и как бы не хотелось им ответить грубо борись. Да твой внешний вид, говорит о зле, о том что ты агрессивная. Ты добрая, ты родилась такой, это твоя природа. Останься такой". Кто я?! - А кто - ты?! Хахахахахахахаха. Ты всё ещё стараешся что-то кому то доказать?! - Нет. - Не по этой ли причине ты хочешь свести татуировки, отрастить волосы, сменить внешний вид? "Ты не женственная, ты уродуешь себя". - "Все говорят что ты не похожа на девушку, ты слишком худая". - "Для чего ты уродукшь себя? Ты парень, да надень ты хоть платье, от этого ты женственной не станешь". Что значит быть женственной? Что это значит? Определяем ли мы это по критериям, заложенного стандарта? И кто из женщин на планете женственна?
Работа выедает последние частицы пирога. Полностью опустошонный ты возвращаешся домой. А что она? Она ничего особенного не делает. Целый день ты сидишь на заднице, в ожидании клиента с деньгами, взбешиваясь от тех чей бумажник крайне пуст, а любопытство до безобразия - велико! И вот дома ты отпустив руки, в прямом смысле этого слова, падаешь на кровать, она же просто разложенный диван и морально разлогаешся. Повышения зарплаты не будет, проценты не светят, пятьнадцать тысячь, карьерного роста нет. Десять часов. Рабочий день десять часов. Это для пустых людей. Для пустых людей. Телевизор, интернет, цифровая техника. Всё это - бред собачий! Знакомые не звонят, не зовут... А хотя вот один! Но нет денег в кармане и она вежливо соболезнует и говорит, что позвонит ещё. Есть ещё одни знакомая, которая почему то хочет, что ты переехала к ней. ОРдин секрет, они снимают квартиру в обящяге вместе с мужем, она не работает, он платит, в квартире ещё проживает один молодой оборванец, который не платит, хамит местами, по словам хозяйки, и ведёт ссебя безобразно от случая к случаю, и перевоспитывается на глазах за две секунды только тогда когда на него накричит муж, которому этот оборванец приходится "другом", но такие просветления сказочные длятся два три дня, потом заново. Но у тебя ноль в кармане, тебе нужно своё пространство, а той что тебя звала, нужна постоянная потдержка, моральная, финансовая, подружеская. Тебе нужны деньги на зимнюю одежду, на квартиру, на еду, на проезд. Большие планы на будующее расстраивает потихонечку, неумелое обращение с деньгами, ****ская работа и твоё отношение к жизни, твоё отвратительное состояние. Ты часами можешь себя спрашивать, как мне нужно завтро одеться? Какой мне нужно быть? Да такой какая есть, дура! Какого черта ты слушаешь их всех?! Да они не посторонние тебе люди, но всё же полностью пологаться на их мнение..., не кажется ли тебе, что это уже не для твоего возраста?! Да, ты любишь сходить с ума! Да, ты странная!
Да, тебе тяжело в некотором роде! Да, и пускай твои доисторические синие татуировки отпугивают парней! Пускай они не знают о последствиях твоей безумной жизни! Но тебе не должно от этого житься хуже! Ты не должна ломаться. Эгоизм? Нет не эгоизм. Если бы ты хотела стремиться привлекать и распологать их своим видом в первую очередь, а не содержимым, то вряд ли бы ты так жила. В твоей жизни всё тогда было бы устремленно к семье к мужу и детям. А что? Это реально. Но ты выбираешь и сам проживаешь. И если хочешь исправить, пробуй! А почему бы и не рискнуть! А в данную минуту, подними ты свою голову и взгляни на меня. Милая, не думай, что ты не женственная, что не сексуальная, и что не прекрасна! Это они не видят! И в силу своей простоты, не могут вообразить и представить себе что-то иное, не могут позволить. милая, позволь им быть такими какими они есть..., да, вот именно, такими. А мы иные, такими и останемся, поверь, останемся. Улыбаешся, когда я смеюсь. Мы найдём тех с кем мы будем. Ты смеёшся мотая головой, но не оттого что то чем ты сейчас занимаешся противоположно твоему новыму образу, который так хотят видеть окружающие люди. Вставай и пошли гулять по этому теплому песку босыми ногами к линии прибоя! Давай свою руку, оставь бумагу и карандаш, потом ты успеешь дописать, ночью наплевав на работу в которой выживают только пустые люди, которым важнее заполнить свой внешний мир деньгами, а ты не такая. И тот байкер возможно тебе позвонит, а возможно вы нечайно встретитесь на вечерней улице запорашенной снегом. В прекрасное и обнадеживающее стоит верить.
И внутри примирившись с собой, сидя ночью, тогда когда нужно было спать, для того что бы выспавшейся прийти на работу, вспоминая пролистывая всех своих знакомых бесчисленное множество, (а сколько людей с их безграничными возможностями и способностями) радуешся тому, что вспыхнуло в тебе: "Господи, ну я всё же живу! Твою же мать... Я жива!" Удивляешся самой себе. Удивляешся тому что перестала ценить минуты жизни. А пока живая - живи, пока молодая - живи, пока есть - насыщайся, пока хочется - пробуй!
И пускай сегодняшняя культура одета в левис, носит шляпы из секонд хенда, порадирует журналы и рекламу, укутывается в "классику" новых авторов, курит травку, стучит в барабаны, ходит полу голая и не знает куда бы ещё сходить, что бы ещё сотворить такого, что бы выделиться, что бы это было занесено в рамки памяти этого мира. Это и в правду запомнится, как самая нудная, серая, словно заезженная пластинка, эпоха набирающая разгон. "Улыбайтесь ****и, мы всё таки останемся в памяти этого мира!" Мы белые лабораторные мышки, которым вливают, вкалывают, впихивают информацию в самые разные дыры. Поверьте, наши дети, эти маленькие комочки информации, будут такими же как и мы. И каждому новому поколению, всё что на нас пробовали будут подать на завтрак и все будут знать, что после никто не отравится и не сойдёт с ума. А в итоге очень прекрасная картина, белые лабораторные мышки сидят под одним разумом полностью контролируемые им, это будет продуктом наших рук, да же если и произойдёт революция, в итоге и она привёдет всех к нужному итогу. Поэтому, во избежания революций, сейчас на нас и на наших детях будут пробоваться самые разные информативные лекарства. Да и какая разница была ли революция или нет, проходит ли она сейчас или нет. Хорошо ли тогда будет или хорошо было тогда. Люби своё время и свою жизнь и твори. Хочешь показать что-то? Поднимись и покажи.
Вы спросите, а где же он, где тот самый вампир, который не боялся чеснока? Я вам отвечу. Он сейчас стоит на кухне возле печки и жарит яица с чесноком, луком и помидором, посыпает это всё это дело сыром. Его окружают, все те, кто были до этого, и ещё те, кто будут заходить к нему в гости, о которых тут ещё не написанно. Поверьте, это очень большая компания очень интересных, занятных, необычных людей, не только внутренне но и внешне. Они могут заниматься самой обычной работой, а могут творить что-то необычное. Они могут выглятеть обычно, а могут выглядеть крайне необычно. Но это не важно и вы это понимайте когда заходите на кухню и видете обращённые на себя взгляды, их всех обеденяет одно, то что они собрались в гостях вокруг него и, его высокий тёмный стройный силуэт выделяется на фоне светлого большого окна за которым высокое небо. И он и небо, вдвоём, то же как и все, смотрят на вас. Так кто вы? Гость ли вы?
"Траур по моей жизни... Нет. - Профиль устремлён к одному обьекту. В руке крутится банка из под индийского кофе. Настоящая банка из настоящей Индии, с выпитым давным давно, наверное в ноябре потому что штамп на днище oct 88, кофе. В любом случае он был необычайно вкусным и странным на вкус. Сейчас же банка подрагивала и звенела своим шумным содержимым хранимым под плотно прижатой ржавеющей крышкой. На говорящего взирали размытые отдалённые лица сидящих на кухне. - Вряд ли..." Умолкнув он с этими словами опустил голову опустив руку держащую банку вниз. Вы хотите узнать что в ней было? Стоя на диване, между тех кто сидел на нём, Девушка с белыми волосами похожими на снег двигала руками в такт песни которая раздавалась из за стены, потому она танцевала там. Она не подпевала, она смотрела прямо перед собой. На полу круду хлама разбирали руки и передавали друг другу монетки, пуговицы, маленькие лампочки, перья для чернил, значки. Гости сидящие на полу и склонившиеся к ним, те кто сидели на стульях и креслах, рассматривали сложенные в ряды позолочённые пуговицы на которых в центре звезды находились серп с молотом сорок три штуки, а так же монеты разной величины с 1987 по 1999, пять десят штук. Значки за труд, восемь штук, лампочка - две штуки. Перо - одна штука. Заструился сигаретный дым. Тонкой рукой девушка переставляла и меняла местами рассортированные предметы, а второй она держала сигарету. В своей белой рубашке, заправленной в высокую чёрную юбку с белым маленьким горошком, со своими красными губами и темными волосами шоколадного цвета с чёлкой до красивых бровей и выбеленным лицом, она всё же раскрывала свои руки только здесь. Свои изрезанные замученные руки.
"Траур по жизни... Нет. Почему я до сих пор не могу заставить себя одеть цветные вещи? Потому что не знаю как сочетать их. А почему я задумался над этим? Потому что пора выходить из однообразия и придаться радостям выбора. Но почему тогда я сам себя запер в чёрном цвете? Потому что сам себя наказал, потому что считаю себя недостойным. Чего? Вот именно, чего? Я и сам не знаю. Но чёрный мне уже надоел, потомучто я иду к выходу через длинный корридор прочь от тяжёлых стен узницы. И вот уже я вижу белый свет". Одним движение изтерзанной руки стянув со своей шеи ядовито красную атласную ленту, девушка с шоколадными волосами, пристально смотря в его глаза, повязала бант вокруг его шеи: "Это тебе помощь".
А вечерами в своей комнате она, стащив с головы парик, в старом кресле курила и плакала, хотя её возраст уже не распологал к этому.
Ты хоть понимаешь что такая обстановка не даст тебе ничего хорошего? - Он смотрел на неё, она смотрела на него. На кухне кроме них больше никого не было. - Понимаешь? - Она молчала. - Нет. Не понимаешь. - Закончил он. - Понимаешь есть плохие фильмы, которые нам ничего не приносят, они похожи на твою работу, но в этих фильмах, да же в этих фильмах, есть добрые минуты, которые нас обнадеживают и побуждают нас к действиям. Так что лучше смотреть добрые фильмы и работать на хорошей работе, которая будет тебя вдохновлять и насыщать. И как от просмотра хорошего фильма, она не даст тебе скучать и ты от неё не устанешь.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
