Появление самодеятельной женской поэзии стало заметным явлением сегодняшнего дня, но не ищите это имя на просторах Стихиры или Прозы.ру. Его там нет. Поэт Елена Литвин не имеет компьютера. Мне случайно попался в руки её первый сборник стихов – «Лирический хронограф», и я пережила потрясение, прочтя его от начала до конца.
«Учитесь любить ворону, сосну, подругу, страну, картины, луну, свой отпуск в тихой квартире и себя в этом трудном мире», - вот, что хочется сказать людям и самой себе, перевернув последнюю страницу этой книги. Любовь, в её библейском понимании, едва ли не главная тема лирики Елены Литвин.
В мире много стихов всяких-разных.
Но очень мало искренних и не «сделанных».
Стихи Елены Литвин – именно такие. Они не совершенны по рифме, в них нет желания удивить и понравиться, поразить читателя необыкновенным интеллектом или изощренным вкусом.
Перед нами человек, который любит, помнит, страдает, живет. И всё это происходит с ним прямо на наших глазах, потому что Елена Литвин умеет делать всю эту трудную духовную работу, от которой многие из нас давно отвыкли.
Еще одна тема лирики Е. Литвин – одиночество.
Это не тривиальное «женское одиночество» , не метафизическое одиночество «во вселенной» или экзистенциальное – «среди людей». Вовсе нет. Это человеческое одиночество, знакомое всем. Это неизбежные моменты одиночества «от Яслей до венка». Это пронзительное одиночество переполненной любовью Души, которого автор не стесняется и не возводит в абсолют.
И от этого больно.
Прочтите эти стихи!
Они грустны. Это правда. Но грусть их светла.
А главное – в них много любви.
А её всегда не хватает.
Не так ли?
«Я выжил, но во мне убили сердце» (последняя фраза романа Е.С.Ставинского
«Записки молодого варшавянина»)
Пока мы живы,
Пока мы дышим,
Войны разрывы
Повсюду слышим.
Справляем тризну
Не хлебом-солью
В нас кровь Отчизны
Горела болью.
Мы были правы –
За всё в ответе:
Любовь к Варшаве
Сквозь ужас смерти.
Закрыта дверца
На боли паперть,
Застыло сердце
В живой утрате.
О стихах
Скажут: лучше, скжут: хуже –
Всё равно спасенья нет…
Перепрыгивая лужи,
Я бегу на красный свет.
Остановка, одичанье…
Шорох плачущей листвы.
Долго моего молчанья
Всё ж не вынесете вы.
И без вас в молчаньи грешном
Не смогу прожить и дня,
Одиночества неспешность
Принимая и кляня.
От душевной страшной стужи
Вновь излечит боли свет.
Скажут – лучше, скажут – хуже
Все равно спасенья нет.
Памяти Мамы Веры
Как тебе «за кордоном»,
Что зовётся «тот свет»?
На лугу ты зелёном,
Иль в мерцаньи комет.
Здесь, на лавке небесной
Так спокойно сидишь,
Сторожа это место,
Где вселенская тишь
Покрывает надежды
Упований земных.
Там, где были мы прежде
И печальный мой стих
Отзовется поклоном
Дорогих наших лет…
Как тебе «за кордоном»,
Что зовётся «тот свет»?
+ + +
Я вновь тебя увижу
В тревожном полусне.
Вот подойдешь ты ближе
И улыбнешься мне.
И тихо скажешь: «Здравствуй.
Ну, как твои дела?»
А я «взойду на царство»
Покойна и светла.
А я «взойду на царство»
Увижу белый свет.
До твоего коварства
Мне больше дела нет.
И прошлое отрезать
Совсем уже не жаль…
Но в пробужденьи трезвом –
Разумность и печаль.
Но нет от них лекарства –
Душа сгорит дотла.
Когда ты скажешь: «Здравствуй,
Ну, как твои дела?..»
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
