ОжогНичто не предвещало катастрофы: обычный будний день, я вернулся из «Токио», где встречался с сестрой и двоюродным братом, приехавшим по делам в Питер из Сибири. Шёл одиннадцатый час вечера, маленький сын спал в своей комнате, тёща, по случаю оказавшаяся у нас дома, поставила на плиту кастрюлю для плова. Мы сидели на кухне, я рассказывал супруге, как дела у брата, тёща куда-то отвлеклась, как вдруг открытая кастрюля вспыхнула высоким огненным столбом. Я понял, что вспыхнуло масло, налитое в тонкостенную посудину из нержавейки. Первая моя мысль – накрыть это всё чем-нибудь, чтобы не повредить вытяжку и фасад над ней. Не найдя под рукой ничего подходящего, я схватил пластмассовый колпак для микроволновки (есть такие, чтобы ошмётки курицы не разлетались и не пачкали внутри стенки) и накрыл кастрюлю, одновременно пытаясь передвинуть её, снять с плиты. Пламя исчезло, я поставил кастрюлю на стол, колпак слетел, и сжирающее вновь поступивший воздух пламя вырвалось на волю, объяв мою левую кисть. Заметив, что рука горит, я инстинктивно швырнул кастрюлю на пол (на виниловой плитке ещё долго потом чернело оплавленное пятно) и принялся стучать кистью о свитер, сбивая пламя. На дымящейся руке лохмотьями, напоминающими полоски жаренного бекона, свисала кожа. В этот момент я осознал, что такое БОЛЬ. © Copyright: Дмитрий Кальянов, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
