HEAL. Дневники. Другу

Дмитрий Кальянов: литературный дневник

Мне снилось: я сжимаю в руках СВД
(или "Тигр", помню только, что цевье нестандартное, фрезерованный алюминий).
Я смотрю в оптику, и за характерной сеткой ПСО вижу "цель".
Указательный палец дотрагивается до спускового крючка, левая рука сжимает нижнюю часть приклада.
Мягкий спуск, громкий выстрел (7.62x54R достоин уважения), плечо, покрытое синяками, который раз принимает дружеский удар отдачи. Где-то справа звенит стальная гильза.
И через мгновение я слышу чей-то голос: "Цель поражена! Цель поражена! Конец войне! Война окончилась!"
Если бы от одного выстрела заканчивались войны, я хоть сейчас бы отдал свою жизнь, чтобы сделать этот выстрел.
Но так не бывает.


Пропал без вести мой друг детства. На СВО. Попал туда по глупости, из-за криминала, и светила ему либо зона, либо ленточка. Он выбрал ленточку.
Добрый малый. В HEAL ему посвящено несколько мест. В главе "Слёзы Святой Евлалии" ему посвящён эпизод спуска с горы (он тут под своим именем). В главе 3 "Timeo Danaos" отец Тима говорит о друге детства (также посвящение ему):


"У меня был друг в детстве. Мы с ним сюда рыбачить ездили. Не тут прям, на пляже, а туда, за мыс, по тропинке. Там есть бережок со скалой, ветра нет, сидишь, никто не мешает. Захотел - искупался. А лет так в тринадцать потащило его куда-то в бок. Я увлёкся радиоэлектроникой, а он по дворам бегал, с девчонками крутил, курил, и... Он - добрый малый. Но как-то так получилось, что разлетелись наши судьбы. А мы дружили с трёх лет, и после такого срока разойтись... Ты не представляешь, что у меня было на душе, и как мне потом было паршиво всю жизнь."


И в рассказе "Билл Гилберт".


Для своих персонажей я многое беру от тех людей, что повлияли на мою жизнь. Некоторых уже нет. Это дань памяти им. Это то, что я могу для них сделать. Роман - это мир, в котором каждому персонажу уготована вечная жизнь.



Другие статьи в литературном дневнике: