Рождественская притча

Ольга Безуглова: литературный дневник

Однажды жил человек, который смотрел на Рождество как на какую-то глупость. Он не был скрягой, он был очень добрым и порядочным, щедрым к своей семье, честным в своих отношениях с другими людьми.
Но он не верил во все то, о чем говорилось в церквях на Рождество. И он был слишком честен, чтобы притворяться,
что он верит.


"Я не хочу тебя огорчать, - сказал он своей жене, которая исправно ходила в церковь, - но я просто не могу понять
заявление, что Бог стал человеком. Для меня это полная бессмыслица".


На рождественский вечер его жена с детьми пошла на ночное служение в церковь. Он отказался пойти с ними.
"Я буду чувствовать себя лицемером, - объяснил он - я лучше останусь дома. Я буду вас ждать".


Вскоре после того, как уехала семья, начал идти снег. Он подошел к окну и увидел, что снежинки становятся все
больше и больше. "Ну, что ж, если у нас будет Рождество, - подумал он, - то пусть оно будет белым".


Он вернулся обратно к своему креслу у камина и начал читать газету. Через несколько минут он вздрогнул от глухого стука.
Потом послышался еще один удар. Потом еще. Он подумал, что кто-то бросает снежки в окно.


Когда он открыл дверь, чтобы узнать, что это за звуки, он увидел стайку съежившихся птиц. Должно быть, они были
настигнуты непогодой, и в поисках укрытия пытались влететь в окно.


"Я не могу позволить бедным птицам замерзнуть, - подумал он - Но как я могу помочь им?" Он вспомнил о сарае,
где стоял пони. Там птицам было бы, где укрыться. Он быстро надел пальто и ботинки и потопал по глубокому снегу к сараю.
Он широко открыл дверь и включил свет. Но птицы туда не полетели.


"Их нужно заманить" - подумал он. Он быстро побежал домой за хлебом, раскрошил его и посыпал на снег по направлению
к сараю. К его огорчению, птицы проигнорировали хлеб и продолжали биться в глубоком снегу. Он попытался загнать их в
сарай, ходя вокруг них и взмахивая руками. Птицы бросились в разные стороны, но не в теплый, светлый сарай.


"Наверное, я кажусь им странным и пугающим созданием, - сказал он сам себе - как же мне дать им понять, что они могут
доверять мне?" "Если бы я сам мог стать птицей на несколько минут, я бы наверное привел их в безопасное место".
И в этот момент начали звонить церковные колокола.


Он замер на месте, прислушиваясь к звону, возвещающему добрую весть Рождества. И в этот момент его осенило: "Так вот почему Он это сделал". Потом он упал на колени прямо в снег.
"Теперь я понимаю, - прошептал он, - теперь я знаю, почему Ты это сделал".


Прислала мне Юлия Набережнева



Другие статьи в литературном дневнике: