мкчты...

Эту историю можно посчитать простой банальностью, но банальность зачастую скрывает истину. Как бы там ни было, но каждый человек задается простым банальным вопросом – для чего он живет, а дальше его мысли развиваются в направлении поиска ответа на этот необычайно сложный вопрос. Но всякий раз, возвращаясь к подобным размышлениям, мы страдаем, поскольку человеческая душа мятежна и своенравна. Мы возвышаем свои возможности познания души, жизни, человека. Так как же найти себя? И где тот простой путь, по которому следует двигаться? Можно плыть по течению, но это чревато опасностью не доплыть. Можно стоять на месте, но это удел ленивых. А можно идти напролом, но тогда есть риск переломать жизнь, жизни...
А счастье? Как его добиться? Спроси любого – он счастлив? И он ответит, или не ответит. Быть может, даже, скорее всего, ответ будет зависеть от многих обстоятельств, например, от времени суток, заряда энергии, от общения, от состояния души. А если в душе зародились чувства любви, полной, ответной, бескорыстной, безрассудной, пылкой и страстной, то человек однозначно скажет, что он счастлив. И, наверное, не слукавит! Но какова жизнь многоликой любви? Сколько часов, дней, месяцев или лет она живет? Не знает никто! Мы часто обожествляем свои неразмерные чувства, чувства к человеку, которого любим. Наверное, любить, в равной степени дано каждой женщине, каждому мужчине, и мы все наделены человеческими качествами, поэтому далеко не все способны распознать свою любовь, склониться перед ней и отдаться без остатка. И этому невозможно научиться, это можно только уметь.

Мне вдруг снова стала безумно нравиться моя жизнь. В ней появился новый смысл. Так захотелось писать.

Моя душа неугомонна, сердце пылко, а тело страстно. У меня вроде бы все есть – хороший муж, прекрасная дочь, друзья, деньги. Казалось бы, что еще мне надо. Ответ очень прост – то, чего так не хватает!

1.
"Я всегда шла, делая осторожные неуверенные шажки. Я была слепа. И все потому, что не знала, куда идти.

Обыкновение жизни поглощает, и мы забываем о чуде, которое рядом. Слепота не приносит радости, и от этого хочется убежать. Но некуда. Некуда, поскольку желание жить сопровождается тяготами нажитого в прошлом. И все кажется невозможным. Нет на свете ничего более прекрасного, чем жизнь в гармонии – с собой, с близкими, с миром и природой.

«Однажды, я как обычно, делала свои никчемные шаги вслепую, двигалась в выбранном направлении. Просто шла. Даже, по сути дела, не понимала, куда. Я плавала во мраке, не видя солнца. Меня ничто не согревало. Руки холодели. Я ничего не чувствовала. Не помню, сколько шагов я совершила, в каком направлении, с какой целью. Все не имело значения. Впрочем, как и всегда. Я опустила голову, мне было тяжело. И вдруг, где-то впереди я увидела маленькую струйку света. Я поняла, что если пойду к ней навстречу, то она осветит мне дорогу. И я пошла. Я все также передвигалась, ничего не зная.
Прошло немного времени, и я остановилась. И тогда я открыла глаза. Луч света стоял передо мной. То была дорога, большая новая дорога – яркая и светлая, неизведанная и неясная. Я смотрела вперед и ничего не видела, я стала щуриться от огненного луча. Мне было страшно. Я снова закрыла глаза. Нет. Я больше не могла смотреть в пустоту. Взглянув еще раз вперед, я поняла, что этот луч переворачивает всю жизнь, он заливает своим теплом мои тело и душу. Я не могла пошевелиться. Повернулась назад. Там был мрак, там было темно и холодно. Там кто-то ходил, что-то шептал на ухо, что-то делал. Я попыталась пойти туда, уйти обратно, но не могла. Тогда, собрав все силы, я обратилась к свету и увидела, как луч улыбается мне. Все встало на свои места. Там хорошо. Я так подумала. И время остановилось. И весь мир, казалось, лежал на моей ладони, а я смотрела на него и была счастлива, как никогда. Теперь я знала, что нужно делать. Идти. Я прозрела.
Я посмотрела налево и увидела много людей, стоящих, как и я, перед своими лучами, а позади них, темноту. Они выбирали. Мучительно и больно. Куда им идти? Кто-то разворачивался и шел обратно, а другие шли вперед и их лица озаряли тогда покой и любовь.
Я посмотрела направо и увидела тебя. Ты уже знал куда идти, и я видела, что ты выбрал луч. Это был один луч – мой луч. Одна дорога освещала наш путь.
Ты подошел ко мне и взял меня за руку. Ты улыбался. Ты был счастлив. В последний раз мы повернули наши головы назад и долго вглядывались в темноту, мы словно прощались с прошлым, вымаливали прощение за совершенные ошибки, там мы скинули с плеч гнетущие проблемы и обнаженные мысли потянули вперед.
Вместе мы попытались сделать наши первые шаги в жизни. Мы учились, словно маленькие дети.
Я не знала о тебе ничего: ни имени, ни возраста, ни прошлого и настоящего. Я улыбалась и шла, держась за твою теплую руку. Мы улыбались друг другу, нашему свету, нашей дороге, нашей жизни. Мы знали, что теперь все получится. Там хорошо. Мы все построим, мы выиграем.
Я увидела воду – чистую, свежую. Словно зеркало, она отражала мельчайшие элементы окружающего мира, в ней было все – самые сладкие запахи цветов, яркие краски травы и деревьев, солнечный свет и наша дорога. А на берегу – ангел – белокурая девочка с огромными бездонными синими глазами. Это прекрасное создание играло рядом с водой.
Сердце заколотилось. Как будто одержимость вселилась в меня. Я отпустила твою руку и побежала к ангелу. Девочка, увидев меня, заулыбалась и потянула ручки. Я обняла ее и заплакала. То были слезы радости, так плачет мать, встретив свое дитя после долгой разлуки.
Моя дочь!!!
Ты был близко и был печален, ты горевал о прожитых годах и несбывшихся мечтах. Ты ничего обо мне не знал. Луч соединил нас и теперь мы одно целое, впереди наша дорога, а вдоль нее лишь радость от близости, от нежности и трепета.
Вся вселенная теперь перед нами, а мы лишь люди, и в наших руках ничего нет – только любовь. А она все сможет, все вынесет. Мы построим будущее, сложим его из маленьких кирпичиков, обогреем теплом наших чувственных сердец.
Мы вместе. А это значит, что все получится.»

2.Он.
Я нашел ее рассказ. После стольких лет. Значит, я совсем ее не знал. Никогда. А теперь уже поздно. Она исчезла очень давно, а воспоминания гложут меня, по сей день. Теперь я точно знаю, больше никогда не сбудутся мои мечты. Долгое время я тешил себя мыслью о том, что она вернется, но сегодня я узнал правду. Она ушла для меня насовсем и в своей жизни я наконец-то должен поставить точку. Я должен забыть прошлое, забыть ее. Она превращала мое существование то в ад, то в рай, даже не подозревая об этом, ведь в эти самые, мучительные минуты моей жизни без нее, она уже была с другим. О, как я страдал, как билось мое сердце, когда я ждал ее, как томилась душа! Потом, я налаживал жизнь, менялся, искал женщину, похожую на нее, а планки ставил очень высокие, поскольку бездушные куклы подходили не более, чем на пару страстных, или не очень, встреч, домашние барышни не интересовали ничем, кроме как вкусной домашней едой, которой мне очень не хватало, эдакие независимые бизнес-леди были слишком независимыми и больше смахивали, на мой взгляд, на мужчин, чем на дам; бросал их, зарывался в работу, снова искал женщину, потом напивался и спал. Долго и неестественно сладко. А когда просыпался, суррогат жизни холостого мужчины, потерявшего все, начинался сначала. Бывало, мне хотелось закрыть глаза и больше никогда не открывать их. Вот так мне наскучило все! Никаких красок – одни лишь серые полосы, иногда черные.
Да, я по-прежнему выполнял функции настоящего мужчины – добытчика, нес в дом, точнее в банк, дичь, или как в современной мире принято говорить, заработанные средства. Преумножал их, зарабатывал еще, снова шел в банк, складывал и отправлялся на очередную охоту. Это была единственная радость, я словно одержимый, бился со всеми врагами, стоящими на моем пути финансовой славы. И преуспел. Каждый раз после очередной победы думал о том, как было бы славно бросить ей под ноги свой трофей, но эти самые ножки были далеко, под ними горделиво лежал совсем иной трофей, добытый не мною. О, как я жалел себя! И был жалок! Все тогдашнее мое окружение представляло собой сброд богатых чурбанов, вычурно подчеркивающих свое благосостояние и плотненький счет в крупнейших банках мира. Ей здесь было неуютно и плохо, я знал это, но каждый раз вынуждал общаться с самовлюбленными дамочками разбогатевших мужей. Если посмотреть на них повнимательнее, то можно заметить общие тенденции в их поведении, например, они томно закатывают сильно намалеванные глазки и смотрят на тебя как-то с высоты своего птичьего полета, а ты каждый раз остаешься после такого вот взгляда с неразгаданным вопросом – а какой высоты она достигла, где летает, и летает ли вообще? Или вот еще что. Часто видел, как эти милые создания уходили с вечеринок не совсем самостоятельно, поскольку сильное алкогольное опьянение мешало нормально переставлять ножки, завернутые в дорогущие туфельки. Иногда я подмечал, что возле отдельных знакомых мне мужчин, появлялись свеженькие, созданные ими новоиспеченные богатенькие домохозяечки. А где в это время были старые, оставалось большим вопросом. Но, честно говоря, мужчины не становились от этого счастливыми, впрочем, как и от постоянно растущего капитала. Глаза их не светились радостью, а жесты указывали на магическое подчинение одного человека другому. Я так не жил, я жил еще хуже. Я прослыл в этом обществе ловеласом и нежелающим менять положение освободившегося от тягот семейной жизни мужчиной. Иногда в мой капкан попадались те самые новоиспеченные богатенькие домохозяечки. Но ведь надо же дамам из «высшего общества» как-то расслабляться! Вот я и помогал им избавляться от стресса, в котором они находились благодаря своим благоверным. Бывало, жалел некоторых, ведь им приходилось совсем непросто жить, мало того без любви, так еще и в постоянном стремлении угодить своему нежеланному во всех отношения мужу, боязнь потерять его в качестве благодетеля превращалась у некоторых в паранойю. Одна, например, знала, что у мужа слабость к развратным девочкам, которых просто необходимо было менять через определенное время. Вот она и нанимала девочек, обхаживающих счастливца, сама придумывала сценарии для ласк, наполненных разного рода сексуальными извращениями. Внешне она создавала видимость полноценной счастливой жизни. А сама в моменты близости с мужем ненавидела его, и чтобы хоть немного ослабить рвотный рефлекс, вызванный потными объятиями, грязного от бесконечных сношений с дамами легкого поведения, богатого толстяка, экспериментировала с наркотой. И плохо кончила. Стала наркоманкой без мужа, без денег, без жизни. И это то, к чему она стремилась, выходя замуж? То, о чем мечтала в жизни?
А я? Чего добился я, потеряв ее?
Какой же я был дурак, все эти долгие годы я жил, словно мышь, копошился в своей конуре и думал, что однажды она снова появится, вернется ко мне, улыбнется своей огромной улыбкой и станет что-то щебетать. Она любила это. Постоянно что-то говорила, просила ответить, а я молчал. И тогда она злилась, отвечала сама на свой вопрос и настойчиво как-то смотрела мне в глаза)))). А что я мог сделать? Я был молчалив и труслив. Наверное, поэтому она и ушла от меня. Ну, и поделом. Она была похожа на ручей, из которого вода стремительной силой рвется в реку. Да, такой она и была. Сколько лет прошло?
Никогда не забуду, как больно было каждый раз, когда я не понимал ее. А ведь она умоляла меня, она хотела любить. Но что я ей дал? Она походила на орхидею, яркую и манящую, все насекомые жаждут опылить этот необыкновенный сладострастный цветок. А он извивается,?? привлекая к себе внимание, он заманивает, берет свое и отпускает, наслаждаясь полученным. Ни одно романтически настроенное существо не пройдет мимо такой экзотики. Орхидеи, например, привлекают не только насекомых, но и людей. Было время, когда на них все охотились, собирали и свозили в свои дома со всего света, ухаживали, опыляли их, создавали новые виды.
Людям нравится то, чем они не обладают. Вот и стараются они вывернуться наизнанку, чтоб подержать в руках эдакую невидаль, а когда надоест, страсть поутихнет, то и забывают заботиться, нежить, холить и лелеять.
Так и со мной было. Забыл, какая она чуткая. Могла плакать по пустякам, а когда ей действительно больно было, то терпела, даже виду не подавала. Как ее понимать?
Мне иногда казалось, что ей нравилась боль, она любила страдать, но тогда я этого еще не понимал, или просто не хотел. Я все осознал позже, в течение своей долгой жизни. Мы провели вместе несколько коротких лет, а после того, как расстались, я прокручивал в голове день ото дня каждый момент своего мимолетного быстро ускользнувшего счастья. Мне было с ней и хорошо и плохо одновременно. Наверное, поэтому я так легко ее отпустил. Так бывает, когда любишь. Она часто спрашивала, люблю ли я ее, а потом перестала, наверное, стало безразлично.
Она была необыкновенной женщиной, из тех, о которых обычно говорят с вожделением, и смешивают это вожделение с гордостью. Вот и получается коктейль из разных чувств, взболтанных в блендере под названием душа. И с этим коктейлем, взяв ее под руку, я отправлялся куда-нибудь. Вначале мы частенько появлялись в самых разных местах, общались с друзьями, она танцевала, смеялась, пила вино и флиртовала. Я не ревновал, и даже не замечал, как на нее смотрят окружающие мужчины, они все были похожи на котов, облизывающих лапки после вкусного обеда. А я был с ней, я был победителем. Кому бы ни понравилось это?
Потом как-то все поутихло и я ей надоел. Как мне потом хотелось, чтоб и он надоел и наскучил ей, но он?? чем-то заманил ее в свой нехитрый капкан и… Я остался ни с чем, опустошенный, брошенный, одинокий. Этот список можно продолжать до бесконечности. Для чего? Чтоб пожалеть себя, притупить в сердце надоевшую гнетущую тоску? Хватит. Она иногда раздражала меня, своей ненасытной страстью к жизни доводила до бешенства. Глаза у нее вечно горели неистовым огнем, ни каждому под силу совладать с этой стихией, я иногда сгорал. Потом окончательно она меня добила. Я ее ненавидел. Да. Ненавидел. За то, что требовала невозможного, вечно чего-то желала. Как-то я даже превратил ее в своих мыслях из лучшего существа на планете в самое ужасное, несносное. От этого не становилось легче. В то время она терзала меня еще сильнее. Этими размышлениями я доводил себя до потери нормального человеческого облика – пил по страшному. Как же мне претила сама мысль о том, что я прожил с самой отвратительной женщиной три года своей драгоценной жизни. Как я мог? Однажды, я сделал ей так больно, как настоящий мужчина не должен делать – я ударил ее. Вот какая неистовая сила управляла мною. Наверное, она тоже меня ненавидела. Но больше ненависти лишь любовь. Я в этом уверен. Как объяснить то, что когда она была моей, я обладал ею целиком, я ненавидел ее, а когда она, наконец, ушла, неописуемая сила любви обуревала и управляла мной.,
Ей перестало нравиться во мне все, она охладела и замолчала. Бывало, сидела, смотрела куда-то вдаль, ее мысли блуждали в собственных потемках. Где она была тогда? Я не знал, да и не пытался узнать. Вот глупец! Сколько раз я потом жалел об этом. Теперь я все знаю. Я прочел ее мысли, выложенные на потемневших за многие годы листах бумаги. Такие аккуратненькие буквы. Даже странно, как она добилась такого изящного почерка имея совершенно беспорядочное отношение к быту)))))))))))). Помню, как она разбрасывала свои нескончаемые, покупаемые на мною заработанные деньги, вещи и вещицы. Вечно копалась в них, что-то искала. Порой меня колотило от этого. Еще в далеком детстве я стал аккуратным мальчиком, а потом с возрастом и вовсе превратился в педанта. А она, как только я мог уживаться с этим ужасом?
Она читала эту книгу, когда мы отдыхали на далекой чужой земле. Она получала удовольствие от всего. Но только не от меня. Несколько раз она заводила разговор о нашей жизни, а я все время молчал, слушал. Она ждала. Я не знал чего. Кто-нибудь мог тогда сказать, чего от меня, уставшего от бесконечной суетливой ответственной работы, недосыпающего, постоянно думающего о будущем семьи и обеспечивающего надежное благосостояние для нее, мужчины, она ждала? Я ведь все для нее делал. Оказывается она не меньше меня трудилась, только я никогда этого не замечал. Или не хотел. Мне казалось, что она живет, как королева. Но все не так. Она вставала рано утром, занималась ребенком, хозяйством, магазинами, мной и так по кругу. Как скучно. Но я-то и не думал о том, каков?о ей, как она жила, чем дышала. Я был слеп. Я никогда не ценил ее. А ведь она не просила многого, просто внимания, просто слов нежных и просто ласк страстных. Но и я многого не просил. Почему же она ушла?
Мы еще были вместе, я стал копаться в себе, в ней и эти несложные мысли логично привели к другой женщине. Как сладко она меня любила, или демонстрировала искусно свои родившиеся чувства. Полная противоположность жене, она привлекла меня своей загадочной скромной внешностью, ее сразу захотелось покорить и обласкать, словно маленького беззащитного котенка, потерявшегося в сложных лабиринтах жизни. Я шел к своей непокорной жене, мне было стыдно смотреть в ее открытые глаза, и я все чаще предпочитал работу допоздна возвращению домой. Она ничего не спрашивала. А я отлучался все чаще к своей маленькой тайной отдушине.
Теперь-то мне все ясно. Но за долгие годы раздумий над непростым вопросом о ее решении уйти, я выстроил несколько версий.
Первая состоит в том, что я просто ей надоел, и как она сама мне часто говорила, мы не подходили друг другу. Там в Мексике, под манящие, разливающиеся по всему пляжу, звуки меренге, она сказала:
- Мы оба хорошие – и ты, и я. По-разному. И это неплохо. Ты любишь отдыхать, вкушая разного рода информацию из ящика, а я – гулять в парке, считая пролетающих уток. А ведь утки, как мне кажется, очень веселые птицы. Вспомни, как два селезня гонялись за несчастной уткой прошлой весной. Они были похожи на ребят, готовых передраться из-за красотки, громкие, страстные, бешенные. И все потому, что желали заполучить ее. А как только один из них достиг цели, то птички эти разлетелись, будто ничего и не было. Жизнь прекрасна!
Бывали времена, когда она хотела меня убить, я ей был омерзителен. Я видел, как она ненавидела меня в минуты моего расслабления. А расслаблялся я иногда с бутылочкой чего-нибудь крепкого. Она не могла на меня даже смотреть. Если бы могла, побила бы. Вообще-то, руки она распускала. Ненавидела. По-настоящему. Она все делала по-настоящему, искренне и честно. Разве что изменила нечестно, придумывала какую-то чушь, а я велся. Верил. Но изменила потому, что недоласкал, отказывал часто, говорил, что устал, что сил нет. А сам к другой в постель прыгал. Вот и она не оказалась святой – похоть взяла верх над разумом. А веление похоти к недоброму приводит.

3.Она.
Он запирал в своей душе рвущиеся наружу чувства и эмоции. Но этого обычно хватало ненадолго. Он увлекался. И если эти увлечения охватывали его целиком, то энергия направлялась в нужное для меня русло. Я так считала.и была очень неправа.я знала, что иногда он изменял мне, но не понимала, что в конце-концов уйдет.просто мы были очень разными.
- Мама, отец очень плох. Он не разговаривает ни с кем.
- Что случилось?
- Он нашел ее при смерти, она умирает. Он целыми днями сидит у постели в больнице. Ни на шаг не отходит, держит за руку и что-то бормочет, иногда встает перед ней на колени и плачет. Прости. Я пытался его поддержать, но он оттолкнул меня. Такое чувство, что он жалеет, что не может лечь рядом и идти вместе с ней. Глаза потускнели, он осунулся. Я не знаю, что делать.
- Какой ужас, милый. Я должна чем-то помочь.
- Мама, успокойся. Ему никто сейчас не нужен. Я боюсь за него.
- Он ее сильно любит. Как никогда меня. И душа теперь будет мается.
Сын бросил книгу на стол.
- Я взял из его библиотеки эту старую книгу, хочу почитать.
Да, это была та самая книга, в которой я нашла рассказ.
»Даже если очень глубоко засунуть, все равно когда-нибудь вылезет обязательно!»- мелькнула у меня в голове фраза из старого фильма. Наступил этот момент, но уже очень поздно. Годы пролетели, словно птица над лесом. Я не смогла их поймать и насладиться не смогла. Я стара, о окруженная чужой любовью, страстью и радостью, сгораю во тьме. Все эти годы я зализывала раны, которые оставила молодость, от нашей беспечности и его желания жить. Я жалела часто о том, что не сумела его удержать. Но что он хотел от меня? От измученной тяготами домашних хлопот молодой матери. Он не помогал мне. Нет, конечно он старался. Работал! Но что его работа в сравнении с моим тогдашним существованием. Никаких удовольствий. Я полностью посвятила себя ему и сыну. Я не просила многого. Всего лишь понимания. Он думал иначе.
Я никогда не ревновала его. Может быть зря. Да мне было противно, когда появлялось ощущение очередной измены (я всегда это чувствовала, как и любая женщина). И тогда я не хотела, чтоб он прикасался ко мне. Я отворачивалась от него, и мне было неприятно даже находиться с ним в одной постели, а наше одеяло я считала в такие минуты самым омерзительным изобретением человечества. Оно не грело меня, а холодило. Он считал, что я нетемпераментна и спокойна. Наверное, так и было. Со временим, я вообще перестала желать его, мне осточертели его поцелуи. Но мы жили, мы продолжали строить будущее. И все ради сына. По крайней мере, он так считал. А я думала по-другому. Вот что я писала про него, размышляя о ее качествах:
«- он мало занимается сыном
- он все время уезжает от меня, как будто сбегает
- он придирается ко мне всякий раз, когда в шкафу находит беспорядок и видит разбросанные диски
- он слишком эмоционален и требует от меня того же
- не могу я заниматься сексом часами
- он ревнив и порой даже слишком. Но что-то в последнее время все меньше, наверное упокоился. Или остыл?
- он хочет, чтоб я готовила, как шеф-повар элитного ресторана. А это не в моих силах».
Я могла тогда думать обо всем этом до бесконечности и пополнять этот список в своих мыслях. Ему ничего не говорила. Сносила все тяготы семейной жизни тихо. Так учила мама: «Терпи, красавица, все будет хорошо. Ради сына!». Зачем она этому учила меня, ведь сама все потеряла в жизни – прожила с отцом до моего восемнадцатилетия только из-за меня, а потом сразу папа ушел к женщине, с которой тайно встречался в течении 15 лет и которую любил до умопомрачения. Уж лучше бы я тогда все сказала ему. Он ведь ждал. А потом стало поздно. Он ушел. Навсегда. Я плакала, когда он пытался что-то объяснить на своем непонятном для меня языке. Я не отвечала. А что я могла сказать?

4.Другой.
Ну, вот я и решился поведать свою историю.
Мне тяжело об этом вспоминать. Все было так давно. Даже не знаю, с чего начать. Мое сердце разрывалось от любви, так бывает, когда ждешь ее прихода долгими годами, влюбляешься, растрачиваешь себя, женишься, разводишься, ошибаешься и влюбляешься снова, а потом, словно луч света озаряет твою жизнь и сделать ничего ты не можешь. Все. Тебя зацепило, и сил вырваться больше нет. Бежать дальше некуда. Ты либо все в своей жизни рвешь, либо оставшиеся годы жалеешь о том, что не решился идти ей навстречу. Это не слабость, это незнание. Незнание того, что ждет тебя впереди, недоверие самому себе, что снова сорвешься, что не сможешь оправдать надежд, незнание любви.
Я снова стал перечитывать ее стихи, ее рассказ мне. Сколько эмоций и чувств вложила она в эти строки. Я всегда говорил ей, что надо немного сдерживаться, надо контролировать эмоции. А она не умела, а когда научилась, стала жестокой. Да, мне кажется, это я сделал ее такой независимой, свободной, смелой. А теперь пожинаю плоды. Выпустил свою рыбку в дикое море, а она и поплыла вперед целеустремленно и горделиво двигаясь, сливаясь с рвущимися под действием ветра волнами. Ни бури, ни штормы не сбивали ее с пути. Теперь я ею горжусь. И что с того? Я убогий, одинокий, брошенный всеми! Или бросивший всех? С этим надо разобраться.
Я был в очередной раз женат, тогда все казалось очень серьезным – брак не предвещал никаких страстей, очень тихая и уравновешенная жена вела хозяйство, родила по моей просьбе сына, любила всех своей спокойной любовью и думала, что так неинтересно и безрадостно я смогу жить всегда.
Но через некоторое время мне все это осточертело. Совершенно неспособная на общение жена, которую как мне казалось, я взял по любви, не разделяла интересов и не пыталась вкушать вместе со мной истинных наслаждений и радостей, подстерегавших на каждом шагу. Я старался сблизиться, она молчала. Мы даже ходили к психоаналитику. Мы ничего не добились. Непонимание. Вот, что нас объединяло. Она пыталась быть хорошей во всем, но видимо не знала, чего я хотел. Мы были такими разными. Кризис нашей семьи достиг своего апогея, когда родился сын. Говорят, это у всех случается, женщины много ждут, а мужчины еще большего. И в итоге, все неудовлетворенные. Уставшая, измученная жена и необласканный, вечно работающий муж. Наверное, эта ситуация знакома всем, у кого в доме маленький человечек, обожаемый и любимый, но ворвавшийся в жизнь так неожиданно, хоть и готовились вы к встречи с ним долгие месяцы, что ситуация выходит из-под контроля. Мне так не хватало страсти. И я начал гулять, погряз в обмане, изменах. Да, кто-то пьет, а я гулял. Сколько раз я возвращался к несчастной жене после очередных любовных интриг, неискренних объятий и похотливых взглядов. Мне было стыдно, я хотел остановиться, но не мог. Искушение наслаждением преобладало над принципами и ценностями, когда-то имевшими важное значение для моего тусклого существования.

Другие статьи в литературном дневнике:

• 14.05.2007. мкчты...