Life goes on…

Михаил Щелконогов: литературный дневник

Жизнь… Как точно подмечено. Вся наша жизнь - буйное и непредсказуемое буйство травушки-муравушки, и стоит только зазеваться, как все наши прекрасные начинания зарастают сорняками. Пойди и попробуй отыскать свою окультуренную поросль!.. И надо засучивать рукава, и вновь заниматься прополкой, корчеванием, межеванием. То холм, то овраг… То скала, то пропасть… То взлет, то падение… Но все эти «красоты» зиждутся на земле, чьими сыновьями мы являемся, и только вечная ковыль степная может рассказать нам о предыдущих поколениях, об их дерзновениях и неудачах, подвигах и предательствах, героизме и трусости… Идешь по степи, любуешься волнами белоснежной ковыли и не задумываешься, сколько тайн под ногами покрыто травой. Однако, до поры, до времени… Наступит и твой черед.
С детства я боялся обычной человеческой Судьбы. Словно некая заноза в сердце сидела. И все мои страхи были связаны с тем, что, не дай Бог, что-то случится, а я не успел открыть, создать, подготовить, передать, записать, научить. В гостях как-то был, познакомили с невропатологом:
- Какой нервный молодой человек! – удивилась она. Конечно, жить ежесекундно годами в предынфарктном режиме, ожидая, что ВСЕ и МГНОВЕННО рухнет, и вся жизнь, и труд, и творчество насмарку, и ковыль покроет, и никто и не вспомнит добрым словом, «и никто не узнает, где могилка моя…».
Не мог, ну никак не мог я жить счастливо. Не позволял расслабиться, даже мысли не допускал. Не могло быть и речи о личном счастье, когда я ничего не сделал для блага людей. И всю жизнь только и занимался тем, что устраивал чужие судьбы, но вот, наконец, мое время пришло, и с полным моральным правом я готов заняться устройством своей личной жизни.
Но я не одинок в социуме и волей-неволей наблюдаю, как реализуется прекрасная Мистерия СП. Люди, события, эволюция… Как описать, как передать все многообразие, тут вообще-то молчать нужно, но я все-таки постараюсь что-то сказать, передать крупными мазками, не обессудьте, люди, каприз художника…



Другие статьи в литературном дневнике: