Я русский бы выучил только за то...1996: предвыборная кампания, выборы… Да будь я и негром преклонных годов, Если по совести – зарасистило у «пролетарского интернаци». Кто в России самый известный негр преклонных годов? Не все вспомнят православные имя с отчеством: Абрам Петрович. Может кто-то забыть и фамилию: Ганнибал. Незабываемо звание – прадедушка Пушкина. Задолго до преклонных годов выучил он ещё и немецкий, родной язык второй своей жены – той, что прабабушка. (Уточняю для тех, кто и Пушкина в негры готов записать, а то и в африканцы. Идиотство!) И встречаются негры, только русский знающие. Что же – намёки на слабый интеллект? Негоже: Маркс накажет – шутили при Ленине (да и наказал). Почему бы Маяковскому – при его-то возможностях – не заинтересоваться мужичками по имени Бела? Их язык – самый неевропейский в Европе. Никаких «революшн», «репюблик», «демократиш», никаких «зовьетов» – сплошь «хорошилища в мокроступах на гульбищах». Зацепиться не за что. Родство с теми, кто в родню набивается, в микроскоп еле разглядишь. Так что можно под Маяковского: Да будь я и ВЕНГРОМ преклонных годов, Не то время, однако: кроме него – ещё с десяток. И есть древнейший народ Европы, ни с кем родства не помнящий, но о себе нет-нет, да напоминавший. Короче: У тех, кто о себе напоминал, сей «товарищ» мог вызвать лишь заслуженное презрение. (И только ли он?) Хотя как знать? Могла расположить его «хитрозадость», доселе ему не изменившая. Но – дальше по списку, ближе к неграм с прочими африканцами: Будь я ТУАРЕГОМ преклонных годов – Не гремел в ту пору этот «светлокожий» (под арабов) народ, восставший позже против негритянского (малийского) ига. Гремел генерал Александр Иваныч, спаситель восставших славянских Бендер от румын-молдаван. Знал ли о нём кто-нибудь из туземцев Сахары? Кто-то мог знать, хоть чужд сей народ европейской цивилизации. Вряд ли и к чужим языкам склонен: пусть негры-колонизаторы их долбят. Из негров на слуху были тогда руандийские. Поэтому: Лучше бы и впрямь языки учили. Хотя бы фламандский: как-никак были под опекой Бельгии. Побольше времени заняло бы, чем пресловутые пятьсот дней, прославившие Григория Алексеича. А они – геноциды друг другу, почище гитлеровского! Их проблемы. Кто у нас дальше? Будь я ГОТТЕНТОТОМ преклонных годов, «Готтентотство» доставило «сыну евриста» лишь пятое место. Самый цивилизованный – ещё ниже. Как и предложенная нами «поддержка»: Да будь я БУШМЕНОМ преклонных годов, Имя даже нам запомнить легче, чем «Николаевич Фёдоров». Хирург-глазник. Верил, что «мы сядем в приличное общество». Вертолёт его потом не сядет. Из Калахари и Сахары – к горам, что смыкаются с бывшим нашим Памиром. С их вершин легче падать, чем на них восходить: известно не одним гималайским горцам. Однако: Да будь я и ШЕРПА преклонных годов, Не повезло Михал Сергеичу в своё время с проводниками-шерпами. А уж потом!.. В США за двести с лишним лет – только два реваншиста-удачника: один из них – нынешний, что на последнем сроке. У нас же ни одного со средних веков, с ордынщины. Не считать же Ивана Грозного, что холопа-татарина на свой трон сажал, а потом снял с работы. О том, что ближе, не стоит. Да будь я ТИБЕТЦЕМ преклонных годов, Не будем гадать о роде-племени Мартина Люциановича. И на тибетскую «науку» не намекаем. Просто много о тибетцах трёпа. А много ли знаем? И что знают они о нас в их «автономной» резервации? Наверно, всё-таки больше, чем островитяне-кенгурятники (вопреки нашим дурацким мифам). И всё равно: Будь я ПАПУАСОМ преклонных годов, Честь бывшему штангисту-чемпиону: он был с бородою, как папуас. Единственный из кандидатов. И напоследок: Будь я АНДАМАНЦЕМ преклонных годов, Андаманские аборигены – на последнем месте в нашем полушарии (да и, пожалуй, в мире). Последнее место и у аптечного бизнесмена. Ему – как утешение: и в островной индийской резервации, в заповеднике двуногих его почтили бы, дойди туда молва. Всё это сочинялось тогда, по ходу дела. Ни в чьей избирательной кампании я не участвовал, никому и не предложил. И кто бы взял? Тогда с юмором на Руси обстояло лучше. С тех пор многое устарело. И многие устарели окончательно: большинства уже нет. Будь я хоть ШУМЕРОМ из древних веков – Он снял тогда свою кандидатуру. О другом смолчу, хоть сказать бы и стоило. © Copyright: Михаил Струнников, 2026.
Другие статьи в литературном дневнике:
|