I
Для отрока, в ночи глядящего эстампы,
За каждым валом - даль, за каждой далью - вал.
Как этот мир велик в лучах рабочей лампы!
Ах, в памяти очах - как бесконечно мал!
В один ненастный день, в тоске нечеловечьей,
Не вынеся тягот, под скрежет якорей,
Мы всходим на корабль, и происходит встреча
Безмерности мечты с предельностью морей.
Что нас толкает в путь? Тех - ненависть к отчизне,
Тех - скука очага, еще иных - в тени
Цирцеиных ресниц оставивших полжизни -
Надежда отстоять оставшиеся дни.
В Цирцеиных садах дабы не стать скотами,
Плывут, плывут, плывут в оцепененье чувств,
Пока ожоги льдов и солнц отвесных пламя
Не вытравят следов волшебницыных уст.
Но истые пловцы - те, что плывут без цели:
Плывущие - чтоб плыть! Глотатели широт,
Что каждую зарю справляют новоселье
И даже в смертный час еще твердят: - вперед!
На облако взгляни: вот облик их желаний!
Как отроку - любовь, как рекруту - картечь, -
Так край желанен им, которому названья
Доселе не нашла еще людская речь.
--------------
Перевод этот интересен тем, что в нем сохранен Бодлер и в то же время в каждой строчке слышен голос Цветаевой.
Сравним хотя бы вот эти строчки:
Мы всходим на корабль - и происходит встреча
Безмерности мечты с предельностью морей.
У Бодлера:
Et nous allons, suivant le rythme de la lame,
Ber;ant notre infini sur le fini des mers...
И мы идем, следуя ритму волны,
Качая нашу бесконечность на конечности ( предельности) морей.
Ber;ant - от слова bercer (качать, убаюкивать, успокаивать, утешать) ,
Однокоренное berceuse - колыбельная.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.