1. ОбменПечка, разогревающая металл перед его прокаткой по стану, была остановлена только на три дня. Из её вишнёвого жерла в дымовую трубу, где мы перебирали старую разделительную стенку, дул горячий ветер. Тяга была могучая, и на время работы я наряжался в трижды залатанный старый свитер. Его высоко поднятый воротник оберегал от опасного жара. На свитер надевал суконный костюм. Так положено по инструкции. А под каской была ушанка. Марлевая повязка, очки, тяжёлые рукавицы тоже предохраняли от случайных ожогов. Отовсюду летела горячая колкая пыль. В трубе мы копошились поочерёдно, недолго - по пятнадцать, по двадцать минут. Потом менялись. Вылетали из пекла на свежий воздух разгорячённые, красные, чтобы немного отдышаться и отдохнуть. Стояло лето. Случайные прохожие держались в тени. Их тоненькие рубашки, как промокашки, были пропитаны потом, а я, нелепо укутанный в тёплые зимние тряпки, дрожал от озноба. Зубы стучали по кружке с горячим чаем. Там, в печи, температура была под сто, а на улице только сорок. Мне захотелось к тёплому морю - на пляж, и чтобы были горы у побережья. Но плановый отпуск был в декабре, и я душевно крепился, отгоняя свои мечтания из сердца прочь. Пытался сосредоточиться на мелком, на жалком: зарплата, её задержки, новые кирзовые рабочие ботинки. Те, которые я носил, уже истончали почти до дыр от раскалённости подножий. - Послушай, - вдруг обратился ко мне напарник. Звали его Сергей. Он был безропотным и добрым – большая редкость в металлургии: – Давай поменяемся отпусками. У меня в сентябре. Ежегодный оплачиваемый отпуск огнеупорщика - двадцать восемь дней. За работу во вредных условиях к нему добавляются ещё две недели. Плюс возможные выходные, отгулы. Я согласился на обмен. - Ты немного обжёг свои уши, - сказал Серёга. - Подвязывай шапку. © Copyright: Александр Муленко, 2014.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
