Загадочная пропажа

                     
     В лес, для пушного промысла, Влад заехал довольно рано, в начале октября.  Он вообще старался попасть на участок числа до десятого.  А то погода Урала изменчива, жахнут ранние морозцы, прихватит ледком его речку и на лодке по ней не проедешь, и пешком не пройдешь.
     Вот и в этот раз охотник договорился с кем-то из жителей деревни, чтобы тот забросил его вместе с собаками на участок, он же обеспечивает дорогу бензином.  Продукты, провиант и все необходимое, на период охоты, давно были завезены им.
     Найти работу, до начала пушного промысла, проблемы не составляло.  Можно, где-нибудь на болотах, клюкву побрать, хоть немного, но и то вперед, или чагу в березовых местах поискать.  Было бы желание по лесу ходить, а не в избушке сидеть.  Тары, то есть мешков, Влад завез с запасом.  Беда неловко, когда в лесу, то одно, то другое найдешь, а положить-то и некуда.
     По прибрежным болотам в сторону реки, в этом году клюква была неважнецкая, может где и попадались не плохие места, но «сливки» там давно уже сняли.  Какая-то ягода конечно осталось, но довольно редкая, разве что вручную брать.  А по понятиям Влада считалось, если, собирая совком, меньше мешка в день выходит, то такую ягоду только по нужде можно брать, или от нечего делать.
     Прихватив до кучи в рюкзак пару мешков и совок, охотник отправился ко второй избушке, чтобы заранее доставить туда необходимые припасы и посмотреть там, попутно по кромке янги (чистого болота), урожай клюквы.
     Раньше каждый год попадались на ней местами не плохие ягоды.  Конечно далеко носить оттуда до первой избушки, километров семь по путику получится.  Но когда он зайдет в лес в феврале и сделает лыжню вдоль путиков, у него будет время не торопясь мешок-другой, может больше, вынести на лыжах по накатанному следу.
     На янге и на самом деле оказались неплохие местечки.  За два дня оба мешка были полными.  Сходил еще за тарой в первое зимовье.  Словом, к началу сезона на пушнину, полных семь мешков ягод лежали на двух так называемых «кроватках», жердях, прибитых к деревьям с двух сторон, на уровне, в данном случае, около метра от земли, чтобы и снегом не засыпало, да и не каждая мышь на дерево полезет, чтобы погрызть мешки с ягодой.
     Конечно от медведя или росомахи, это не спасет, но хотя вероятность и мала, что эти звери наткнутся на собранный урожай, все же на веточки рядом на всякий случай охотник повесил старые использованные гильзы.  Запах пороха долго из них не выветривается.
     Сейчас у Влада план слегка изменился.  Семь мешков вынести на горбу - это не два мешка.  Поэтому он решил во время осенней охоты, мимоходом, где по путику, где рядом с ним, прочистить дорожку для снегохода.  Чтобы проход между стволами больших деревьев или мелкого подсада был не меньше метра.
     Стволы валежника поперек дороги, до метра высотой, большой помехи не создадут.  В феврале снегу будет достаточно много, и если к этим стволам подкинуть его ещё, а потом утрамбовать лыжами, то «Буран» этого бугорка даже не заметит.  Более высокий валежник можно и объехать.
     Вот и февраль наступил.  Километров тридцать с лишним, парень ехал по чищенной тракторами и накатанной машинами, возившими с участков химлесхоза живицу, дороге.  Потом, немного расчистив бровку дорожной снежной насыпи, свернул в болото, по старому зимнику, идущему к берегу реки, который находился где-то около километра от дороги, и почти сразу же остановился.
     Снегу было много.  Поэтому, чтобы не забуриться где-нибудь с санями, охотник решил пробежаться сначала на лыжах, проложив двойной след, то есть туда и обратно шел по целине параллельно.
     Возле берега он утоптал лыжами небольшую площадку.  Куда вскоре и подогнал снегоход с санями.  Спуск на реку был довольно крутоват.  Съехать-то вниз не проблема, нужно думать, как и обратно подняться, да еще с возом.
     Влад с годами стал свыкаться с народной мудростью, такой как: «Поспешишь - людей насмешишь».  Поэтому он и начал устраивать ровный, более-менее пологий спуск.  Лыжами засыпая со стороны, снежной массой, неровности и утрамбовывая весь предполагаемый спуск.  Вскоре от реки и до верху шел ровненький подъем.  Потом он хорошо промял лыжами широкую полосу по реке до взвоза на противоположной стороне.  Кабы не дай Бог, если наледь выступит под снегом, не вбухаться в эту снежную кашу.  Наледь для снегохода очень неприятная штука, особенно при высоком снеге.
     Примял снег и на втором подъеме, а затем направился по зимнику, соединяющему реку Пелым с речкой М. Войтья, к избушке, отстоящей от реки с полкилометра.  Проведя в ней ночь, утром пошел мять лыжню к своему первому охотничьему зимовью, по борам и болотам, проминая путь для снегохода.  Там у него уже была намечена дорожка еще с прошлого года.
     Иные охотники с улыбкой скажут, а что для «Бурана» проминать путь, он сам как танк.  Это вообще-то так, на чистом месте да без саней, если вдруг стал он немного проседать на одну сторону повернул немного руль, дал газку и шуруй дальше, если конечно не зароешься.  А вот в лесу или болоте, с густым березняком или сосенками, где ширина проезда бывает около метра или чуть больше, сильно-то не разгонишься.  И руль, куда заблагорассудится, не повернешь.
     С непривычки, пока добирался до места, Влад явно утомился.  На следующий день он вернулся к снегоходу, отцепил сани и без прицепа, чтобы примять, а не разбить спуски и дорогу, налегке покатился обратно к основному охотничьему зимовью.
     Ночью выпала небольшая переновочка (свежевыпавший снежок).  Охотник решил сделать маленький кружок на лыжах, километра три от силы, чтобы поставить несколько петель на зайцев.  Сначала протоптал лыжню по одному берегу речки, а потом выйдя на след «Бурана» прошел по нему другим берегом.  Авось, пока будет здесь находиться, что-нибудь, да и попадется.
     День выдался солнечный, теплынь, словно весна наступила.  Когда Влад вернулся к избушке, то вдруг хватился.  А где же варежки у него?
     Поискал в избушке и возле неё, нет нигде.  Неужели где-то при установке петель снял и забыл.  Быстро надел лыжи и пробежался своим следом, нигде, ничего не было видно.  Да куда же они могли подеваться?  Не иголка чай, а большие, хоть и легкие, обшитые шубенки, сделанные из заячьих шкурок.
     Даже если какая-нибудь хищная птица облюбовала их, то вторая-то должна была остаться, и след крыльев обозначился бы наверно.  Так же рукавицы не на весу находились, в крайнем случае снежок примяться должен там, где они лежали.
     Пошел еще на круг, теперь не торопясь.  По свежей переновке все следы как на ладони.  Там, где сходил с лыжни или следа снегохода, все проверил.   Как сквозь землю провалились.
     - Ну и ладно, - подумал Влад, - кому-то нужнее видно стали.  На улице тепло. Завтра за санями поеду, там еще шубенки лежат.
     Но погода Урала любит шутки устраивать.  Еще вчера чуть ли не плюс на улице был, а утром к минус двадцати скакануло.  Что делать?  Без варежек окоченеют пальцы на руле.  Но из многих обстоятельств есть выход, если его поискать.  Нашел Влад в избушке запасные шерстяные носки и напялил их на руки.
     Вскоре он был уже у саней, еще чуть-чуть и вернулся обратно.  Все же не пешком идти.  В этот же день парень ушел топтать лыжню и осматривать капканы ко второй избушке, а потом и дальше.
     Недели через две-три закрыл охотник свои ловушки и без проблем вывез мешки с ягодой и то что добыл на охоте.
     Но он так и не смог понять, куда и как исчезли рукавицы.
 


На это произведение написаны 4 рецензии      Написать рецензию