Непрошедшее время
Торжество Справедливости
– Ну что же, с победой, дорогой союзник! – сказал, усмехаясь, Справедливость, когда они наконец остались вдвоём.
Совет закончился вполне предсказуемо. Известие о гибели Шута при попытке к бегству заставило сомневающихся наконец-то определиться с выбором, а кое-кого из ярых противников Игры – пересмотреть свои убеждения. Всегда приятнее (и выгоднее!) быть на стороне сильного. Поэтому за запрет Игры проголосовали всего трое: Император, Иерофант и, как ни странно, Алхимик. Императрица не смогла присутствовать на Совете, у неё с утра разыгралась сильная мигрень, но её голос ничего бы и не изменил: против запрета выступили четырнадцать Старших Арканов. Ещё трое отсутствовали по неизвестным причинам. Таким образом победа была полной.
Справедливость, воспользовавшись моментом, следом поставил на голосование то, ради чего, собственно, всё ими и затевалось: снятие ограничений на Большую Игру. Здесь союзники-заговорщики тоже получили большинство, правда не такое подавляющее: девять против пяти, трое на всякий случай воздержались – ни нашим, ни вашим. Справедливости и этого показалось недостаточно, и он выступил с обстоятельной речью, в которой постарался представить все преимущества превращения Мира в большое казино для жителей Королевства. Когда же Иерофант, назвав его безумцем, попытался воззвать к здравому смыслу присутствующих на Совете, Справедливость, не вступая в пререкания, просто-напросто подошёл к окну и, распахнув его, крикнул в толпу, собравшуюся перед дворцом:
– Император отказывается подписать указ о разрешении Большой Игры для всех!
И площадь взорвалась криками:
– Долой! Долой Императора! Да здравствует Справедливость!
Послышалось даже, заставившее побледнеть некоторых из Старших:
– Смерть Императору!
Справедливость взмахнул рукой – и площадь затихла. Он повернулся к Совету:
– Вам нужны ещё какие-нибудь аргументы?
Все молчали. Справедливость достал заготовленный заранее текст отречения и с небрежным поклоном протянул его Императору.
– Я прошу ваше величество подписать этот документ. Народ ждёт.
И вот теперь, когда присутствовавшие на Совете разошлись, и они остались в опустевшем зале вдвоём, Дьявол, глядя на торжествующего союзника, вдруг ощутил странную пустоту в душе. Казалось бы всё закончилось так, как они того хотели, победа – полная победа! – у них в руках, но он почему-то чувствовал себя проигравшим, мало того, потерявшим всё. Отчаяние и ужас охватили его.
– Нет!!! – закричал Дьявол…
… и проснулся. Было уже совсем светло. Встал, раздвинул шторы. За окном сиял залитый солнцем сад. Но снова вернулось чувство, что вот-вот произойдёт непоправимое.
«Надо возвращаться в столицу… – подумал Дьявол. – Может быть ещё не поздно…»
– Что-нибудь случилось?
Дьявол вздрогнул от неожиданности и оглянулся.
Герда! Солнце разбудило её, она тихонько подошла и встала рядом, глядя на Дьявола удивлённо и тревожно. Дочь цыганки, она всегда была очень чувствительна к любым переменам его настроения и теперь сразу почуяла неладное. В утреннем свете Герда показалась Дьяволу почти нереальной, как тень, как сновидение… Так вот почему сон так напугал его: там не было Герды! Не было и не могло быть. Герда не родилась, потому что Шут, её отец, погиб, застигнутый проклятием полночи. И это он сам подстроил гибель Шута, переведя часы! Со свойственной ему способностью видеть всё таким как оно есть, Дьявол ни минуты не сомневался, что его сон был не просто ночным кошмаром. Великий Уэйт послал ему предостережение о приближающейся катастрофе. Дьявол не понимал, что за угроза нависла над ними, но чувствовал, что медлить нельзя.
– Всё хорошо, – улыбнулся он Герде, не желая раньше времени её пугать, – посмотри, какой прекрасный день для путешествия! Мне кажется, пришло время проведать столицу. Ты, наверное, соскучилась по родителям? Да и мне нужно кое с кем повидаться… Собирайся. Мы уезжаем сразу после завтрака.
Всю дорогу молчал, смутные тревожные предчувствия не давали ему покоя. Герда раз или два заговаривала с ним, но Дьявол, занятый своими мыслями не слышал её. Герда надула губы и отвернулась к окну.
В столице велел кучеру править к дому Шута. Неясное беспокойство сводило его с ума и заехать сначала к себе было просто невозможно.
После обязательных приветствий, шепнул Шуту, что хотел бы переговорить с ним наедине, и они, оставив Герду и Настю обмениваться новостями, уединились в кабинете.
– Что-то случилось? – осторожно спросил Шут. – Этот неожиданный приезд… У вас всё в порядке? Что ты так смотришь?
– Никогда бы не подумал, что буду настолько рад увидеть тебя живым, – криво усмехнулся Дьявол, опускаясь в кресло.
– Меня? Живым? – удивился Шут. – Что-то я не понимаю…
– Мне приснился Совет. Тот, где решалась судьба Игры, и ты своим неожиданным появлением разрушил все наши со Справедливостью планы. Так вот. В моём сне нам всё удалось и Справедливость заставил Императора подписать отречение, потому что не было никого, кто мог бы этому помешать: ты пытался бежать, был застигнут полночью и погиб, а Хранитель…
– А Хранитель дожил до глубокой старости в своём Средневековье и умер, не оставив потомка, в котором мог бы вернуться, – закончил Шут.
– Откуда ты…
– Не одному тебе снятся сны! К тому же я разговаривал с Идой.
– И?
– Она жаловалась на перемены, происходящие с Густавом. Он как будто не совсем отдаёт себе отчёт, в какой реальности пребывает, и кроме того он показался мне…
– Бледным и как бы почти прозрачным?
– Да, но…
– Ты внимательно смотрел на свою дочь сейчас, когда мы приехали?
– Герда?!
– Понимаешь, если ты тогда погиб, то она просто не родилась. Кстати, где Каин?
– Вскоре после того, как вы с Гердой обвенчались и уехали в провинцию, Кай начал тосковать по тебе и сестре. Чтобы как-то развеяться, он надумал отправиться в путешествие. Они с Алхимиком решили обследовать окраины Королевства. Подожди… Неужели они?..
Дьявол мрачно кивнул.
– Другого объяснения происходящему я не вижу. Они нашли путь в пещеры и теперь… Алхимик всегда был немного не от мира сего, а Каин… Ты же помнишь эту его эскападу с зеркалами, когда мы с ведьмой вынуждены были отправиться на поиски, забыв о взаимной неприязни? Эти два молодых дарования из одной любви к экспериментам могут наломать таких дров! И я совершенно не вижу, как их остановить. Они всё погубят, Шут! Если в новой реальности к власти придёт Справедливость, Мир окажется игрушкой в его руках, театром марионеток под управлением безумного кукловода. А гибель Мира означает, что погибнет и Королевство, и все мы заодно! Великий Уэйт! Меня вполне устраивает моя жизнь, и я совсем не хочу такого конца! По-твоему ещё можно успеть что-то исправить, или мы обречены?
Шут покачал головой.
– Откуда ж мне знать! Я не пророк…
ПРОДОЛЖЕНИЕ https://proza.ru/2023/05/13/177
Свидетельство о публикации №223051200173