Вот моя деревня. Была у нас речка

Помнится, в бытность детства моего, была у нас речка.  Милая русская, в зелёных  низких берегах. Хорошо С.Т. Аксаков о такой  написал в  «Записках ружейного охотника» : «Другая речка бежит по ровной долине или по широкому лугу. Извилистые берега ее обрастают местами лозником, вербою и ольхою, а местами одною осокою и другими береговыми травами; дно ее ровно и гладко, и глубина почти везде одинакова».

Милая сельская речушка - сама скромность, а радость от неё великая. К бережку подойдёшь, а он, бывало, так-то густо сочной и высокой травой порос, особенно, в местах, где она поуже, так что, надо к самому краешку шагнуть и вниз глянуть - вот она! В тени ракит глубоко течёт. А ближе к тому бережку, куда из-за бойкой поросли и не подобраться, в тихой заводи - царство лилий и кувшинок. Ох, моя любовь, моя отрада! Во сне запах жёлтых кувшинок слышу - так я их любила.

По всей пойме речки, что в пределах села нашего,   простирались колхозные  огороды. Какие буйные, сочные, богатые были огороды. Добрая капуста, пупырчатые огурчики, сахарные на изломе помидорины, разноцветные перцы… Женщины-огородницы и весёлые приезжие студенты собирали, в своё время,  овощи в  ящики и грузили на машины для отправки в город.  А  осенью, после уборки, землю перепахивал маленький трактор, чтобы весной  снова зазеленело рассадой огромное поле.

Посреди этого огородного царства стоял шалашик сторожа,  инвалида дяди  Миши. В его ведении, к тому же, были  дождевальные установки, берущие воду из реки,  чудными фонтанами поливавшие  необозримые грядки овощей.
Обычно, он спал  в жаркую погоду.  А, если и не спал, не мешал нам искупаться в струях дождевалок  и  набрать в подолишки  платьев и рубашонок сахарного горошка, молодой морковки, тут  же вымытой  у бережка,  и первых  колхозных огурцов.

Бегаем,   не сторожимся, пачкаемся вволю – сейчас в речке  купаться. А вода  тёплая, зеленоватая, речной травой  пахнущая. 
Девчонки на мостках ещё ножки помоют, наблюдая незаметно, как пацаны наперебой -  у кого краше - доставляют с того берега букеты белых
лилий.

Для малышни на реке особое место было выделено - "купалка". Отлогий бережок здесь  застлан  чистым песком.  Давным-давно, когда о детях особо заботились,  на дно реки было высыпано  несколько машин  песка. Со временем, он уплотнился,  и вся ребятня бултыхалась там безопасно и весело. А в стороне - глубокие места для старших ребят и взрослых, где можно было нырять с дерева вниз головой. Помню, по вечерам взрослый усталый народ семьями отправлялся к речке  освежиться перед сном.  Так и жили...

Недавно случилось мне проезжать по новой трассе мимо знакомых мест. Был сентябрь. Я искала глазами дорогие картины моего детства. Вот тут протекала река...  Но не было реки!!! Была трасса, услужливо предложенная безумно мчавшимся в обе стороны, и всё-таки, никуда не успевавшим, машинам всевозможных марок. И были безбрежные заросли рыжего камыша на месте реки и пышных наших былых огородов. Остановила машину. Вышла. Болото. Непроходимое болото было на месте нашей трогательной речки. И - невиданное для моего взгляда зрелище:  посредине стояли две серых цапли, отыскивая клювами что-то в зелёной жиже. Чужое место. И птиц этих я не знавала здесь. Тоска сжала сердце. Я хлопнула дверцей, и успела услышать резкий шум крыльев. Из камышей вдруг поднялась стая диких уток,  и через мгновенье с криком опустилась на зелёную ряску болота.

Видимо, как всегда, не учли чего-то равнодушные строители трассы,  и живая наша речка превратилась в жалкий ручеёк, потерявшийся в зарослях камыша.