Лирический герой

Тяжела и неказиста жизнь простого Лирического героя.
Это только кажется, что всё — розы, и все — без шипов. Что он плывет себе, Лирический герой, в незыблемости своей уникальности, в лучах своих софитов, воспеваем... И лишь изредка — почтительный звонок в дверь, и под дверью, в корзине росистых чувственно-алых роз — глянцевый листок с виньетками очередного дифирамба.
Да, да, конечно же — так. Но...
Лирический герой плавает золотой рыбкой в стеклянной банке. О, он надежно защищен от Поэта толстым стеклом! Он волен плыть хоть налево, хоть направо – в банке. Волен выстилать стекло изнутри слоями радужной чешуи, прятаться в густых водорослях, зарываться в ил...
"Герой зарылся в ил", пишет Поэт.
У Лирического героя своя, несовместимая с Поэтической, среда обитания, и Поэт сюда — ни шагу, ни-ни, только издали. Ведь Поэты не дышат в воде. А Лирические герои дохнут на воздухе. Хрупкие создания.
Тяжко Лирическому герою. Вот уж попал – так попал.
Сделаешь шажок — Поэт раздует из него поступок. Совершишь поступок — эхо от него громкой славой разбежится по ступеням всех темных лестниц. Смельчишь душой — огорчишь Поэта. А огорченный Поэт — ох, жесток. Того и гляди, банку взболтает для красоты, пузырьками полюбоваться, а то и крышкой закрутит, а то и корму не бросит...
Да нет, бросит. Потом.
Поэт бережет своего Лирического героя. Лирический герой плевал на Поэта. Но вот беда: это он, герой — в банке. А разбушуется, разъярится, распротивится естественному ходу событий — грохнется банка об пол, стеклянным веером расплещется опротивевшая живительная влага... Среда обитания. Четверг обитания. Пятница обитания...
Кто сказал, что легко быть Лирическим героем?
Чего ты хочешь, глупый? Хочешь, донесу тебя до проруби в ладонях? Извини, у нас тут, снаружи, зима. Ты ведь сам этого захотел, а Поэт не может противиться воле Лирического героя. Другое дело — описать в подробностях жизнь твою и смерть твою. И уронить скупую слезу в мутную воду.
Плыви, бедолага. Я отпускаю тебя. К февралю заведу себе новую банку с новым жильцом и посвищу трижды над твоей прорубью. Приходи. Вот тогда и поговорим. По душам.
По-человечески.
31/01.99