Дружба с крыльями Быль

«Мне кажется,
под нами осыпается
податливый к скольженью снежный наст…
Мне снится,
что сиреневая птица
совьет гнездо в окне - как раз напротив нас…»
Я. Орлов

Мне  двадцать два года...  Я только что вышла замуж и стала отмечать свой день рождения и отсчитывать возраст с этого дня, потому что все, происходившее со мной раньше – эта, на первый взгляд, такая насыщенная и содержательная жизнь с учебой, театром, музыкой, стихами, маленькими романами – стало представляться теперь абсолютно неосознанным, темным «существованием» в материнской утробе.
После пыльного Кутузовского проспекта дом в Коньково, из окна которого был виден лес, казался мне единственно возможным местом  обетования. «Если счастье есть, то оно – здесь» - придумала я тогда последний свой стишок . Через полгода, в январе, я увидела тонкий белый плед на уже родных деревьях и поляне напротив, и -  начала ждать... Ждать так, как ждут только первого ребенка – самозабвенно, упоенно, с ежеминутным трепетом и тревогой. А в марте на березе, ветка которой как раз чуть отклонялась к нашему окну на шестом этаже, появилась ворона. Место ей явно понравилось, и вслед за вороной тут же образовалось гнездо. Ворона я видела редко, он залетал подбросить то червяков, то веточку, а ворона оставалась на березе и – тоже терпеливо ждала. «Подруга, - с нежностью думала я, не забывая каждое утро проверить, - «все ли там на своих местах»...Эта черная ворона казалась мне  Синей Птицей, осуществленной детской мечтой, которую я наконец поймала в руку... Ворона прожила бок о бок с нами пять лет, долгих, как зимние вечера, наполненные так остро ощущаемым домашним теплом, умножающимся с каждой ночью... Они летели быстро, эти годы, как летние дни, радужности новых рассветов которых не перестаешь удивляться каждое новое утро... У нас уже было два сына, у ворон - наверное, пять поколений воронят. Нам нужно было переезжать. Долгожданная дочка с момента своего -  во мне – появления начала отчаянно требовать отдельной комнаты, а я начала панически бояться… «Дружба – это любовь без крыльев» - вспоминалась мне цветаевская фраза. И при чем тут страх остаться без вороны, совсем не самой « парящей» из птиц?.. Прошло всего пять лет, а я стала бояться одновременно двух вещей – исчезновения нашей нежной дружбы, ставшей прелюдией любви,  и перевоплощения нашей – уже состоявшейся -  любви обратно в эту дружбу... Господи, ну при чем тут ворона?..
Мы уезжали, в эту квартиру вернулась свекровь. «Смотри, - сказала она, подзывая меня к окну через пару дней, когда я зашла за вещами, - вчера разобрали гнездо по веточкам и улетели, он уж так над ней кружился, так уговаривал остаться, крыльями махал, а она – ни в какую...
 Не может быть! Весна в разгаре, птицы на гнездах сидят уже, нет!..
А в окне сияла пустота…Мне стало не так больно и страшно покидать свое первое, казалось, только что свитое, гнездо...
Новая квартира, всего в пяти минутах ходьбы, была на девятом этаже. Березы рядом не оказалось. Хотя что толку, если бы она и была; до девятого этажа наши березы не дорастают. Через пару дней я застала мужа у окна с полевым биноклем в руках… На одной из берез, у детского сада напротив, чернело гнездо. Надо ли говорить о том, что еще два дня назад там тоже была пустота?..