Хроника храброго рыцаря Тибиуса. Рыцаря с женской душой 3, 4

С этого дня моя жизнь полностью изменилась. С одной стороны, я был очарован своей новой жизнью, ибо общество Артура было для меня лучшим подарком Судьбы, а с другой – мне было обидно до слез, что он не замечал меня. Для меня, выросшего в любви и окруженного лаской, было невыносимо одиночество. Воины моего храброго рыцаря меня не любили, они считали, что безжалостный рыцарь, которому они служили, проявил слабость и малодушие, оставив меня в живых, ибо для них я был сыном врага, от которого можно ждать предательства и они пытались роптать на Артура, боясь меня. А мне не нужно было ничего, кроме внимания моего храброго рыцаря. Я чувствовал себя верным псом, готовым быть хоть рыцарским плащом, лишь бы услужить, угодить. Мне необходима  была его любовь. Я был один, но он не замечал меня, полагая, что проявление любви не должно иметь место в его войске. Но я был еще мальчиком, который видел во сне мать, чувствовал, как она гладит меня по голове, видел отца, нежно треплющего меня по щеке. Как тяжело мне было в ту пору, об этом не знал никто.
Тогда я впервые почувствовал, что время имеет удивительную способность течь, как ему вздумается, то, уносясь безоглядно вперед, то, замирая на месте. Но от каждого промежутка этой удивительной части вечности, обязательно остается ощущение. Это будет страх, голод, желание – неважно, оно появится независимо от того хочешь ты или нет. Тогда таким чувством было одиночество. Одиночество в жизни, но страшнее оказалось одиночество в душе. Меня охватывал дикий, животный страх, когда я смотрел на войско моего славного рыцаря и понимал, что его нет, оно не существует, это миф. Нет ничего, кроме одиночества. Я предвидел надвигающуюся перемену, и она вскоре произошла.
Это случилось через несколько месяцев после того, как я стал оруженосцем. Наше войско было разгромлено. Воины, не привыкшие отступать, из последних сил добивали друг друга. Я оказался в гуще кровавого месива. Я смотрел удивленными и безумными глазами, как рыцари, потеряв человеческий облик, с безграничной злостью наносили друг другу удары. Я почувствовал, как Артур вытаскивает меня из этого сумасшествия. Бой для нас окончился. Артур и я, мы покидали наше войско. Нет, мы не бежали от врага. Сэр Артур никогда не был трусом! Но в тот момент битва потеряла всякий смысл. Мы ушли оттуда, чтобы больше не видеть, как славные и храбрые воины бессмысленно добивают друг друга. Увы, мы были бессильны. Кровавое месиво затянуло всех, кроме нас. Зачем? Зачем биться, когда потерян смысл, когда враг разбит, а ты побежден, но ненависть и злоба захлестывает тебя, и ты все равно упорно добиваешь все, что еще движется, все, что еще дышит. Артур не мог смотреть на все это, но я чувствовал, как плачет его душа от невозможности что-либо изменить. Я шагал рядом, пытаясь  не отставать от своего господина, пытался оправдать его в глазах других рыцарей, но это было не нужно – никого не осталось, кроме нас. Я не знал, зачем он вытащил меня, зачем пытался спасти. За то время, что мы были вместе, мой рыцарь, даже не спросил, как меня зовут…
Мы направлялись в лес. Он манил и звал нас и мое сердце оживало от чарующих звуков живой тишины. Мне вспоминалось, как я убегал из замка и на целый день оставался один на один с лесом.  Я был рад, когда мы погрузились в его устрашающую пустоту. Меня удивил этот лес, он не был похож на тот, который я любил и знал с детства. В этом лесу я вновь почувствовал себя одиноким. Мне было страшно ощущать себя так, я уговаривал себя, что со временем это пройдет, но в тот миг мне было страшно. Чем дальше мы пробирались в глубь леса, тем ощутимее становился покров одиночества. Оно, словно невидимое покрывало, окутывало наши души.
Артур шел впереди. Я не видел, но чувствовал, как силы покидают его. Он буквально упал на поляне, что раскинулась на берегу ручья. Мой славный рыцарь истекал кровью от полученных в бою ран. Я помог ему снять доспехи, промыл раны. Солнце устало скатывалось за горизонт, пора было устраиваться на ночь. Чтобы быть уверенными в безопасности, мы условились спать по очереди. Я вызвался охранять сон своего рыцаря. Я видел, как раненый Артур изнемогает от боли, ему был необходим отдых. Что моя усталость в сравнении с ранами, полученными в честном бою! Артур закрыл глаза, и я оказался в полном одиночестве. Вокруг была полнейшая тишина, а что могло быть страшнее в тот миг, чем тишина, которая разрывала на кусочки мою истерзанную, одинокую душу?
Время незримо уносилось вдаль. Усталость упрямо наваливалась на мои плечи, глаза слипались. Чтобы прогнать сон, который упорно, без устали, звал меня в свою волшебную страну, я дотрагивался до холодной стали меча храброго рыцаря. Я чувствовал упругость и обжигающую прочность клинка и сон отступал, рассекаемый этим совершенным оружием. Артур спал, рядом лежал его меч, а я охранял сон одного и покой другого, но вечная стихия оказалась сильней и, к своему стыду, я уснул, свернувшись клубочком, возле своего господина.
Утром, во сне, я случайно дотронулся до Артура. Его движение было молниеносно, он схватил меч и приставил его к моему горлу. Все было точно так же, как и в первый раз. Опять эти глаза, безумные, бездонные. Моя душа позорно убежала и спряталась в самом дальнем уголке сердца. Я знал, чувствовал, что еще мгновение, еще усилие и я буду мертв, но мне так не хотелось умирать. Я испугался. Горечь, обида, одиночество – все навалилось на меня сразу, и я не выдержал. Еще миг и из глаз полились слезы.
Артур отложил в сторону меч, глубоко вздохнув, сел рядом. Я знаю, он не ждал, что я расплачусь, да я и сам испытывал стыд, что не сдержался. Какое-то время, Артур, точно раздумывал, не зная, как себя вести. Наконец, я почувствовал у себя на плече его руку. И от легкого, нежного прикосновения красивой, изящной руки мне стало еще обиднее. Я вспомнил маму и зарыдал еще сильнее. Я так долго был один! Артур неумело погладил меня по голове, притянул к себе и тихо, нервничая, произнес:
— Ну, малыш, не плачь, все будет хорошо, мы выберемся отсюда. Поверь, все будет хорошо… Прости меня, малыш – ты напугал меня, прости.
Я молчал. Артур продолжал  нервно гладить меня по голове.
— Ты устал, поспи, я буду охранять твой сон.


С этого самого дня, мы были вместе, не расставаясь ни на минуту. Мы устроились в небольшом гроте. Нас окружал лес, мы были надежно спрятаны от посторонних глаз, хоть и прятаться нам было не от кого. Я помню каждый день, мне казалось, что мы прожили вместе чуть более полугода, на самом деле наша удивительная жизнь в сказочном лесу продолжалась около трех лет. Каждый день для меня был праздником. Я столько получал от Артура, что часы проносились за миг. Тогда я впервые ощутил себя по-настоящему счастливым. Мы были братьями – две родные души в безграничной нереальности волшебного леса, который и в правду оказался сказочным. Он накрыл нас плащом счастья и лишил ощущения времени. Я полюбил этот лес, знал в нем каждое дерево, каждую травинку и вся эта благословенная природа отвечала нам тем же.
Мой храбрый рыцарь хотел успокоения и он получил его. Покой, окружавший нас теперь, был и в наших сердцах и душа радовалась близости и пониманию, возникшему между нами. Артур был мне братом, наставником, отцом и самое главное другом. Он научил меня не бояться и я чувствовал, как страх навсегда покидает мое тело, уступая место смелости и отваге. Он учил меня сражаться, наблюдать за противником, уметь побеждать. Я был счастлив! Я ощущал, как детство покидает меня, но я был рад, ибо на смену приходила отчаянная молодость, сопровождаемая буйством крови. Артур радовался, глядя на меня. Он говорил, что горд, ибо чувствовал, что я стал таким, лишь благодаря ему.
Мы пробыли вместе три года, ни разу не сказав друг другу резкого слова, ни разу на почувствовав усталости от живущего рядом. Эта удивительная жизнь в гроте была точно очищение, рождение заново. Она была необходима, чтобы возродилось желание жить, высоко подняв голову и крепко держа в руках меч.
День ото дня наша дружба крепла, мне казалось, я ощущал, как мы срастаемся и роднимся душами. Точно дерево в землю пускает корни, так и мы впустили друг друга в свои души. Артур, теперь спокойный и уверенный, как и прежде, в своих силах, казался мне скалой, которую невозможно ни обрушить, ни сломить, а я был, точно ручеек подле него.
И все же я часто вспоминал, как он нервно гладил меня по голове. Со временем эта нервозность прошла, уступив место уверенности в себе. Я полюбил его всей душой, готов был ради него на все. Во мне проснулось такое мягкое, удивительное чувство, что сопротивляться ему я не мог. Я думаю, что и мой рыцарь испытывал ко мне не менее нежные чувства. Он мог гордиться мной, я был поистине его дитя: не боящийся ничего, владеющий любым оружием и смело смотрящий вперед. Я совсем не чувствовал себя его оруженосцем, мы были словно два брата, два друга.
Одно меня немного задевало, что за три года он так и не узнал моего имени. Сначала от обиды мне хотелось плакать, затем я смирился, когда понял, что неважно какое у тебя имя. Оно может звучать по-разному,  душа – нет. То, что внутри сердца никак не изменится, как не назови человека. Для него я был «малыш».
День ото дня я чувствовал в себе пробуждающееся чувство безграничной любви и нескончаемую грусть. Оттого, что тогда я впервые задумался о том, как несовершенен наш мир. Вероятно, Боги ошиблись, создавая меня мужчиной - я чувствовал и любил, как женщина. Тогда я впервые понял, что у меня женская душа, но, увы, я был бессилен что-либо изменить и погрузился с головой в молчаливое обожание храброго рыцаря Артура.
Мы прожили в блаженстве три года. Такая жизнь была необходима, чтобы вновь появилось желание сражаться, заносить свой меч над врагом и побеждать. Я чувствовал, что скоро, очень скоро наша идиллия закончиться. Артур поговаривал о том, что как только он обучит меня еще нескольким приемам, тому, что мне необходимо знать и уметь, мы покинем нашу обитель. Я постепенно стал готовить себя к тому, что жизнь может измениться, но так хотелось задержать ускользающее мгновение покоя. Возвращение в реальность ускорил один день, который мне никогда не забыть.
Все три года нас кормил и поил лес. У нас всегда в изобилии была еда, мы никогда не думали о завтрашнем дне, знали, что лес не лишит нас своего покровительства. Артур очень любил орехи. Я знал все ближайшие орешники и с огромным удовольствием пополнял наши запасы, когда видел, что они близятся  к концу. В то утро я встал с первыми лучами солнца и решил отправиться  за орехами. Я отошел довольно далеко от нашего грота. Времени прошло не слишком много, хотя я никогда не умел  определять время точно.
Я уже собирался возвращаться, как вдруг мне показалось, что между деревьями мелькнула тень. Я оглянулся. Никого. Тишина. Но через мгновение мне опять показалось, что что-то мелькнуло справа от меня. Я резко обернулся и увидел человека в длинном плаще. Он, казалось, двигался по воздуху. Вначале я не поверил своим глазам, да, он передвигался по воздуху, то исчезая, то появляясь вновь. Это был мужчина. В полной тишине он скользил над землей. Я был восхищен и замер на месте. Я знал, что волшебники существуют, но никогда не встречался с ними. Слышал, что когда вблизи появляется великий маг, душа ощущает это и испытывает страх, так и моя душа в тот момент дрожала. Так я впервые ощутил дыхание Дракона. Это был Мерлин. Тогда я еще не знал об этом, мне хотелось разглядеть загадочного человека и я попытался его догнать, но это было невозможно. Он то исчезал, то появлялся далеко впереди. В этой гонке я чувствовал, что он меня куда-то ведет, но я не раздумывая, словно в оцепенении, следовал за ним. Наконец, он остановился, а я словно проснулся.
Оглядевшись, я понял, что мы недалеко от нашего жилища. Услышав шум, я выглянул из-за кустов и мое сердце в один миг наполнилось злостью. Я увидел, как храбрый рыцарь Артур сражается против четверых разбойников, а пятый, с дубиной, со всех сил обрушил ее на голову моего славного воина. Артур упал, точно подкошенный. И тут в моей душе забурлило, я разозлился и кинулся в бой. Мне пришлось вспомнить все, чему меня учил Артур и через секунду моя голова вновь была ясна и я готов был принять бой. Краем глаза я заметил, что загадочный человек, который оказался вполне реальным мужчиной, прислонившись к упавшему дереву, устроился наблюдать за моим боем. Удивительно, но разбойники, точно не видели его.
Итак, я собрался и ринулся в бой. Мой первый, самый трудный бой. Я старался делать все, как меня учил Артур. Я владел своими чувствами, я осознавал каждое свое движение, каждый удар меча. Я должен был победить, я обязан был отомстить за своего рыцаря. В тот момент мне казалось, что кто-то или что-то помогает мне, слишком легко я расправлялся со своими противниками. Меч, точно по маслу, входил в тела врагов, лишая их жизни. Я победил! Битва длилась несколько минут и всю жизнь, но я ее выиграл!
Теперь необходимо было подумать об Артуре. Мой храбрый рыцарь лежал на спине, раскинув руки и, устремив взгляд в небо, из раны на голове сочилась кровь. Мое сердце готово было разорваться на миллионы маленьких кусочков. Я был растерян и потрясен этим ужасным зрелищем. Отбросив в сторону меч, я опустился на колени. Мне показалось, что он не дышит. Оцепенение завладело моей душой. Меня хватило только на то, чтобы, сидя подле него, ронять слезы на землю. Это продолжалось несколько минут, пока моя душа не вздрогнула от страха. То же чувство, что и когда я увидел впервые незнакомца. Он подошел к нам и опустился на колени. Проведя рукой по лицу Артура, стал что-то тихо, почти беззвучно шептать. Не глядя на меня, почти приказал:
— Принеси воды.
Я будто не слышал его. Мысли так и роились в моей голове.
«А вдруг он не очнется? А вдруг он умер? Что делать мне тогда, зачем мне жизнь без моего храброго рыцаря?»
— Принеси воды, — услышал я, наконец.
Слезы лились, не переставая, но я нашел в себе силы подняться. Когда я вернулся, Артур уже пришел в себя. У меня точно гора свалилась с плеч и я вздохнул с облегчением. Наш гость смотрел на меня и улыбался.
Я много слышал о волшебнике Мерлине и о чувстве страха, которое он вызывал и которое я уже успел испытать. Говорили, что он был сыном Дьявола, и ему было многое подвластно в подлунном мире. Я никогда даже и не смел мечтать о том, чтобы, хоть украдкой, взглянуть на великого волшебника, но Господь не посвящает нас в свои планы и, хоть я никогда и не думал, что встречусь с Мерлином, я принял эту встречу как бесценный подарок Судьбы. Я даже и представить себе не мог, что великий маг изменит столь сильно мою жизнь.
Мерлин вел себя просто и свободно. Кажется, он с удовольствием согласился остаться и разделить с нами скромную трапезу. И теперь, сидя у костра, я рассматривал великого волшебника, который был немало удивлен, узнав, что я не рыцарь, а только лишь оруженосец, хоть и умею многое. Сначала украдкой, а потом, и не скрывая своего любопытства, я рассматривал его, пытаясь понять, что за человек великий Мерлин.
Я не мог определить его возраста, на мой взгляд, ему было за тридцать пять. Темные умные глаза выделялись на лице и так и манили заглянуть в черную устрашающую глубь. Временами мне казалось, что передо мной  сидит обычный человек, но стоило ему лишь украдкой взгляд в мою сторону и я понимал, что это далеко не обычный человек, и холодок предательски пробегал по спине, но я переводил взгляд на Артура и мое сердце снова начинало трепетать в груди, радуясь, что он жив и здоров. Мерлин буквально притягивал к себе мой взгляд и пока он был увлечен разговором с Артуром я все же попытался разглядеть его повнимательнее.
Голову его венчал необычный шлем, который совершенно точно повторял форму черепа. Это было необычайно странно, мне хотелось спросить его, зачем он носит столь странный шлем, но затем я вспомнил, что люди поговаривали, что он прячет ужасные шрамы, полученные в детстве. И посему я решил, что будет лучше не спрашивать его ни о чем, к тому же чувство страха было столь велико, что хотелось убежать, чтобы забыть о нем навсегда, но чем дольше я сидел рядом с ним, тем спутанней становились мои чувства и симпатия к Мерлину становилась сильнее.
Думая обо всем этом, я незаметно для себя стал прислушиваться о чем говорили они. Мерлин рассказывал о короле Артуре, о волшебном мече Экскалибуре – символе власти и справедливости. Он говорил нам о своей мечте – почти волшебном городе – Камелоте, о круглом столе, славных и храбрых рыцарях. Мы слушали заворожено, ловя на лету каждое его слово. Все это было так похоже на сказку, но она была столь красива, что невольно мы стали хотеть побывать в ней. В своих мечтах мы уже видели царственный Камелот, мечтали о королевстве с единым, сильным и мудрым правителем, хотели влиться в войско доблестного короля Артура. А меж тем, Мерлин, точно читая наши мысли, рассказывал о сражениях, о победах…
Я смотрел на Артура  и чувствовал, как сердце моего рыцаря переполняется желанием взять в руки меч, почувствовать его силу и снова ощутить власть, которую дает это совершенное оружие. Я видел, как загорелись глаза моего рыцаря. И хоть Мерлин и не уговаривал нас присоединиться к войску короля Артура, мы понимали, что оба ждали причины, чтобы покинуть нашу обитель, да и я знал, что это должно было произойти рано или поздно. Счастье не может длиться вечно…
На утро мы втроем покинули лес, приютивший нас на три коротких, словно миг, года. Я мысленно прощался с этим местом, но я был уверен, что обязательно вернусь.

to be continuid