Без названия

Это был маленький облезший котенок, из тех что рождаются на городской свалке. Каким образом он оказался в фешенебельном квартале Нью-Йорка, сказать тяжело, потому что его расползающиеся, едва научившиеся ходить лапы на такой подвиг вряд ли были способны.

Я не люблю котов. Вообще не люблю животных. Но в этот день было семь лет нашей свадьбы и я не мог отказать. Жена кормила его молоком и сосисками. Котенок оказался пушистым и ласковым. Я даже хотел изменить свое мнение, но выяснилось, что у него ужасный характер. Он обожал размазывать продукты по испанским обоям и персидским коврам, жевать обувь и царапать мебель. Про занавески из китайского шелка я не говорю.

Почему я молчал раньше? Вы не поверите, это произошло за один день. Котенок из смирного и пушистого клубочка превратился в маленького дьявола. Как будто подменили.

Отдать эту бестию кому-либо означало немедленно нажить нового врага. Участь подкидыша не была решена в первый же день, только потому что я не мог заставить себя пойти к заливу. Совесть не пускала. А может, судьба.

Неделя прошла в мучениях и опустошении банковского счета. В воскресенье я собирался лететь в Европу на переговоры. И когда утром я нашел обрывки билета в холодильнике, то окончательно рассвирепев, достал давно заготовленный мешок. Промучившись с полчаса, выцарапывая это счастье из-под дивана, я понял, что опоздаю на рейс, и решил отложить разборки до приезда. На рейс я опоздал.

А на следующий день я выкинул мешок в мусорный ящик.

И пошел в магазин за молоком. Потому что в вечернем выпуске новостей передали о крушении самолета британских авиалиний. Моего самолета.

Впрочем, молоко мы с женой выпили сами. Маленькое пушистое чудо исчезло из нашей жизни так же странно как и появилось. Мы искали, но я знал, что это бесполезно. И потом, нельзя быть эгоистом, у него не так много времени, чтобы сделать мир слепых и глухих немного лучше.