Вечное Невозвращение

Когда он пролетал мимо Будапешта в своей ракете серебряного цвета, в этой серебряной игле от шприца, двадцать кубиков, он понял, что никогда уже не сможет попасть домой, посмотреть в то квадратное, немытое окно.
А в это время огромная толпа проституток предлагала себя огромной толпе прохожих (или наоборот: огромная толпа прохожих предлагала себя огромной толпе проституток) на грязных улицах Будапешта. Некоторые отказывались, а некоторые нет.… Во всяком случае, жизнь в Будапеште продолжалась, а любовь кончалась, как красное вино во время праздничного застолья в честь столетия дедушки, и было во всём этом что-то красивое, что-то звало туда, наверное, любовь к чему-то, и эта любовь рвала изнутри, рвала, как паутину. Это что-то не было душой, это что-то было просто умирающим “Я”. Любовь стала пауком. Умирающее “Я” умирало.
Впрочем, зимой в Будапеште вместо снега выпадал кокаин, летом на деревьях росли вместо листьев доллары, осенью была космическая пустота, которая наполняла души людей, и все становились этакими психоделическими космонавтами, парили в пустоте, в чёрных дырах, так похожих на чёрные провалы ноздрей, весной из оттаявшего кокаина показывались контуры трупов людей и зверей, что говорило о некотором единстве человека с природой. Одним словом, в Будапеште бурлила жизнь, как вода в горном ущелье.
Он бросил последний взгляд на этот город псевдожизни, пытаясь в последний момент зацепиться за её углы, но промахнулся. Серебристая ракета, эта серебряная игла от шприца, двадцать кубиков, унесла его далеко-далеко от этого города. И врезался он в стеклянный горизонт, и разлетелся горизонт на многие осколки, звёзд стало ещё больше, ведь звёзды – это осколки горизонта. И умер он, так и не попав домой.
А в это время в Будапеште сверху падало что-то белое и тёплое, как будто кто-то очень большой и всемогущий выбивал из подушки-облака утиные перья. Но это были утиные перья (все пернатые, включая уток, находящиеся в окрестностях Будапешта, давно умерли от передозы). В Будапеште падал тёплый кокаин. Наступила зима.