Бомба

БОМБА
1.
- Ну ты, козел! – после короткой потери дара речи заорал Валерик. – Тебя ж вычислят, сволочь! Уроют, понял, ты, да?!
Трубка ответила короткими гудками – собеседник отсоединился.

- Бред, - забормотал Валерик. – Вот сука…
Виртуозно играя матерными словами, он набрал "02", свободной рукой подзывая секретаршу.

- Вызывай Борисыча… Пусть узнает, откуда был звонок только что, потом вниз спускается, там поговорим. Але, дежурный, мне тут позвонили, с понтом – бомбы в машины шефа заложили, ага. Проверить бы, начальник. Пишите адрес, - Валерик скороговоркой пробубнил свои координаты и, отключив трубу, помчался вниз. К своей ласточке – нежно серому "Мерседесу".
Уже подбегая к машине, он сообразил, что надо бы позвонить шефу. Тем более, гаденыш так и сказал, мол, передай своему гм… А стоит ли беспокоить его по пустякам? Вдруг крутой фонарь? А если - правда? Огребет тогда Валерик по первое число, что не сообщил. Непривычные к раздумьям мозги водителя заскрипели. Гуляя вокруг Мерседеса, он прикидывал и так, и этак. Если бомбу заложили под шефа, это ладно, Валерик тут не при чем. А вот если под Валерика? Тоже не ангел, всякое в жизни бывало. Этого босс не простит. А машину-то, машину-то жалко. Конечно, в случае чего хозяин новую купит. Но к этой-то привык – уже который год за рулем – зверь машина. Елы-палы, что же на Мерседесе-то заклинило? А остальные машины? У Вадимыча ж целый парк: и легковушки, и внедорожники, и грузовички…

Запищал сотовый.

- Да! – рявкнул Валерик. – Из автомата звонили? Точно? Ясно, Борисыч, тут такое дело, давайте все сюда. Отправь бригаду в гараж. Да, захватите свежезаряженный сотовый, может, Вадимычу звонить придется.

Анатолий Вадимович отдыхал за границей. Валерик точно не знал где. На морях. Большего знать не положено. Привез-увез. Дело маленькое. Но все же: звонить или не звонить.
Сомнения разрешила милиция. Молодой капитан, выпрыгнувший из обшарпанного УАЗика, подбежал к Валерику.

- Кто звонил?

- Я, звонил, начальник, - растягивая слова, проговорил Валерик. – Да я че: мне позвонили, сказали – бомба. Я вам позвонил. Вот и разбирайтесь.

- Разбираться потом будем, если взрывное устройство найдем, - усмехнулся капитан. – Заранее пургу не гони. Сейчас шутников развелось. Ладно, пока саперы едут, запишем по порядку. Когда звонил, кто разговаривал. Вы хозяин автомобиля? – уперся милиционер взглядом в Валерика.
Того от этого взгляда прошибло до самых пяток, хоть и не виноват, вроде бы, ни в чем.

- Не, я водила, - затараторил он. – Хозяин отдыхает.

- Та-ак. В известность поставили?

- Кого? – не понял Валерик.

- Хозяина машины, - разъяснил милиционер.

- Не, - протянул Валерик, - зачем беспокоить хорошего человека. Вдруг зазря?

- Зря не зря, сообщить надо обязательно. Сами позвоните или как?

- А насчет всех машин говорить?

- Как это – всех? – опешил милиционер.

- Так, тот козел сказал, что весь парк взорвет. А там машин десять наберется…

- Что ж молчал-то?

- Почему молчал? Я сказал: заложили бомбы в машины. Может, не расслышали.

Мент убежал к своей машине, забубнил что-то по рации. Нет, разговоры с ментами не для него, Валерик отер пот со лба. Вот Борисыч приедет, пусть и разбирается. Это его работа – на то и поставили руководить службой безопасности. А вот звонить хозяину придется. Валерик обреченно вздохнул, мысленно перекрестился и набрал номер сотового шефа.

2.
- Валера, а почему разговаривали с тобой?

- Да черт его знает, Анатолий Вадимыч, - отвечал вытянувшись в струнку, словно шеф мог его видеть, водитель. – Я трубку взял, мне и сказали.

- Валера, соберись с мыслями насколько можешь, вспомни до мелочей: как именно и что тебе говорили. Желательно слово в слово.

Валерик замялся.

- Ну…

- Валера, - Анатолий Вадимович говорил спокойно и терпеливо. – Мне важна любая деталь разговора.

- Сказали, мол, передай своему главному ублюдку, что все его машины заминированы. И та, что у банка, и те, что в гараже. Ничто не остается безнаказынным.

- Угу. И ты сразу решил, что главный ублюдок это я?

- Анатолий Вадимыч, - заскулил в трубку Валерик…

- Ладно-ладно, шучу. Это все?

- Все, Анатолий Вадимыч, как на духу.

- Ну, что ж, делайте все, что нужно, переговоры с милицией пусть ведет Семен Борисович. Предупреди моих, чтобы за руль не садились. Впрочем, я сам им позвоню. Или нет, пусть лучше Семен. Держи меня в курсе. Если что-то на самом деле серьезное, я приеду. А пока не вижу смысла. Все, Валера, работайте. А я здесь подумаю…

Валерик перевел дух. Ну, кажется, пронесло. Потом настороженно принюхался – нет, обошлось – на этот раз. Хозяин и не подумал, что он, Валерик, может быть замешан. Водитель повеселел и, увидев машину начальника службы безопасности, бодро поспешил навстречу.

3.
Это не конкуренты, они предупреждать бы не стали. Пустили бы на воздух – и все. У этого дурака Валерика память феноменальная. То, что он повторил слово в слово речь террориста, нет никаких сомнений. Но кто? Кто имеет все основания назвать могущественного Анатолия Вадимовича ублюдком? Наверняка что-то личное. Но что? Хотя, с другой стороны, если по личным обидам – откуда такой размах? Заминировать целый парк машин? Пусть небольшой, но вполне приличный. Пустая угроза? А если нет? Может, среди десятка автомобилей заминировано-то один-два? Но кому от этого легче? Жалко машины будет. С детства ж мечтал иметь не одну-две, а именно автопарк. Собственный. И когда появилась возможность, любовно собрал самые любимые модели. Кто-то решил ударить в самое больное место.

Анатолий Вадимович вышел на балкон и глянул вниз. Невидящими глазами смотрел он на кишащую автомобилями улицу и представлял банковское крыльцо, любимый "Мерседес". Милиция, саперы, суета. Валерик суматошно скачет, равнодушно-спокойно наблюдает за происходящим Семен Борисович. Опытный мужик. Головастый. Он обязательно распутает это дело. А его, Анатолия, дело – платить ему деньги за работу.

Анатолий Вадимович принял душ и лег спать. Но сон не шел к банкиру. Он ворочался, бегал то за водой, то в туалет. То казалось слишком жарко, то тянуло сквозняком. Так Анатолий мучился, пока не понял, что уснуть, пожалуй, не придется. Слишком давил вопрос: кто? И - почему?

Бутылка вина и ароматная сигарета – лучшая компания для размышлений, решил Анатолий. Расположившись в кресле-качалке на балконе, поставив на столик перед собой бокал, бутылку, пепельницу, он включил музыку и погрузился в раздумья-воспоминания. Вражины – кто? Конечно, конкуренты не в счет в данном случае, это точно. Но и кроме них есть, кому желать горя Анатолию Воблову. Однако одно дело желать. И совсем другое - собственноручно воплотить пожелания в его, Анатолия, жизни.

4.
Поздний зимний вечер. Пара рюмок бодрящего коньяку, не какого-то там Зеленопупинского разлива. Французского, настоящего, равно как и все остальное, к чему прикасался Анатолий Вадимович. Концерт Вивальди навевал романтические мысли. В салоне новой машины Толя размяк и расслабился. Ну, засмотрелся он на ту девочку: песцовая шубка сантиметров на двадцать выше колен, высокие сапоги, подчеркивающие длину и изумительную форму ног… И куда черт понес этого деда на ночь глядя?! Хмыря старого так отбросило бампером, что смысла не было проверять – сразу стало ясно, что не жилец. Можно сказать, помог дедку избавиться от бренной жизни. Да и с детей его, небось, лишнюю обузу сбросил. Так нет же, нашлись доброхоты, номер запомнили. От ментов тогда легко отбодался. Но родственнички… Будто с цепи сорвались: угрозы, шантаж, преследования… Только вот на такой шаг - взрывчатку в машины напихать – кишка тонка и деньжат маловато. Разве только – умельцы-рукоделы, сами сработали. Что ж, не будем вычеркивать из черного списка. Чего не бывает на свете.

Кого точно можно сбросить со счетов – друга детства. Умнющий мужик, зараза, а в жизни ни хрена не рубит. Анатолий прочно усвоил – где начинаются деньги, кончается дружба. И ведь предлагал, предлагал тогда на зарплате остаться. Нет, заладил, моя, мол, фирма, и все тут. Какая ж она, дружочек, твоя? Если по всем документам мне принадлежит? Ну и что, что у тебя другие документы? Против моих-то не попрешь – у меня подлинные в отличие от твоих. Твои мне такие мастера делали – не подкопаешься. С первого взгляда. По твоим бумагам – точно, твоя фирма, тобой основанная, твоими мозгами взращенная и раскрученная. Но что тебе сказали, когда ты хотел деньги со счета снять? Правильно - что компания принадлежит другому человеку, Анатолию Вадимовичу Воблову. Умный человек как бы поступил? Разобрался бы по-тихому, с умом бы к делу подошел. А ты на скандал нарвался. Хорошо еще, что в Швейцарии. Сидел бы сейчас не в буржуйской тюрьме, а на русской зоне.

Ну, неважно – где, главное, не мог он из камеры до меня дотянуться. Отметаем. Напрочь.

Ну, Светка – слабый претендент. Хотя, черт их – баб – знает. Вот ведь угораздило. И влюбилась-то по-честному, без дураков. Не за деньги, не за должность. И чего не хватало? Ничего не жалел для идиотки. На первые два аборта согласилась безропотно. А в третий раз категорически, со всей бабьей дурью – нет, и все тут. Хоть тресни. Уговаривал по-хорошему, Света, ни к чему такая обуза ни тебе – молодой, красивой, умной. Ни мне. Своих детей двое, на хрена нахлебник на стороне? Светка-то не из таких, не стала бы ничего требовать, сама бы подняла, на ноги поставила. Но когда ребеночек вырастет? Где гарантия, что не пожелает оттяпать у законных наследников кусочек? Не для того деньги зарабатывались, чтобы по байстрюкам разошлись. Хотя, что Светке обижаться? Выскоблили по высшему классу. Не в где-то в задрипанной поликлинике, в первоклассной больнице, под полным наркозом. Как дома уснула после укольчика, так наутро и проснулась – уже чистенькая, выпотрошенная. Ни страха, ни боли… Зато теперь в порядке – не бросил же просто так, на произвол судьбы, так сказать. Учеба в Сорбонне чего-то да стоит. Нет, Светка не могла – ей сейчас такая карьера светит. И ради не родившегося ублюдка ее портить? Сомнительно.

А вот этот мог. Мог. Надо позвонить Борисычу, как сразу не подумал? Пусть прощупает как следует, по полной программе. Вот дернул же черт! Пьянка мозги мутит основательно. Но и тот гусь тоже хорошо. Нашел время, когда сунуться со своим кредитом. Да и вообще, не можешь погасить кредит – не бери. Кто заставлял-то? И ведь разыскал же на даче! Приперся уговаривать: пожалей-де, дети, мол, малые, отсрочку дай, знаю – ты можешь. Ну, тут обстановка сыграла свою роль. Водки – море, девки пьяные хохочут. Тьфу, в трезвом виде ни за что бы не подписался. А тогда, только предложил, Семов, не долго думая, подставил задницу. Вот, видать, приперло мужика. Нет, не понимаю я гомосексуалистов. Что за удовольствие? Мужик мужика в задницу трахает. Правда, народ остался доволен спектаклем. Зато я потом полгода бегал, анализы на СПИД сдавал. Бог миловал. Но отмывался месяца два, все казалось, что грязный. Разозлился тогда – жуть. Отсрочку за отсрачку. Ага, сейчас… Столько нервов ушло, так еще и деньги теряй через чью-то жопу? Да, Семов может, ему же за долги пришлось и квартиру отдать, причем, не только свою, и дачу… Вот он – кандидат номер один.

- Алло, Борисыч? Ну, как там? Пока не ясно? Долго возятся защитнички. Моим звонил? Охрану – это хорошо. А то я переживал, что кто-то за рулем будет, и рванет. Слушай, мне тут стукнуло: проверь мужичка. Да, по этому делу. Семов… Да что я… у меня дома в бюро в нижнем ящике справа папочки лежат. Там есть его досье, он кредит брал. Ага, поспрашивай, может, что-то и прояснится. Да, и помнишь ту историю со стариком? Да, прошлой зимой. Тоже проверь. На всякий случай. Все, отбой. В случае чего – сразу мне звони.
Ох, сколько же по жизни врагов у человека! Ну, понимаю, когда битва за металл. Но не надо путь свои личные интересы и мои. Каждый блюдет как может. Я – хорошо могу. Вы – не можете, учитесь, или не рыпайтесь. А то вон Викочка – дурочка – с большого ума нажаловалась брату своему. И кому хуже сделала? Детство какое-то, в самом деле. Работать хотела? Хотела. Работу дал? Дал? Так надо исполнять свои обязанности! Не предусмотрены штатным расписанием? Так и ситуация нештатная! Честь она, видите ли, отрастила – помочь шефу расслабиться после трудового дня мешает. Да и дело не в девке, Господи, доллар за пучок – делай, что хочешь. Тут вопрос принципа. Сегодня отказалась выполнять эту работу, завтра откажется другую, а послезавтра конкурентам сдаст. Да и какая в том работа – сплошное удовольствие, причем за ту же зарплату.

Строптивых учить надо. Неповиновение старшим – страшный грех. И ведь сучка – слезы не проронила, когда распнули на столе и всей командой охранники поимели. Спокойно потом оделась и ушла. Даже "до свидания" сказала. Только вот мальчишек своих поставила зря. Тоже на дачу оравой приехали – возмещения морального ущерба требовать. Еще можно было бы разрешить  ситуацию миром, если бы сама пришла, в крайнем случае, прислала бы одного брата, мол, так и так, заплатить за обиду надо. Какой разговор – не поскупился бы, и в самом деле зря тогда из себя вышел. Как нашло что-то. Надо было просто выгнать – и весь разговор. Да так Викочка смотрела презрительно и отвечала брезгливо, не сдержался. Наверное, Викочка потом долго брата и его в больнице навещала – охрана хорошо поставлена, бойцы классные, зарплата высокая. Дотронуться до меня никому не дадут, не то что – избить щенкам каким-то. Кстати, о щенках… Вполне возможно, что они могли такую штуку провернуть. Брат-то у Викочки в Афгане служил, мог и притащить оттуда гадость взрывоопасную. Вот работы-то Борисычу привалило. Ничего, пусть побегает, мозгами пошевелит, давно таких ситуаций не было. А то жирком оброс, к спокойной жизни привык. Пришел на работу – стройный, мускулистый, подтянутый. А в последнее время форму-то потерял, потерял Борисыч. Надо восстанавливать. Приказом провести что ли? Начальник службы безопасности обязан проводить учения и сам участвовать в них наряду с вверенным ему составом. Формулировка – не главное.

Вот и еще вражёнков вспомнил. Если в памяти покопаться, претендентов на роль террористов – вагон и маленькая тележка. А кому легко? Жизнь заставляет по головам идти. Не ты по чьей-то, так по твоей пройдутся, даже ноги предварительно вытереть не удосужатся.

А может, и впрямь зарвался? Не пора ли, как Толстому, грехи замаливать? Может, деньги на храм пожертвовать? Какой-нибудь детский дом осчастливить? Сиротский приют имени А.В. Воблова. Звучит. Или ночлежку? Пусть нищие и убогие свой кусок имеют. Маленький, но с тонким слоем маслом. Можно основать ассоциацию какую-нибудь: типа, помощи пострадавшим от маразма последнего Генерального секретаря ЦК КПСС. Придумать что-то всегда можно. Рты заткнуть злопыхателям.
Вина в бутылке осталось на два пальца. Когда успел? Эх, смотаться во Францию, навестить Светку? Пусть не обижается, в самом деле! Ну, погорячился. С кем не бывает. Перед Викочкой повиниться, искупить как-нибудь глупость свою. Старику тому памятник отгрохать. Семовских детей за границу учиться отправить. Друга из тюрьмы вызволить – хоть швейцарская, а все ж зона. Одноклассников собрать летом – вот было бы забавно. У кого денег нет – оплатить проезд и проживание. Пусть год пройдет под девизом: благотворительность – в массы. А в отпуск – с женой и детьми. Где тепло, море плещется… Анатолий блаженно прикрыл глаза.

5.
- Да! – вырвал из сладких грез телефонный звонок. – Как ничего? Ни в одной машине? Что?! Совершенно чисто? Уверены? Ну, слава Богу. Что? Валерик морду набил, а тот отомстить решил? Так это из-за Валерика я ночь не спал? Ничего себе, шуточки! Валерику хотел гадость сделать, а я отдувайся?! В больницу его, гада, надолго! Хотя… Нет, Борисыч, переиграем. Ты мне этого паренька пригласи на… на пятницу. Да, прилечу к тому времени. Возьми у него телефон, время потом уточним. А Валерика – на улицу без выходного пособия. Другим наука будет. Шоферов сейчас навалом безработных. Мать больная?! Это голова у него больная! Все! Я своих решений не меняю.

Воблов резко схлопнул трубку сотового. Из-за какой -то швали мозги набекрень. Господи, а дрянь-то какая в голову лезет на ночь глядя. Нервишки подлечить надо. А то по малейшему поводу в себе сомневаться начинаю. Таких как я не трогают. До меня еще подняться надо.

Благотворительность – в массы… Надо же, не лучше чем: "коммунизм – неистребимое учение Христа", как недавно на площади коммунисты выступали.

Но ты смотри, как парень просчитал ситуацию! Не Валерику угрожал, а мне – начальству обидчика. И сам же потом открылся. Вычислил, что Валерику не поздоровится. Меня совсем не знает, а сыграл так, чтобы я Валерика вышиб. Хм, заставил меня! поступить как он! счел нужным. Интересный экземпляр. Такие люди нам нужны. Поглядим, что из себя этот мститель представляет. Может, и пристрою возле…

Воблов с хрустом потянулся. Значит, все в порядке. Мы, как и должно, на вершине холма. Выспаться – и со свежей головой за работу, за работу.

Через десять минут Анатолий Вадимович спал сном младенца. Он счастливо улыбался, чуть подергивал пальцами, словно во сне играл на фортепиано.

Темная фигура, возникшая в балконном проеме не побеспокоила спящего. Тень неясных очертаний - мужчина ли, женщина - неслышно подошла к Воблову и без колебания всадила ему в горло нож.