Атомный кот

Атомный кот.
Заметки безработного



Страсти по Минатому России кипят, как в перегретом котле. Кипят настолько бурно, что неизвестно, сколько просидит в своем кресле новый Министр по атомной энергии, человек из Курчатника. Все, что связано с атомом, его энергией, вдруг озаботило и правых, и левых, и мелких подьячих, и крупных олигархов. Все хотят присосаться к «немеряным»  деньгам этого монстра индустрии. Но даже если деньги и не пахнут, в радиоактивное дерьмо вляпаться могут все желающие откусить от атомного пирога, хотя бы с краю.

Несколько лет подряд в «Независимой» печаталась Катюша КАЦ, которая и так и эдак склоняла Минатом и его Министра Адамова. В конце концов Евгения Олеговича сняли, несмотря на то, что он пересидел четырех премьеров. А ведь Адамов был во многом прав. Прав он и в своих технических идеях, в том числе и по реакторам естественной безопасности, прав и в том, что при нем и оружейная и мирная части атомной промышленности тикали со 100-процентной загрузкой. Его трудами на 6 лет вперед загружены Ижорские заводы. На 8 лет вперед загружена «Электросила». Лет на 15 имеют портфель заказов северный завод «Звездочка», дальневосточный завод «Звезда», уральский «Маяк», подмосковная Электросталь. Трудятся десятки НИИ в Поволжье, Москве, областях Черноземья. Заработали Ростовская АЭС, Армянская АЭС, станции в Болгарии, Чехии, Словакии, Украине, Финляндии. Строятся наши АЭС в Китае, Индии, Иране. Мы ни в чем не уступили под сильнейшим давлением американцев, продолжили разрабатывать новые технологии ядерной энергетики, в том числе вместе с американцами и японцами.
Что будет в дальнейшем, нам, безработным, неизвестно, но, как любой из армии вынужденных бездельников, я готов в любой момент вступить в ряды синих и белых воротничков, снующих в этом сказочном мире технологий, опередивших весь остальной мир на десятки, а то и сотни лет. Жаль только, лобиком не вышел, не берут с улицы никого.
Но как у любого безработного, занимающегося поисками работы, было время. Решил выяснить, а не права ли Катя КАЦ. Вдруг она и вправду разобралась в вопросе, и пишет с человеческой точки зрения, не пытаясь напугать население, а просто предупреждает его об опасности.
Как водится, начал с учебника физики для школы, хотя база у меня солидная, все-таки высшее университетское техническое образование. Закрыв последнюю страничку раздела ядерной физики, понял, что в печати дают совсем не то, чему учат в школе. Нужно идти дальше, и у меня появилась книжка французского атомного популяризатора.
После детального изучения этой вещицы мне стало ясно, что нас всех по вполне понятным экономическим причинам водят за нос, пытаясь нашими голосами и руками отобрать деньги, которые честно зарабатываю атомные электростанции и другие сложные энергетические установки. А «бедный Чубайс» должен атомщикам больше 15 миллиардов рублей. И, самое интересное, не собирается их отдавать. Он повышает цену на электроэнергию, сдирая с нас в три раза больше, чем стоит электричество АЭС. И это при его собственной зарплате в десятки раз выше, чем у самого секретного министра – атомного, который пешком ходит на переговоры с иностранцами (сам видел, и не раз).
Пока не ясно, почему атомщики молчат. Скорее всего, команды нет, а они люди дисциплинированные, закалка еще с бериевских времён. Вот и молчат.
А ведь вопрос проще пареной репы. Чтобы проверить всех, кто пытается нам что-то растолковать об атомной энергетике, в том числе и в этих строках, прошу перечитать хотя бы школьный учебник.
Хотел бы обратить внимание всех на необходимость соблюдать правила русского языка. Когда речь идет об атомных делах, нельзя пытаться подменять для красоты речи одно слово, термин, другим.  Ибо русский язык в ядерной физике настолько однозначен, что замена одного слова на вроде бы синоним, приводит к диаметрально противоположному и, самое страшное, произвольному толкованию законов физики. А это не допустимо, так можно поменять причину со следствием, вора назвать милиционером, благородного Дона Кихота сделать Паниковским.
Для абсолютного большинства населения России понятна разница между долларом и рублем, но совершенно неясно отличие отработавшего ядерного топлива  от радиоактивных отходов. Поди разберись в этом, если ты не специалист, а популярная ведущая, не отходя от академика, который только что разъяснил разницу, снова называет отработавшее топливо отходами. А ведь между этими двумя словами (отработавшее топливо и отходы) разница такая же, как между долларом и рублем.
Попробую пояснить на бытовом языке. Отработавшее топливо называется так потому, что в нем снизилось содержание радиоактивного урана с 7 до 3-4 процентов от всего веса тепловыделяющего элемента (коротко называемого ТВЭЛом). Его можно использовать и дальше, но при этом никто не может гарантировать безопасность реактора.
Заложенный при производстве ТВЭЛа радиоактивный изотоп уран, из которого делали первые бомбы при концентрации более 90 процентов, просто выгорел и превратился в другой элемент таблицы Менделеева. Но в ТВЭЛе еще осталось изрядное количество вполне пригодного для дальнейшего использования радиоактивного и очень много нерадиоактивного урана.
Его можно и нужно извлечь, ведь один килограмм единиц работы разделения (ЕРР) урана стоит около 30 долларов. Вы скажете, фу какая дешевка. Здесь-то нас и ловят специалисты пропаганды первый раз. Все дело в том, что 1 кг ЕРР - это всего-навсего 70 граммов  атомов радиоактивного урана в килограмме полуфабриката ядерного топлива. И все остальное – выдумки неграмотных или слишком грамотных журналистов.
Атомщики ясно и четко представляют себе стоимость урана и никогда не скажут ерунды. И если один ТВЭЛ весит примерно полторы тонны, посчитайте сами, сколько стоит уран в нем. Посчитали? Да, примерно полмиллиона долларов. И если нам привезли на переработки около 150 тонн ТВЭЛов, это значит, что нам отдали 50 млн. долларов, а ведь это только часть из средней загрузки одного реактора весом до полутора тысяч тонн. Переработка одного килограмма массы облученного топлива стоит около 800 долларов на мировом рынке. Это означает, что если Россия будет перерабатывать, как Франция и Англия, отработавшее топливо хотя бы только своих АЭС, она заработает примерно 120 млрд. долларов ежегодно в течение 30 лет.
Разве не стоят такие деньги драки  за пост Министра? Или сколько можно заплатить «экологам», чтобы отобрать у России этот рынок? Да за такие суммы нам повесят на уши не только лапшу, но и все что хотите! А сколько бус раздадут «зеленым» папуасам, и представить трудно.
Технологии извлечения урана из ТВЭЛов самые разные. Однако, поскольку ТВЕЛ участвовал в цепной реакции, радиоактивность в нем так просто не выключится. Нужно, чтобы высокоактивные осколки ядер развалились на низкоактивные вещества и тогда, через 10-15 лет после выемки ТВЭЛа из реактора, его содержимое можно переработать.
После многолетней выдержки стержень ТВЭЛа растворяют в кислоте, полезный уран с помощью другого химического элемента осаждают из раствора в осадок. Затем несложными химическими реакциями разделяют уран и осаждающий химикат, дальше отделяют радиоактивный изотоп от остального урана. Ядерное топливо готово к повторному применению.
Да, при этом процессе образуется небольшое количество отходов, но они отходы только потому, что пока не всем осколкам и веществам нашли им полезное применение. Правда, во всем процессе есть маленькая деталь. В любом ядерном реакторе есть тепловые, быстрые и запаздывающие нейтроны – основные инициаторы цепной реакции. Так вот, быстрые нейтроны превращают один из изотопов урана в плутоний. Тот самый плутоний, из которого в принципе и делают сейчас атомные бомбы. Правда и такое ядерное оружие сейчас уже не нужно военным, они все норовят использовать более эффективное термоядерное. Но ведь запалом  термоядерной реакции как раз и служит плутониевая бомба.
Так вот, плутоний, который нарабатывается в любом реакторе, и вызывает бешеную ярость у «яблочников» и других радетелей за  чистоту природы. Его можно выделить, но для этого нужны технологии уже третьего поколения. Япония уже накопила более 4 тонн плутония. Но ее население почти не протестует. Все дело в том, что это энергетический плутоний, и из него невозможно делать бомбу. Это так же, как из энергетического угля нельзя сделать кокс. А наши политики и экологи делают вид, что не понимают разницы.
Ну и как, есть разница между отработавшим топливом и радиоактивными отходами? И разве можно быть таким безграмотным, чтобы путать эти два термина. По-моему, нет. Для тех, кто путает, нужно быть очень и очень ангажированным,  или депутатом Госдумы.
Возвращаясь к вопросу о нарабатываемом плутонии, хотелось бы для начала сказать, что этот элемент в природе вообще-то отсутствует. Развалился по причине своего короткого периода полураспада. Есть плутоний только искусственный, сделанный руками человека. Если уран заставить долго работать в реакторе на быстрых нейтронах, то в конце концов он превратится в плутоний, выделив при этом огромное количество энергии.  Вообще-то ядерные энергетические установки готовы работать и на плутонии. И можно перейти с сегодняшнего уранового цикла на плутониевый. Тогда искусственный плутоний будет превращаться в другой энергетический элемент – торий, отдав при этом не меньшую тепловую энергию, чем уран. Дальше нужно будет переходить на ториевый цикл реакторов, которые выдадут фосфор. А что делать с фосфором, мы знаем, поскольку удобряем поля этим элементом.
На все эти циклы потребуется около семи тысяч лет, если больше не добывать урана и каждые 50 лет удваивать потребляемую тепловую и электрическую мощность.
Не все знают, наверное, что нефти на Земле осталось лет на 50, газа – на 60 лет, угля на 100 лет, а урана – на 40 лет. Поэтому те ядерные технологии, которые в России уже разработаны, через 20-30 лет станут настолько актуальны, что за этими технологиями будут охотиться почище, чем за секретом ядерного оружия в конце сороковых. Учитывайте, что урана не прибывает, а только убывает из-за самопроизвольного распада. Так давайте оставим российским детишкам на молочишко в уже недалеком будущем. Давайте не будем хоронить глубоко под землю  отработавшее топливо, как это делают американцы и к чему призывает «Яблоко»!  Дадим нашим атомщикам возможность развернуть сеть энергетических установок на быстрых реакторах, которые обеспечат плавный переход АЭС на плутониевый цикл. Заменим драгоценное нефтегазовое сырье на более дешевую и менее грязную атомную энергию.
Неплохо было бы заняться и радиоактивными отходами – бесценным сырьем, не хуже нефти, газа и угля. Только вот реализовать всю ценность радиоактивных отходов могут лишь сверхдержавы, которые обладают технологиями производства самого передового ядерного оружия.
Например, америций. Практически во всех жидких отходах от атомных подводных лодок имеется этот удивительный радиоактивный элемент, который излучает альфа-частицы. А ведь именно америций, которым покрывают как краской корпуса маломощных транзисторов, дает обычным серийным изделиям  возможность переключать такую силу тока, что их впору ставить на электродвигатели сверхтяжелых локомотивов. И таких чудес в отходах столько, что потребуется не один год, чтобы рассказать. В большинстве случаев наука пока не умеет, или не хочет создать дешевые технологии выделения радиоактивных элементов из отходов. Проще сделать элементы таблицы Менделеева радиоактивными, чем выделить их из того клубка, который идет в отходы.
Кстати, где-то здесь «зарыта собака», о которой ученые почему-то не хотят говорить. Почему одни элементы таблицы Менделеева  радиоактивны, другие – нет? Почему все известные элементы состоят из практически одинаковых составных частей, но чем больше атомная масса, тем короче их жизнь в нашем времени?
 Почему нельзя из нейтронов, протонов и электронов слепить любое вещество, каким законом  ограничивается их число в составе одного атома?
Почему, когда речь идет об обычных веществах, ученые нам рассказали достаточно простым языком, как они устроены.
Ядро атома состоит их нейтронов и протонов, оболочка – из электронов. Деление ядер дает тепловую энергию в результате преодоления одного вида одного вида взаимодействия, синтез ядер дает тепловую энергия за счет преодоления сил другого взаимодействия. Солнце – термоядерный реактор, где  легкие ядра водорода превращаются в более тяжелые ядра, и в конце концов наша звезда может превратиться в кусок железа. А почему не в кусок урана, и снова начнется реакция деления ядер на более легкие? И такой колебательный процесс мог бы длится не несколько миллиардов лет, а бесконечно.
Почему как только речь заходит о строении нейтронов, протонов и электронов, речь ученых из обычного спектра слов уходит в такие заумные наборы терминов, что через секунду становится непонятно, о чем, собственно, идет разговор.
Понятна теория квантово-волнового характера фотонов, да и других элементов микромира. Непонятно другое. Почему при всеобщем квантовом характере составляющих элементов нашего мира Время при этом не имеет квантового характера? Ведь, по словам тех же ученых, Время – такая материальная субстанция нашей Вселенной, а не условность, рожденная нашим мозгом.
 Наверное, не потому, что этого нет, а из-за того, что об этом страшно подумать. Представьте, что все мы, которые состоят из атомов, существуем не непрерывно, а, так сказать, квантованно во Времени. То есть, в один маленький период мы есть, а в следующий момент – нет. Затем снова проявляемся в пространстве в том же составе атомов. А может все-таки не в том же? 
Признание непрерывности пространства-времени, как аксиомы, позволяет нашим ученым-физикам не обращать внимания на причины возникновения разума, формы его существования и взаимодействия с пространством. Существует разум, ну и пусть себе существует, он не мешает им играться в научные открытия за счет денег налогоплательщика или спонсоров.
 А вот осмыслить все, что парадоксального стало известно науке за последние 50 лет, выработать единый подход к фактам, как это сделали Эйнштейн, Резерфорд и Бор  на границе 19 и 20 веков, ученым-современникам или слабо, или страшно. Но это уже нужно. Нужно, чтобы каждая домохозяйка понимала, как мы живем в этом мире. Нужно популярное изложение современных теорий строения нашего мира.
Атомный котел начинает кипеть с такой скоростью, с таким напряжением и давлением, что в него полезли все, кому не лень. Я – не исключение.  Это наверняка нельзя, но очень хочется…. А дальше вы все знаете продолжение фразы.
Но все дело, наверное, в том, что когда какой-нибудь процесс запущен и развивается, он начинает влиять на людей, в нем участвующих. Например, запущенный Интернет вынуждает его корреспондентов отдавать ему все свободное время. И очень трудно остановиться. Кроме того, человеку хочется постоянно улучшать свою технику, хотя для большинства из нас хватило и допотопного 286 процессора, а не полуторагигагерцового монстра. Точно так же и атомный котел толкает нас куда-то, причем он движется сам по себе, как кошка, которая гуляет сама. Правда, в нашем случае это скорее не кошка, а мартовский КОТ. Атомный КОТ. 

Когда журналист пишет что-то критическое в нашей стране, ему нужно быть предельно осторожным. И дело не в том, что наш народ доверяет газетам, а в том, что неосторожно можно срубить дерево, на котором сам сидишь, да еще своих детей и внуков посадишь потом. Сначала разберись, а уж потом руби.
Такова «селява».