Смерть Дома 2 продолжение, покороче и посмешнее

Я посвящаю эту повесть
моей девушке – самой большой ценности,
что есть у меня в этом Доме.
_________________________________________________


- А это пусть он сам тебе объяснит, - улыбнулся мне Манга, - а пока я хочу попросить, чтобы ты приютил Боле у себя. Он хороший парень и раньше вы были с ним очень дружны, и я думаю, что он не будет для тебя обузой хотя бы в течение пяти дней.
- Ну, если он будет веселиться более умеренно, то я даже буду ему рад. Знаете, Манга, вы все такие серьезные ребята, что я после общения с вами сам становлюсь по неволе серьезным занудой.
Ничего подобного! - фыркнул Мангуэль, - Это вы больно веселые, а с нами все порядке.
Он обернулся к пробегавшему мимо Боле и крикнул:
- Эй, уймись наконец! Мне еще предстоит спасать твою жизнь, а ты носишься тут как взбесившийся динозавр и крушишь все вокруг. Скоро не тебя надо будет спасать, а окружающих от тебя!
- Как это - спасать мою жизнь? Снова? – Боле резко затормозил и уткнулся носом в песок, от чего на моем пляже появилась новая ямка. Можно было подумать, что спасение его жизни -  надоевшая повседневность, от которой он так устал, что ему уже были просто ненавистны всяческие попытки его спасти, - Разве Кен еще не спас меня?
 - Не до конца. Тебе еще предстоит заполучить в свою голову один инородный предмет путем трепанации твоей головы. Не волнуйся, теперь в твоей голове появится хоть что-то кроме пустоты, - похоже, в присутствии Боле настроение поднималось не только у меня.
- А может не надо? – Боле скорчил испуганную рожу.
- Надо, очень надо, - вздохнув, ответил ему Манга, - Хотя поверь мне, я очень не хочу копаться в твоих мозгах. Ладно, Кен, я не привык откладывать все на потом, и мы, пожалуй, уже пойдем. Я верну тебе это чудо через несколько дней.

Манга взял Боле за рукав его черного плаща, всего мокрого и с солидным слоем пека, и они растворились в воздухе. При этом я успел увидеть как улыбка Боле вдруг сменилась гримасой сильной боли. Кажется, я начинал понимать, зачем была нужна эта таинственная штуковина в моей голове, название которой я так и не знал. Она спасала от адской боли, которая сопровождала таинственные перемещения из Дома в Дом.


Боле появился на пороге моего дома через два дня. Он радостно улыбался, словно у этого парня никогда и не бывало дурного настроения. Зато таковое имелось у меня, так как весь вечер я бродил по Янтари в компании дурных предчувствий. Под конец я попытался утешить себя тем, что по правилам этой новой для меня игры плохих ребят тут нет и, стало быть, опасаться мне нечего. Тем не менее предчувствия не только не оставили меня, но еще и усилились. К тому моменту, как я увидел Боле, они были готовы превратиться в паранойю. Последние сомнения меня оставили, когда я увидел в его руках книжку.

- Ну что, ты готов потрудиться? – усмехнулся мой друг, с точностью до третьего знака определив состояние моей души, - Я тут тебе книжечку принес…
- Слушай, а нельзя как-нибудь увильнуть от очередного рутинного приключения?
- Что, старина, доконали тебя эти приключения? Хорошо понимаю тебя! Только вот один нам с тобой хорошо знакомый господин предоставил мне возможность получить неописуемое удовольствие от издевательств над тобой и напомнить, что ты у него в неоплатном долгу. А так же сообщить, что мы с тобой вляпались в очередную переделку, которая может затянуться очень на долго. Поэтому прежде, чем мы с тобой возьмем две огромных ложки и начнем это все расхлебывать, он просил порекомендовать тебе вписать в свою книжку фразу вроде “Когда Кен покидает этот мир, то время в нем останавливается”. Он, видите ли думает, что нам так понравится эта славная похлебка, что кушать ее мы будем очень долго.
- Ладно, сейчас впишу, - натянуто улыбнулся я в ответ Боле, - Вот уж не думал, что Манга сделает этот мир столь несовершенным, записав в него понятие времени.
- Не знаю, что ты там думаешь о несовершенстве времени и твоего Дома, но вообще говоря время на равнее с пространством было придумано именно тобой. И мне эти две штуковины очень нравятся.

В ответ я пожал плечами и решил отложить мысли о своих древних глупостях на потом, потому что столь философские размышления, а мои глупости – это самый настоящий подраздел философии, сейчас были совершенно не к месту. Я прошел в комнату, отыскал свою книгу и поспешно вписал в нее рекомендованную фразу. Это было мое первое исправление, которое я внес в окружающую до сих пор меня идиллию.

- Ну и что нам предстоит на сей раз? – задал я вопрос Боле, который в ожидании меня созерцал черное небо, усыпанное звездами.
- А я и сам толком еще не знаю!
- Ну, вы как всегда в своем репертуаре: пойди туда, не знаю куда, сделай то… Мне так не нравится! – я приложил все усилия, чтобы сказать это тоном маленькой капризной девочки и нацепил при этом самую обиженную рожу, которая имелась у меня в запасе.
- Ну не плачь, солнышко. Больно не будет, - судя по реакции Боле у меня получилось неплохо, - Давай ручку, укольчик сделаю.
Боле протянул мне книжку в зеленой обложке, где красовались два золотых слова “Веселый Дом”, подвинул мое кресло и нагло в него уселся. Если судить по выражению на его лице, то он знал чем рисковал. Я хмыкнул и раскрыл книгу на первой попавшейся странице. Насколько я уже понял, с какого места начинать читать было не принципиально. Тем лучше, потому что начинать читать с самого начала чужую писанину мне всегда было тяжело. Большинство людей, как мне известно, из любопытства заглядывают в конец книги чтобы узнать чем все закончится, а я вот люблю читать с произвольного места. Так интереснее. Поразмышляв еще немного над этим, я сел на ступеньку и принялся читать.

“- Доктор Никс, нам привезли новенького! – очаровательная медсестра разглядывала меня совершенно не стесняясь собственного нахальства.
- Уже иду! – отозвался топающий в нашем направлении маленький толстячок в белом халате.
Я его тут же прозвал Колобком, поскольку серьезное имя Никс ему никак не шло.
- Так, посмотрим что у нас тут. Какие симптомы? Не буйный? – спросил Колобок медсестру.
- Да что вы, доктор, конечно не буйный, - в этот момент я чуть не умер от радости – только смирительной рубашки мне сейчас не хватало! – А случай обычный. Помешательство, думает, что ничего этого нет и это плод его воображения.
- А то как же! – отозвался я, – Это не меня, а вас лечить надо. Какого черта вы меня сюда притащили?
В ответ эти гады только заржали. Вообще, лучше я бы этого не говорил. Вернее я сам бы помалкивал, но, кажется, книга уже начала овладевать мною и теперь требовалось время чтобы разобраться что к чему и почему. С трудом справившись с приступом смеха, эти двое, наконец, соизволили обратить свое внимание на мою скромную персону и Колобок тут же принялся вершить мою судьбу:
- Ладно, поселите его, а затем ведите к остальным… коллегам, - махнул он рукой в направлении одной из дверей белого коридора больницы криво усмехаясь, - Я с ним позже побеседую. Что-то много в последнее время стало появляться таких больных…
“Катился бы ты подальше, Колобок” – подумал я уже шагая вдоль белых дверей и зарешеченных окон, - “И без твоих бесед тошно”. В этом месте неприятно пахло лекарствами. Такой характерный запах для любого лечебного заведения, от которого меня просто бросает в дрожь.
Путешествие по Веселому дому оказалось довольно длительным и утомило меня. В конце концов, меня разместили в моем персональном гостиничном номере - это потому что долго задерживаться тут я не собирался, а через двадцать минут повели на обед. Психи тут были самые здоровые в мире. Они бодро хлебали суп и весело переговаривались. К концу обеда у меня завелось несколько новых приятелей и я, не теряя времени, сразу же им предложил побег. В ответ на мое предложение они весело заржали и сообщили мне, что убежать отсюда нельзя.

- Как это нельзя? Из тюрем бегают, а из больницы не убежать! – и для пущей убедительности я добавил: - Да у меня приятель из тюрьмы бегал по три раза на неделе, да еще и вернуться под утро до обхода охранников успевал!
- А что это такое - тюрьма? - хором спросили меня мои новые приятели, проигнорировав мой рассказ о приятеле со странностями. Только сейчас я сообразил что отмочил: ну какой человек в здравом уме вернется в тюрьму?
- Ну, это такое малосимпатичное место, где содержат плохих ребят, - ответил я им. По всей видимости, это объяснение их удовлетворило.
- Тогда давай сбежим! – обрадовался один из них.
- Ага, только вот сейчас доем и сразу побежим, - съязвил я, - Всему вас учить надо! Побег готовить надо. Тщательно, чтобы ничего не сорвалось.
- Да, есть один у нас тут, тоже убежать хочет. Он нам много говорил, что хочет убежать от сюда, но, по его словам, это место слишком привыкло к нему. Странный он какой-то, помешался на этой идее.

Что-то внутри меня зашевелилось и громко выкрикнуло “Ради этого парня ты, собственно здесь!”. Надо было его срочно отыскать и расспросить что к чему.

- А как его зовут?- спросил я.
- Никто не знает как его зовут. Он ни кому не говорил, даже врачам, - последовал ответ.
- Хорошо, а найти – то его как-нибудь можно?
- Это странный, но очень уважаемый человек. Если он захочет, то сам найдет тебя. Но тебе его отыскать не удастся, потому что никому не известно где его комната. А врачи тебе не скажут. В руках этого человека сосредоточена огромная власть, он может лечить боль прикосновением руки, может неделями не приходить поесть и он всегда один.
- Какой он у вас странный! Видать, действительно болен…
- Не надо так говорить о нем, он очень могущественен, - мой собеседник понизил голос и, оглядевшись, сказал: - Вдруг он нас сейчас слушает!

Я едва удержался от того, чтобы рассмеяться над этими детскими страхами и решил, что сегодня ночью непременно отыщу этого странного человека. Я, правда, совершенно не понимал зачем он мне нужен, но внутри меня кто-то усердно нашептывал “Найди его, найди!”

Когда голоса в коридоре, где была дверь в мой номер, затихли, я аккуратно отжал дверной замок и выскользнул наружу. Мне было неизвестно где искать этого странного парня, и  я просто положился на удачу. Выбрав произвольное направление, я побрел по коридору, иногда заглядывая в окошки, вырезанные в дверях палат. Вдруг сзади послышались приближающиеся голоса. Надо было где-нибудь спрятаться. Одним прыжком я оказался у небольшой дверцы в кладовую, открыл ее и, едва уместившись в тесном помещении, забитом швабрами, метлами и прочим барахлом, прикрыл дверь. Голоса прошли мимо, и я облегченно вздохнул.

- Где же мне искать этого парня? – задумчиво спросил я у себя.
- А меня не надо искать, я сам прихожу когда нужен, - ответила мне темнота, а я не на шутку перепугался, - Только не наделай в штаны, а то как собеседник ты потеряешь для меня всяческий интерес.
- Кто здесь? - не своим голосом спросил я темноту.
- Конь в пальто, - ухмыльнулась тьма.
- Никогда не имел столь странного собеседника, - съязвил я в ответ, начиная приходить в себя.
- А ты тот еще фрукт, - философски заметил мой странный собеседник и признался: - Ты мне начинаешь нравиться. Зачем ты меня искал?
- Я думал, ты мне поможешь сбежать.
- От сюда нельзя сбежать, - последовал ответ серьезным тоном, - Ничего кроме этой больницы не существует.
- Это как же? – опешил я.
- А вот так! Слушай, а ты правда создал этот Дом? – я почувствовал, что человек во тьме с нескрываемым любопытством уставился на меня, - Как же ты тогда не знаешь?
- Нет, - коротко объяснил я, - Наоборот, мне подумалось, что это вы и создали…
- Так значит ты просто Гость! Это еще интересней, - бесцеремонно перебил меня он, - Расскажи, как там – вне этого Дома.
- Да мне нечего сказать, все мои воспоминания больше похожи на сон,


[...] Приходите еще, переодически я публикую небольшое продолжение.