Моравский венец - поэма

Посвящается 35 годовщине чехословацкого похода в августе 1968 года, ветеранам Краснознамённой, Орденов Суворова и Богдана Хмельницкого 31-й танковой дивизии, участникам Общества чехослованко-Советскои Дружбы в г. Брунталь, г. Место Либава, с. Светла Гора.

Итак, друзья, начну поэму!
Которой много дней страдал...
Давно я выбрал эту тему,
И долго день желанный ждал...

1

Москва! Здесь встретились герои...
Конец июня, год 66-й...
Москва, Москва – людские рои!
О как волнуешь ты движеньем и толпой!
Универмаги, стадионы и музеи –
Всё равно манит страждущих людей...
И хоть древнее камни в Колизее
Но у Москвы они теплее и родней!

2

– Вас просим... Я, пожалуйста, не знаю...
Где все товарищи? И как меня идти?
Я буду – чешка. Я по-русски понимаю, –
Но потерялась... Не могу друзья найти?..
Спросила так военного курсанта,



Особа милая в расцвете юных лет...
В Москве привычно потеряться экскурсанту,
Но добродушие всегда укажет след.

3

Военный отдал честь: – Вершинин!.. Саша..?
Решил помочь ей будущий танкист.
– А я Ивана, – дева прошептала,
И взгляд её был радостью лучист!
– В музее Ленина должна я быть до полдня…
Но не могу туда найти дорог...
– Могу помочь! Свободен я сегодня, –
Ответил Саша, видя в этом долг.

4

Как я уже сказал, мила была Ивана,
Светясь обычною славянской красотой!
Её портрет я не даю пространно:
У каждого из нас кумир бывает свой...
Нашли они музей и чешских экскурсантов, –
И, распрощавшись, записали адреса...
А над Москвой разлился бой курантов!
Светило солнце, голубели небеса...

5

Два года минуло, – студенткой стала Ива...
Вершинин – офицер, в Хмельницке служит он.
Но пишет письма он Иване терпеливо:
Предчувствия любви его смущают сон...
Письмо последнее в апреле получает:
«Приеду в августе! До встречи, дорогой!»
И Саша мой от радости летает! А в ЧССР кипит 68-й(I)

6

Он всех и всё привел тогда в движенье!
Митинговала «голубиная страна»!
Хотелось людям в коммунизме обновленья!
Всех вдохновляла «демократии весна»!
А Брежнев и «соцлаг» винили диверсантов:
«Дала, мол, трещину варшавская броня...»(II)
И в СССР готовили десанты,
Чтоб там не началась «венгерская резня»(III)

7

«Въехали на танках,– не стреляли...
Не хотели братьев убивать!
А они камнями в нас кидали!
Не хотели русских понимать!!!
Чехословакия! Чехословакия!
К тебе дорогу не дано забыть!
И убеждали мы! И жарко спорили!
Хотели нашей правдой победить!!!»(IV)

8

Всё так и было... И слова из этой песни –
Мне никогда, друзья, не позабыть...
Не признавали нашу помощь, – хоть ты тресни!
И даже дети не хотели нас любить...
Вот снова вижу я людские коридоры,
В которых не таили горьких слез...
И бесконечные до боли разговоры,
И "Почему вы здесь?" – один всегда вопрос!

9

Вопрос такой же Саше задавали –
И замедляли танки ход, –
Но цепь людскую разрывали:
Ведь есть приказ – идти вперёд!
Он помнит город тот, где люди
Тесней других стоят стеной...
Открыли танку свои груди,
Кричат ему – Иди домой!!!

10

Но слов обидных танк не слышит -
И раздвигает коридор...
Вспотел Вершинин, часто дышит:
– Скорей бы в поле! На простор!
Скорей бы отдых... Хоть немного!
Был очень труден марш ночной...
«Но почему в душе тревога?! Что
ещё станется со мной?»

11

Едва подумал – стоп машина!
Кричит механик:– Не могу!
Там, впереди, лежит дивчина!
А сбоку люди: не пройду!
– Вот и случилось! – молвил Саша.
И открывает верхний люк...
«Иди домой! Там ждёт Наташа!»(V)
Вновь резануло ему слух...

12

А впереди, в семи шагах, –
Пред грозной лобовой бронёй,
Закрыв глаза и вся в слезах –
Лежит дивчина! Ангел злой!
Миг он решенье принимал –
И в два прыжка на мостовой!
Как листик девицу поднял
На борт машины боевой!!!

13

И сразу танк рванул вперёд!
Храня десант свой на броне!
Ну, а теперь нас чудо ждёт,
Если поверите вы мне...
А чудо в том, что мой герой,
Едва с машины не упал!
Когда в девице роковой –
Ивану милую узнал!

14

Промчались городом, – и в поле,
Где за холмами лес густой...
За что такая Саше доля?
Ответ, конечно, не простой...
Танк сбавил ход, пыль заклубилась, –
Ивана спрыгнула легко, –
И по стерне заторопилась;
Был дом родной недалеко...

15

– До встречи. Ива!– крикнул Саша.
«Явь это или горечь сна?»
– Иди домой! Там ждёт Наташа! –
Ему ответила она.
Вздохнул Вершинин, влез в машину,
И, придержав немного люк,
Он посмотрел дивчине в спину –
И был тот взгляд - вершина мук...

16

Когда колонна танков скрылась
В лесу на северных холмах,
Ивана быстро оглянулась –
И та же боль была в глазах... –
Любить захватчика не буду!
Нет больше ласки(VI) у меня!
Всё наше прошлое забуду!..
И слезы, слезы в три ручья...

17

Как оценить событья эти?
Весну и лето? Кто был прав?
Ведь зашумела вся планета
О чести чехов и словак!
Пройдут года и скажет время:
Кто ошибался... Кто играл...
Кто с болью вынес жизни бремя(VII)
Кто алкоголю жизнь отдал...

18

Танкистов ложе – ветки ели...
Альков – брезентовый навес...
Чу! Раздаются птичьи трели!!!
Проснулся великаний лес!!!
На ПХД(VIII) – печь задымила, –
Дым полон запахов родных, –
Из-за дерев встаёт светило!
Ночных сменили часовых...

19

– Вершинин! Едешь за водой!
Приказ отдал ему комбат.
– Селенье рядом, за горой...
Бери с собою взвод солдат.
– Зачем так много? Я один –
Воды достану без труда!
Зайду за мылом в магазин...
– Отставить! Мой приказ – вода!

20

Большой зелёный водовоз
Село объехал не спеша...
«Нет, нет! Вода у нас плоха!»
«Нема воды! Нема насос!»
Спокойный и сухой отказ
Он в каждом доме получал, –
Но надо выполнить приказ –
И Саша мой не отступал!

21

Как вдруг! Да, да,– опять «как вдруг!»
Чудесный, светлый миг!
Открылась дверь на громкий стук –
В дверях Иваны лик!
Он оробел, присох язык,
Конечно, как назло!
Ведь к чудесам он не привык, –
Но снова повезло!

22

– День добрый,– молвила она,
С волнением борясь...
Припухли чуть глаза от сна, –
Улыбкою светясь!
А он ей сразу про насос!
– Хочу налить воды!
Полны глаза у Ивы слез:
– Как мало хочешь ты...

23

Закрыла дверь, как обожгла!
Он вытер потный лоб...
Но кран(IX) открыла –
И вода течёт на огород!
Вдвоём с шофёром полный бак
Залил за час герой, –
Всё это видел тайный враг,
План, замышляя злой...

24

Когда день встретил темноту,
Их старый, добрый дом –
Лизнул драконьим языком
Огонь, за доброту...
Ивана, брат, отец и мать –
Все выбились из сил...
Им не пришлось в ту ночь поспать –
И гнев огня остыл...

25

Смеялся злобно этот враг
В коротеньком письме, –
Вновь обещая жизни мрак,
За помощь «солдатне»...
Отец вздохнул: – За воду мстят...
За доброту к друзьям...
Я запугать себя не дам!
Всем этим глупакам!

26

Когда здесь был протекторат(X)...
Все жили тяжелей...
Немецких помню я солдат –
Солдат, а не людей!
И знаешь, дочка, счастлив я, –
Как в тот победный май!
Что вновь советские друзья
Спасли моравский край!

27

Прости, отец, устала я,–
Иваны был ответ.
– Не переспорить мне тебя...
Да и желанья нет...
В другую комнату ушла,
Упала на кровать, –
Но правда слов отцовских жгла!
И не давала спать...

28

А домик, где жила она,
Был на краю того села –
Любила Ива по утрам,
Мечтать, гуляя по холмам...
Я сам моравской красотой
Страдаю в памяти порой...
Край гор лесных и чистых вод, –
Да будет славен твой народ!!!

29

Но возвратимся к героине,
С её мечтательной душой...
Не так уж часто это ныне, –
Мечты для многих труд пустой...
Грустит Ивана и с вершины
Холма любимого глядит...
«Но это что?! В лесу машины?!
Их видно Саша сторожит?!»

30

Решила ближе подобраться!
Никак не хочет отказаться...
Чу! Слышен русский разговор…
Гармошки тихий перебор...
Играют на поляне в мяч...
Прошёл в халате белом врач...
Вдруг из рябиновых ветвей –
Вершинин Саша перед ней!

31

Ужель не чудное мгновенье?!
Ответь скорей, читатель, мой?
Какое в жизни озаренье?
Ещё так властно над тобой?
Любовь! Любовь всему виною!
И спорить лучше не спеши...
– Ах, Саша, здравствуй... Будь со мною?
Она сказала от души...

32

И по холмам её любимым
Ушли гулять, забыв про всех!
И если б день был негасимым –
Мест не покинули бы тех...
В любви своей они признались
Под небом дивно голубым...
И сладко, сладко целовались...
Как и пристало молодым!

33

Влюблённые часов не замечают...
По-моему,– они не замечают дней...
Уже полмесяца мои друзья гуляют, –
А чаша ласки всё полнее и полней!
Но почему дверь дома в чёрной краске?!
А за спиной Иваны смех и свист?!
Нависли лапы грязные над лаской...
Спасай скорей любимую, танкист!!!

34

А жил в селе том старый партизан,
Совета сельского бессменный председатель...
Ян Спачил – труженик и ветеран...
Я был знаком с ним, любознательный читатель...
Уже четвёртый год Ян проживал вдовцом,
Но сердце светлой памятью лучилось;
Для многих молодых стал названным отцом,
Однако горевал, что собственных не получилось...

35

В тот вечер быстро затемнело, –
И Спачил лёг пораньше спать...
Как вдруг: «Откройте!»– зазвенело...
И он зашаркал открывать...
Открыл и видит – люди молодые!
Иванка... Русский офицер!
– Прошу вас, гости дорогие...
– Входи, товарищ офицер...

36

Переглянувшись и смущаясь оба,
Они вошли... И первым – Сашин глас:
– Друг друга любим мы... Любовь до гроба!
За ним Ивана:– Пожените нас!?
Ян сдвинул брови... – Дело непростое...
Потёр виски, потрогал нос...
– Любовь, я знаю, дело молодое...
Но нынче это – политический вопрос!

37

Печаль покрыла молодые лица...
В окно смотрела чернота и жуть...
Сложила крылья голубая птица;
И в тупике заканчивался путь...
Бывает так? Конечно же, бывает...
Мечтами, грёзами всегда живёт любовь...
Когда их нет – мгновенно убывает,
Как будто в лёд переродилась кровь...

38

Однако затянулось отступленье, –
Тем более решил он: «Помогу»
Садитесь и пишите заявленья...
И через две недели распишу!(XI)
Открыто и согласно ритуалу
Подпишите свой брачный договор...
Друзья, свидетели пусть соберутся в залу...
Пусть ваша ласка выйдет на простор!!!


39

Так и случилось! Через две недели –
Он объявил их мужем и женой!
По-разному им вслед теперь глядели,
Но больше стало взглядов с теплотой...
Как стали жить? Вопрос другой поэмы...
Нелёгким был их путь; пытались их учить...
Мешали им как люди, так и схемы, –
Но никому не удалось их разлучить!!!

40

Они крушенье коммунизма пережили,
Распады своих стран(XII) и много передряг...
Но о судьбе своей не затужили,
О том, что сделали в 68-м не так...
Уже есть внуки! Но любовь не заржавела!
И если трудно – вспоминают вновь и вновь:
Дни юности своей, когда душа созрела,
Чтоб встретить настоящую любовь!

41

Ну ж? Пора бы ставить точку:
Счастливый есть уже конец!
Но нет ещё слов веских в строчку,
Чтоб настоящий был ВЕНЕЦ!(XIII)
Был коммунизм – земное царство...
Но вдруг забыт – а жизнь вперёд!
И, несмотря на все коварства, –
Мир диалектикой живёт...

42

Весь мир в борьбе! Весь он в движеньи!
Ушёл пророк! Грядёт пророк!
И очень часто повторенье,
Пугает многих смертью рок...
В любом поступке – вы политик,
В любом желанье – вы стратег,
И каждый день – вы аналитик...
И очень редко – человек!

43

Но ведь придёт, я верю, время!
Всех поколений идеал!
Когда людских пороков бремя,
Уйдёт в космический провал!
И вот тогда наступит царство!
Наступит новый, чистый век!
Свободу, Равенство и Братство –
Познает каждый человек!!!

44

И будут люди жить для счастья!
И не жалеть огня крови!
И лишь в одном будет несчастье –
Что мало жизни для любви!
Так будет? Верю, друг мой, будет!!!
Россию возродит любовь!
И равнодушных в ней не будет!
Я верю, друг мой, в эту Новь!
Она придёт без объявленья, –
Без шума явятся Творцы!
За муки, труд и за терпенье –
Всем будут счастия Венцы!!!

25-27 октября 1972 года, Брунталь, Северная Моравия, Чехословакия. Июнь
1994 года, Рязань, Россия

Комментарии:

I В 1968 году вЧехословакии (ЧССР) возник острый общественно-политический и экономический кризис. Сменилось руководство страны,– первым секретарем КПЧ стал Александр Дубчек, который попытался проводить демократические преобразования в стране под лозунгом "социализм с человеческим лицом ". Подобная политика не получила поддержки в СССР и в странах социалистического лагеря, – и было принято решение устранить кризис военным путем. Войска стран Варшавского Договора были введены в ЧССР 21 августа 1968 года.
II Брежнев Л. И. – руководитель СССР и стран социалистического лагеря (соцлаг) – в 1968 году.
III Антисоветский мятеж в Венгрии в 1956 году.
IV Куплет и припев из самодеятельной песни неизвестного автора, на мелодию популярного романса "Дорогой длинною", которую пели в ЧССР советские солдаты в 1968 и в 1969 гг.
V «Иди, Иван, домой! Ждет тебя Наташа! Иди, Иван, домой! Наши девчонки тебя не любят!» – слова из песни протеста, которая была популярна в ЧССР в августе 1968 года.
VI Ласка, по-чешски, – означает любовь.
VII Пребывание советских войск в Чехословакии, которое называлось официально временным или периодом "нормализации", затянулось до 1991 г. Неофициально период «нормализации» назывался оккупацией.
VII ПХД – пункт хозяйственного довольствия, а проще - полевая кухня.
IX Имеется в виду кран из домашнего водопровода, установленный на одной из стен дома, который используют для полива сада и огорода. Такие особенности водопровода автор встречал в Чехии и Моравии.
X Протекторат Чехии и Моравии – режим фашистской оккупации Чехословакии и её расчленения на протекторат и Словакию. Этот режим просуществовал с 1939 г. по 1945 г. Благодаря победе СССР над гитлеровской Германией была восстановлена Чехословацкая республика, образованная в октябре 1918 г.
XI В Чехословакии, как и в СССР гражданский брак разрешалось зарегистрировать в местном Совете; но для иностранца требовалось разрешение на брак от консульства своей страны. У моего героя никакого разрешения не было. Зарегистрировав брак Иваны и Саши, Ян Спачил частично нарушил закон, но этого требовала политическая ситуация.
XII Распад СССР в декабре 1991 года привёл к разочарованию в идеях коммунизма. Чехословакия мирным путём разделилась в январе 1993 г. на два государства: Чехию и Словакию.
XIII Венец – это заключительная часть поэмы, её идейный итог.