Змей Полыныч

Змей Полыныч

Случилось это давным-давно, в незапамятные времена, когда человеком ещё на земле и не пахло, а жили одни лишь динозавры, с иегуадонами, да летающие ящеры на Змеев Горынычей похожие.
Попробовал, как-то, их главный динозавр-тирозавр обгоревшего на молнии игуадона и так ему это жаркое понравилось, что решил он большее сырое мясо не есть!

В общем, ходит он по планете, бродит, нос по ветру держит, как где чего загорится, так  он первый там.
Но, время проходит напрасно, нигде жареным и не пахнет...

И вот, однажды, надоело ему таким простым быть и решил он хитрым стать. А что такое кровожадный, да ещё и хитрый? Это же, блин, стопроцентный террорист!
Словом, прикинул этот террорист - одиночка, откуда молнии падают и кто ещё в небесах летает, да взял  в заложники семью одного ящера - птеродактиля: маму и с ней трое яиц! А когда их муж - отец с охоты в гнездо спикировал, то тут же ультиматум и получил: или ты мне огонь - молнию добудешь или вдовцом станешь.
Делать нечего. Пригорюнился папа-ящер ивзмыл опять в небо, к Богу, огня просить подался.
Очень удивился Бог отец, увидав у себя в саду папу ящера. А беду его выслушав кумекать начал, как горю помочь, как огнём змея снабдить, чтобы тот его, по дороге домой, ветром затушить не смог.
«Если хвост ему посильней зажечь, может и донесёт, но без хвоста останется, - семью больше кормить не сможет. Если крылья подпалить - убьётся, блин, раньше времени, - тоже не дело. Если к лапам по факелу привязать, - то ангелы охраны за вражий самолёт примут, и, как пить дать, ещё в чертогах собьют... Что же мне с ним делать?» - думает.
Одно остаётся - внутрь, болезному, огонь засунуть!

Заставил он тут папу ящера песка наесться и бензином неразведёным запить. И получилось у папы внутри, что-то среднее между желудком и кирпичём огнеупорным. А глотку ему Создатель медью пролудил, а меж зубов серные камешки вставил.
«Ты, - грит, - Тиридактиль, перед тем как огонь создавать, зубами поскрежещи, а потом отрыгивай помаленьку ,и всё у тебя  получится».
Потом они немного поупражнялись и, после трёх сожжённых до тла садовых скамеек, отпустил его Бог восвояси.
А взад, восвояси пробираясь, папа - ящер охотиться по привычке начал и столько всякой крылатой мелкоты позаглатывал, что еле-еле до гнезда дотащился.

- Ну, принёс огонь, ты, змей позорный? - террорист уже тут как тут, в лапах освежёванного игуадона держит, на папу-ящера снизу вверх нагло смотрит.
Как увидал птеродактиль столько новой пищи, так оченно ему дурственно стало. Полезла из него вся крылатая мелочь вон и отрыгнул он её, в динозавра - тирана со страшной силой...
В общем, только когти стоять и остались!

А кто видел это, тот в невероятный страх пришёл!
И не стало «тиридактилю» с того дня равных на планете.
И выбрали его все звери своим царём.
И нарёкся он Змей Полынычем.
От слова «полыхать», значит!