Цветок в керамическом горшке

*Сие произведение было написано мной после долгого созерцания растения, стоящего на подоконнике*
 
Цветок. В горшке. А ничего так – красивый. Раньше я почему-то его не замечала, несмотря на то, что каждый день созерцаю улицу в окно, на котором и стоит сие создание природы. Наверное, для того, чтобы заметить какой-то предмет, нужно очень долго на него смотреть, а потом уже размышлять, что он здесь делает.
А цветок все ж ничего. С широкими листьями, а расцветкой похож на арбуз – темная полоска, светлая, темная, светлая…Своеобразная зебра, если можно так выразиться. Но то, что привлекает мое внимание больше всего – это горшок. Керамику сейчас не часто встретишь, зато пластмассы… Ого-го! И кашпо тебе, и бутылки, и заколки и все, что хочешь. Главное – не ешь, не поджигай, не клади рядом с радиоактивными веществами и все будет просто прекрасно.
А тем временем, топча ногами нашу и без того истоптанную землю, борцы за чистоту малюют краской на бумаге плакаты и, перебирая все гласные алфавита, требуют обеспечить нашим детям светлое здоровое будущее. «О-о-о, а-а! – вопят они. – Бу-ду-щее! Без экологических катастроф и войн!»
Да какое ж там будущее-то?
Чем отличается образцово-показательная Америка от захолустной нищей России? Тем, что каждый американец, уважая чистоту, складывает все отходы в специальный пакетик. А потом наверное, долго на него любуется и гордится тем, что делает будущее своего ребенка здоровым. Русский же разбрасывает вокруг все, что попало, словно свинья, которая, шебурша пятаком по земле, создает вокруг себя не совсем, с эстетической стороны, благоприятную обстановку.
Но, как говорится, все дороги ведут в Рим. Американский пакетик везут куда-то очень далеко и сбрасывают его в глубокую яму, где приютились такие же, уже разлагающиеся трупы отходов. Наш советский, громыхающий и грязный мусоровоз тоже везет все это далеко-далеко, чтобы свалить в кучу прямо за земле. А куча знай себе растет и подбирается к городам. Здесь уже неважно, в общем-то, Америка или не Америка. Говорят, что пластиковая бутылка в морской воде разлагается триста лет. Вот и повод для размышлений. Задачка: сколько же времени эта самая бутылка будет разлагаться на воздухе?! А вы говорите – будущее…
Кстати, все эти страсти нам показывают по небольшому такому ящичку с голубым, как известно, экраном, незаменимому уже в каждой семье. Ну, почти в каждой. Прекрасный пример рекламы, который я считаю просто шедевральным:
- Вы верите, что новый «Тайд» за 23 рубля может быть лучше, чем кипячение? – вылезает широко известный в узких кругах ведущий из грязного мерседеса, наездившего уже немало километров по раздолбанным российским дорогам. И направляется в очередной дом, выбранный рекламщиками в качестве очередного подопытного кролика.
- Консьержка!
За столом сидит этакая баба Нюра в платочке, сохранившаяся, по-видимому, еще с ленинских времен. И злая-то какая!
- Я дежурная! – высокомерно отвечает бабка.
Ну вот какая, скажите, разница! Совсем отстала уже от современной жизни, где уже без разницы, дежурная или не дежурная сидит в подъезде.
- Ишь ты какой, дорогой! А кого ты будешь опрашивать, когда все на работе?! Да куда ты пойдешь с этой лампой?! – всплескивает она руками.
И в самом деле.
Тогда ведущий вылезает из подъезда и говорит: «Мы идем к вам!» Причем, угрожающе так говорит, и глаза у него такие страшные, что, если он придет именно к вам, вы прямо на пороге свалитесь в глубокий обморок и поклянетесь всегда стирать порошком «Тайд» за 23 рубля, который в магазинах почему-то стоит не менее сорока.
А та самая баба Нюра будет сидеть утром в своем подъезде, когда какой-нибудь жилец, выходя из лифта, крикнет ей на ходу:
- Баба Нюр, а вас по телевизору показали!
- Ишь ты какой, дорогой! – заорет старуха. – Над старым человеком так шутить!
А жилец обидится. Его обвинили во лжи, когда он сказал правду. Потом придет время обеда, и баба Нюра потопает в булочную за углом, чтобы купить хлебушка. Наверное, она будет сетовать, что сейчас, в этом пластиковом магазине больше нельзя щупать батоны специальной ложечкой, которая, кстати, раньше мне очень нравилась. Подходишь и берешь эту симпатичную ложечку на веревочке, чтобы пощупать батончик! Весело.
Баба Нюра будет стоять в очереди, когда к ней подойдет согбенная старушка из соседнего дома, доверительно возьмет под локоть и прошепчет севшим голосом:
- Это тебя, милочка, по телевизору показывают или нет? Подслеповатая я стала что-то…
Баба уставится на соседку и подумает, что сегодня все с ума посходили. Затем она вернется в подъезд и будет размышлять о жизни, ленинских временах и наглой современной молодежи. И тут в подъезд, размахивая сотовым телефоном, прошествует местный «новый русский» со словами:
- Ну ты модная, баба Нюр! В рекламе снялась!
Наступит вечер, закончится рабочий день и в квартире человека, которого консьержка обвинила во лжи, раздастся робкий звонок. Человек откроет и впустит старушку к себе, чтобы услышать:
- Милок, можно я новости посмотрю? В моем телевизоре помехи какие-то… - соврет бабка, потому что у нее телевизор был лет десять назад, да и тот сгорел.
Ждать бабульке долго не придется, потому что, как известно, рекламой нас долбят не хуже, чем строитель молотком по гвоздю.
- Батюшки святы! – перекрестится баба Нюра, увидев себя на экране, и захочет упасть в обморок, но ей не дадут: валерьянки на всех не напасешься. А потом она вернется к себе домой и поймет, что не зря прожила свою жизнь. Может быть у нее на улицах даже автографы брать будут. Такие же работающие пенсионеры, как и она сама.
Почему? По-че-му те, кому о славе и не мечталось, в один миг становятся известными безо всяких усилий, а настоящие таланты, загубленные и вечно голодные, кропают гениальные произведения в сырых углах, чтобы затем сжечь рукописи в печке? Несправедливость? Закономерность? Беспомощность?.. Нет, беспомощность – это шестнадцатилетие, когда из всех возможностей у тебя есть лишь возможность учиться и тратить деньги родителей, несущих на себе крест кормильцев. И когда только все это кончится?
Такие вот дела… А с чего все начиналось? С цветка в керамическом горшке.