Без имени

***
Вокзал. И что теперь? Ходил по знакомому адресу, стучал в дверь, всю ночь прождал, и день, потом еще ночь, еще день. Спал в подъезде, нашел коробку, сложил, расстелил на полу и спал. Все ждал, ждал, но никто так и не пришел. Хлопали двери, шуршал мусор по мусоропроводу

   
***
Ботинки промокли, сам не первой свежести, а из ларька будто в насмешку - "девочка с севера, девочка ниоткуда..." Да ты мальчик думаешь что поешь? Ты еще болтать не умел, не то что петь, когда... Скажешь тоже - "девочка"!..
И еще очень хочется есть.


***
Вокзал. "Поезда ждешь?" Глазастый какой. Высмотрел из толпы, подошел, спросил, предложил, спасибо. Согласен ли на водку? Конечно согласен. Согласен практически на все. Так бывает.


***
Пятиэтажный дом на улице... не пойми кого. Какого-то бойца... Или бойцов?.. Точно слышал название и раньше, но тогда не запомнил. Теперь тоже не запомнил. Зачем?


***
Кухонька маленькая. Вошли. Включили свет. Сначала казалось, что тараканов много, а потом - ничего, перестало казаться. После первой бутылки "тараканы тоже живые, им тоже надо где-то жить".


***
Утро вспыхнуло в голове и взорвалось. Последнее что запомнил - "...тебе плохо?"


***
Белый потолок, желтые стены. Больница? Тело, руки, ноги не чувствуются, как будто их нет. Один умник сказал "я мыслю, значит я существую". Угу. Теперь можно мыслить сколько угодно - спешить некуда. Можно становится именно тогда, когда думать и спешить уже поздно. 

    
***
Интересно, сколько дней прошло? Спросить бы, но слова не выговариваются, соседи по палате не понимают, говорят "потом поговорим, отдыхай пока", а врачи всегда торопятся - подойдут, осмотрят, дальше, следующий. Не надо было так много пить, не надо. И этот... Юрий... как там его по батюшке? Не важно. А что он спрашивается, мог еще сделать, кроме того, как "скорую" вызвать? И это тоже уже не имеет значения. Ничего уже не имеет значения. Теперь никогда?..




***
- Имя?
Прочерк.
- Фамилия?
Прочерк.
- Домашний адрес?
Прочерк.
Осмотр. Каждый день в двенадцать.


***
Две недели сестры в белых халатах исправно ставят капельницы, в которых... аскорбинка с глюкозой, потому что больше ничего бесплатного в больнице нету. В палате еще четверо, но они ходят ногами по полу, а этот, без имени, ходит в постель.


***
Инсульт. Возиться никому не охота, но глав врач добрый, поэтому в палате лежит тот, без имени, и документов. А еще он, без имени, смотрит, смотрит, смотрит, пытается говорить, но пока никто не понимает его мычания. Опять аскорбинка и глюкоза.


***
Она тоже медсестра. Но в отличие от всех прочих сестер, она очень скоро будет хирургом. Больные любят ее - она, в отличии от врачей, может просто посидеть рядом.


***
Сегодня она листая бумаги, увидела код 113, у того, безымянного, с инсультом - повторный анализ на кровь - группа риска.


***
Ей нравятся его глаза, похожие... Такие... как у плюшевого медвежонка, большие, круглые, карие глаза. Тот, давно, тоже казался беззащитным. Она хотела его обнять, поцеловать в печальные глаза, утешить, но так и не решилась - медвежонок был не ее, он был чужим медвежонком.


***
Она знает, что другие сестры, когда не ее смена, не кормят его, потому, что если его не кормить... то не надо будет его отмывать от дерьма. А еще он может есть и пить сколько хочет, в ее смену, потому что его глаза похожи... и еще у него код 113.


***
"Поражена нервная система". Он гниет изнутри, и понимает это. А она научилась разбирать то, что он говорит. Теперь слушает его, говорит сама. Когда она приходит к нему ночью, что бы сделать укол, он просит ее об одолжении.
Она ведь сестра милосердия, вот он и просит ее о милосердии... усыпить его. За ним некому ухаживать каждый день - так и так ведь умрет, только если она ему не поможет, то не сегодня, а через месяц, два, или три. Соседи по палате больше не лежат по койкам - выходят в коридор подышать, там не так чувствуется его запах. 


***
Они говорят. Теперь она знает что "скорую" вызвал его "друг, с которым он познакомился... вот уже месяц как познакомился". Но это просто слова, которые... ничего не меняют. 


***
Можно не сидеть часами у его постели. Но у него нет волос на голове, ему тридцать пять лет, без определенного места жительства, и мягкий взгляд, похожий... Будь проклят код 113. Каждый раз. Теперь с ней так будет каждый раз?... Всегда.


***
Он ничего не знает о ней, но считает себя ее другом.
Она заступает на дежурство, заходит на его этаж, подходит к палате, открывает дверь и ... боится увидеть вместо него заправленную постель.


***
А вчера ее... папа-хирург отвез в другую больницу с двусторонней пневмонией. Последнее время она совсем не обращала внимания на свое здоровье. Все кутала в одеяла того разнесчастного бомжа, забывая одеть теплый свитер под халат...


Ненавижу романтиков, особенно отягощенных чувством вины, да еще если вина не их - так, поносить взяли. Завтра дежурство, на которое она не придет. Надо фруктов купить что ли... Раз телефонный звонок, два телефонный звонок... Завтра мы будем жарить много котлет, мять картошку в самой большой кастрюле. Так что бы всем хватило, черт бы их побрал... Краем глаза замечаю, что некто... уже обложился умными книгами по медицине. Надо понимать, что особенный упор нынче делается на инсультах и пневмонии...
И вдруг начинает казаться, что все не так уж и плохо. Улыбка растягивает губы. Поворачиваю голову. Раз улыбка, два улыбка, три...
Господи... Бедный бомж... Он наверное думает умереть спокойно...