Обнимая ветер

Солнце шпарит сквозь занавески…черт, от него нигде не спастись…
В голове как тревожный набат тупо пульсирует боль…перебрал…как всегда…Огромная порция водки, сдобренная неплохим количеством пива и тщательно отполированная красным вином, всегда дает потрясающее похмелье.
Дорога до ванной длиною в столетия, наконец-то заканчивается.… Первым делом голову под холодную воду, затем холодный душ, чистка зубов и бритье. Ну вот, вроде стал похож на человека.
Часы говорят  мне: “Ты давно опаздал, парень”!
Сам знаю!!!
Опоздал. Опоздал на целую жизнь, которая проходит мимо, ласково улыбаясь и приветливо махая ручкой всем… но не мне. И не потому, что я неудачник. Просто так уж получается.
Так вот и сижу, лениво хлебая кофе, а мысли текут и текут. Интересно, откуда их столько берется, и куда они уходят?
Взгляд поневоле падает на подарок любимой – маску шута. И почему люди так любят прятать свое истинное лицо? Да еще прятать так, что и не поймешь, кусок пластмассы на нем, или нет. Иной раз взглянешь на человека – идет, весь озабоченный, напряженный. Не иначе как глобальные проблемы решает. А на самом деле думает, где бы шлюху подешевле снять, да что соврать жене по поводу долгого отсутствия. И наоборот.
Никогда так не умел, да и не хотел. Зачем такие сложности? Неужели нельзя идти по жизни гордо подняв голову, говоря людям: “Вот я НАСТОЯЩИЙ! Прошу любить и жаловать!А кто не хочет, тот может катиться ко все чертям!”. Но к сожалению таких не любят. Людям нравится притворяться дркг перед другом. Что ж, хрен с ними. Это их жизнь, пусть тратят ее как могут.
А я буду тратить свою так, как могу лишь я.
Кстати, о любимой. Пора падать на колени и биться головой о пол, вымаливая прощение. За что? Хотел бы я сам знать.
Трубка телефона втыкается в ухо как ствол пистолета, и с лицом человека, играющего в русскую рулетку, я набираю семь заветных цифр. Гудки…жду минуты две, затем вешаю трубку. Интересно, где ее черти носят? Ладно, потом заеду к ней. Надо цветов что ли купить…или не надо? Ладно, потом определюсь.
Стоит только сделать шаг от телефона, он начинает визжать как недорезаная свинья. Кому ж это я понадобился?
- Я слушаю.
- Васильев, ты? –  грозно вопрошает густой бас на том конце многокилометрового провода.
- А вы угадайте, Петр Сергеевич. С трех раз. Если не знаете ответа, то можете взять помощь зала или звонок к другу.
- Хватит дурака валять! Ты где третий день шляешься?! Работа стоит!
- Работа не волк, Петр Сергеевич. Ничего с ней не случится, даже если она неделю простоит. А я сейчас просто не в состоянии.
- Короче так Андрей. Мне твое отношение к делу надоело! Ты уволен! Понял меня?
- А если не понял? – спрашиваю я. Но в трубке уже слышны частые короткие гудки.
Ну вот. Допрыгался.
Ладно, работу найду. Это не проблема. Сейчас к Светланке.
Открываю дверь и выпрыгиваю во внешний мир. На лестничной площадке картина, которую вижу уже много лет подряд изо дня в день – сосед Гена с большого бодуна. На ходу киваю ему головой, а в ответ слышу из его уст гениальную фразу:
- Не устал еще водку то хлебать?
Чья бы корова мычала! Пьянь хроническая.
Выхожу на улицу и с интересом замечаю, что солнце, всего час назад заливавшее мир своим безжалостным светом, успело спрятаться за тучами и начинает накрапывать дождь. Что ж это? Мир погрузился в траур по случаю моей выползки на свет Божий? Далее мой путь пролегает по загаженному собаками дворику, полному детей, которых мамаши пытаются загнать домой  по случаю дождя, затем в проход между домами, и вот я на остановке. К этому времени дождь уже перестал накрапывать и стал лить как из ведра. Твою мать, надо было хоть куртку одеть! После целой вечности ожидания свершилось – приехал железный гроб на четырех колесах, именуемый в простонародье автобусом. Как всегда битком. Похоже весь город катается только на нашем автобусе. Захожу в него, а вернее втискиваюсь, и сразу попадаю в особый мир. Мир ненависти и жажды крови. Российские автобусы – они как особый атракцион. Очень тяжело войти, еще тяжелее выйти. А уж проехать пару остановок, так что бы тебе ничего не оттоптали, и ничего на тебе не порвали – целая эпопея. Но есть особый вид людей, которые чувствуют там себя как рыба в воде – кондукторы. Я давно подозреваю что генные инженеры славно потрудились, выводя ихнюю породу. Все как один – маленькие, шустрые, злобные. Они умудряются носиться по салону, набитому людьми, со скоростью три круга в секунду. И ничего, нормально.
Так, ну вот и приехал.
Выскакиваю из автобуса и со скоростью оленя-самца в период спаривания несусь к цветочной палатке.
- Девушка! Пять роз пожалуйста!
“Девушка” лет пятидесяти отроду со слоем штукатурки на лице, раза в три превышающим ее обьем мозгов, смотрит куда то мимо меня взглядом наркомана с десятилетним стажем:
- Цвята-ачки! Толька-а сево-одня привезли! Пре-елесть а не цвята-ачки! Па-альчики аближете!
- Дамочка! Я их жрать не собираюсь! Пять штук дайте, будьте так любезны!
Поковырявшись пальцем в зубах и выудив оттуда кусочек еды, грамм на двести, сие создание наконец-то соблаговолило внять моим просьбам:
- Пя-ятьсот ру-ублей с вас, мала-адой человек!
- Сколько?! Тетка, ты чего, охренела?
- Ди-ишевле нигде не найдете.
- Ладно, черт с тобой!
Получив наконец-то из ее рук желанный букет километр до Светкиного дома я пролетел секунд за пять с половиной. Вот он, знакомый подьезд с выбитыми стеклами, фашистской свастикой на стене и более или менее пристойными надписями на стенах. Первый этаж, третья квартира. Нажимаю на звонок. Он прозвенел и затих в глубине квартиры. Потекли секунды…
Минуты через две я услышал за дверью неувереный голос:
- Кто там?
- Света, открой! Это Андрей!
После небольшой паузы дверь все таки открылась. Вернее приоткрылась и Светка выскользнула ко мне через щелочку. Нда-а-а…выглядела она примерно так же, как я сегодня утром. Никак тоже где то гуляла? Вот только одета как-то…странно. Как будто одевалась очень торопливо.
- Света, это тебе, - я протянул ей розы.
- Спасибо Андрюш, но…не надо, - она опустила голову и сделала шаг назад.
- Почему, Светик? Что случилось?
- Я тебе потом все обьясню. А сейчас лучше уходи.
- Я все таки зайду, хоть в туалет схожу, - я отстранил ее рукой от двери, и шагнул в прихожую.
- Андрей! – она попыталась меня удержать.
- Света, кто там? – раздался голос из комнаты. Мужской голос.
Бросив букет я влетел в комнату. Точно, так оно и есть. Здоровущий парень на кровати. Почти голый. Я подлетел к нему и с размаху приложил по его откормленой морде кулаком. Он вскочил на ноги…да-а-а…головы на две он был повыше чем я, да и шириной плечей его Бог не обделил. Затем я увидел его кулак, стремительно идущий на сближение с моим лицом…а в следующую секунду мир покачнулся и померк…



…очнувшись я попытался оглядеться…и сразу же пожалел. Болело все, что только можно. Видно меня еще долго били после того как я вырубился. Двух зубов не было на их законном месте, одна рука не слушалась – наверное сломал…
Было темно. Может просто в глазах? Да нет, вон и звезды…значит уже ночь.
Черт, а где я вообще нахожусь. Все таки приподняв голову огляделся. Ага, крыша. Узрев знакомую спутниковую антенну понял что крыша Светкиного дома. И не лень ему было меня сюда тащить?
С большим трудом поднялся на ноги – сильно кружилась голова, подошел к перилам на краю. В лицо мне ударил ветер, и от этого стола немного легче.
Так и стоял я вспоминая весь сегодняшний день, а ветер дул и дул…и мне казалось что в его пенье мне слышиться голос.
И этот голос звал меня…Звал из Вечности…Звал в Вечность…Звал стать частью его самого…
…и я шагнул…шагнул вперед не замечая перил…шагнул широко расставив руки…Обнимая Ветер…и Ветер обнял меня…и Ветер спел мне последнюю в моей жизни песню…