Путешествие по золотому кольцу День второй

Глава 3.
День второй – 25 июля 2002 года.

3.1. Родина.
Это был решающий день. День, ради которого я и затеял это путешествие.
Предварительно выяснив у гаишников, как ехать в сторону Волгореченска, мы стартовали. 8-30 (431 км). Переезжаем Волгу, на клумбе – налево и вперед, на встречу к Родине!
Дорога примерно такая же, как от Ярославля до Костромы. Все-таки, это трасса Золотого кольца, дорога на Плес и Иваново. Та самая трасса, увидев которую в атласе, я решил, что у меня отняли Родину.
9-20 (480). Проехали табличку «Волгореченск». Это значит, что «родину» уже проехали. Ничего похожего я не заметил. Волгореченский трубный завод. На повороте к нему стоит сотрудник ГИБДД. Ловит нарушителей. Спрашиваю его, где деревня Красное Сумароково. Он про такую не слышал. Спрашивает: «А что там?» Да, говорю, 40 лет назад здесь был. Дороги этой тогда не было. В то время было очень хорошо. «А, - говорит, - ностальгия?» Да, это ностальгия!
Поехали обратно. 40 лет назад добраться до Красного можно было от села Спас, а до Спаса – из Нерехты. Спас, говорят, слева от дороги, за горой где-то. Чтобы добраться от Спаса до Красного надо было перейти по мостику речку. Сейчас внизу справа от дороги садовые участки, а за ними речка. Решил, что это та самая. Выходим из машины. Идем через участки. Спрашиваем какую-то бабку про Красное. Не слышала. Понятно. Участки нарезали 10- 15 лет назад. Подходим к речке. Переправа, говорят, была, но ее смыло по весне. В брод не перейдешь. Возвращаемся  обратно. Во время этого похода над нами нависают провода ЛЭП. Жена орет, что она боится здесь ходить. Возвращаемся на шоссе.
Я решаю заехать на тот берег речушки со стороны Волгореченска и поискать место переправы и заветный пригорок. Опять проезжаем мимо гаишника, мимо трубного завода, к Костромской ГРЭС. Помню во второй приезд в Красное, в 67 году, вдалеке была видна громадная недостроенная труба. Это как раз ГРЭС. Сейчас эта труба довлеет над всем районом. Хотя никакого дыма из нее не видно, и запахов тоже нет.
Доезжаем до ГРЭС и налево вдоль водозаборного канала. Пошел проселок. Бедная Ласточка! Медленно едем вдоль канала, потом вдоль залива. Упираемся в лес. Идем пешком. Попадаются грибы. Конца лесу не видно. Опять жену завел куда-то. Поворачиваем назад. Машина на месте, слава Богу!
Переправа не найдена. Теперь попробуем найти Красное. Едем по полям и перелескам. Распогодилось и русская природа во всей красе. Жена даже просит остановить машину и сфотографировать классическую березовую рощу. Вот, наконец, выехали на другой берег той речки, которую не смогли перейти. На той стороне – участки, дорога, ЛЭП. Но ничего похожего на Красное Сумароково нет.
Признаю свое поражение. Возвращаемся на трассу. 12-00 (502). Итого по полям и лесам проехали 22 километра.

3.2. Плёс.
А не съездить ли нам в Плёс? Он, вроде бы, входит в обойму Золотого кольца. И не так далеко. Едем. Волгореченск остается слева. Через 14 км – Приволжск. Доехали за 15 минут.
Дорога к Плесу хорошая и совершенно пустая. 20 км проехали за 20 минут, не торопясь. Встали на небольшую площадку на крутом спуске. И выходим на … ПРОСТОР. Вот это да! Крутой обрыв. Внизу – домики. Волга. Красота необыкновенная. Сколько ни ездил до и после – я ничего красивей не видел. Пытались снять панораму, но на фото потом получилось не то. Это надо видеть!
Спускаемся к реке. Плес – маленький городок. Здесь всего 4 тысячи жителей. Узенькая полоска зданий вдоль реки и множество мелких домиков, теснящихся между Соборной и Петропавловской горами у речки Шохонки.
Закупив в книжном магазине открытки и путеводители (Л.9, 10), мы поехали вдоль набережной. В музее Левитана был обед. В музее пейзажа – тоже. Поэтому мы совершили омовение в водах Волги и перекусили.
Времени было мало и в музей Левитана мы не пошли. Посмотрели пейзажи в «Музее пейзажа» и выставку лоскутных работ. Прекрасные выставки. Мы были в Плесе всего 2 часа, и не ходили по храмам и другим достопримечательностям. Плес – это необыкновенно красивое место. И здесь стоит побывать.
Если же интересны исторические подробности, то на обратном пути я изучил купленные материалы (машину вела жена). Выяснилось, что Плес основал в 1410 году сын Дмитрия Донского Василий. Хотя еще в 12 – 13 веках здесь был древний город Чувиль (птичье царство). А слово «плес», оказывается, означает прямой судоходный участок реки между перекатами. А я всю жизнь думал, что плес – это отмель.
Так вот, Плес – это, все-таки, город. И крепость. Здесь были татары, здесь формировались полки для похода на Казань, здесь переправлялись через Волгу ополченцы Минина и Пожарского.
Но всемирную славу Плесу принесли художники. Первым из них был Левитан, в 1886 году случайно попавший сюда с художницей Кувшинниковой. Этот эпизод описан в рассказе Чехова «Попрыгунья». Левитан возвратился сюда на следующий год и еще. Выставленные им после этих поездок работы закрепили за Левитаном славу лучшего пейзажиста России. Местные жители говорят: «Левитан прославил Плес, а Плес прославил Левитана».
Здесь бывали и писали картины Саврасов, Репин, Васильев, Маковский и еще многие русские и советские художники. В Плесе бывал и построил дачу Шаляпин. Есть дом творчества союза театральных деятелей. Дом отдыха, турбаза. Курорт. Кто-то назвал Плес «Русской Швейцарией» - таким он был модным местом отдыха.
Храмы Плеса запечатлены в различных картинах Левитана. Успенский собор на Соборной горе – «Тихая обитель». На Петропавловской горе стояла часовня, разрушенная в 1903 году. Ее Левитан изобразил в картине «Над вечным покоем». Честно говоря, рядом с такой природой совсем не хочется ходить внутрь церквей.

3.3. Приволжск.
По дороге от Плеса я вычитал (Л.11), что в городе Приволжске расположен ювелирный завод «Красная Пресня»  – единственное место в России, где делают украшения из стекла с мельхиором. Заехали. Жена купила себе клипсы и еще что-то. Очень дешево.
Завод «Красная Пресня» организован в 1938 году потомственным ювелиром Павлом Частухиным, а назван так в память об участии Иваново-Вознесенских рабочих в боях на баррикадах 1905 года в Москве. С 1960 года это фабрика, а с 1973 – завод.
Сам город Приволжск стал городом в том же 38 году, а до этого с 1484 года это было село Яковлевское. Было некоторое время во владении Ипатьевского (Костромского) монастыря. А вообще, в этом месте развивалась ткацкая промышленность. Может быть, шляпа моя льняная сделана в Приволжске?

3.4. Последняя попытка.
После Волгореченска я сделал еще одну, последнюю попытку найти «Родину». Из более подробной карты я понял, что речка, вокруг которой я ездил утром, на самом деле, является рекой Нарой, переходящей в рукав, который впадает в основной залив Кешка. Как раз в месте моей высадки с лодочной переправы.
Подъехали к этому месту. Там стоит какая-то турбаза – дом и несколько хозяйственных построек. Причал для лодок. Какие-то полупьяные мужики с не очень трезвыми бабами веселятся. Нашел хозяев этого заведения. Они живут здесь очень давно. Лет пятнадцать. И естественно не слыхали ни о каком Красном Сумарокове и переправе. Разбирали сети. Видно, браконьерствуют.
Сейчас я точно знаю, что это именно ТО место, которое я искал. Таким образом, подтвердилось мое предположение: если я упаду лицом вниз на том ЗАВЕТНОМ месте, то ударюсь об асфальт трассы Кострома – Волгореченск. Чтобы окончательно в этом убедиться, остается только в следующий раз остановиться в этом месте и найти-таки остатки Красного Сумарокова. Может быть, найдется какая-нибудь старушка, которая помнит то время.
Кстати, ни в этих местах, ни в самой Костроме народ практически не окает. Немного окали только продавщицы в Приволжске. За 40 лет местное коренное население, видимо, полностью вымерло, и край заполнили переселенцы из других мест России. Жаль. А тогда окали все поголовно. Так что я потерял не только Родину, но и родной народ.

3.5. По Ярославлю.
Дальше ехали без остановок. Мимо Костромы. 18-00 (696 км). Заправка ТНК перед Ярославлем. 28 литров по 9,50.
18-15 (707). Ярославль. Гостиница «Юбилейная» на набережной реки Которосль (ударение на первом слоге). Гостиница для интуристов. Однако, номер нам нашелся. Однако, за 1400 рублей в сутки. Однако, почти как в Лондоне. Ну, и ладно. Можно один раз себе позволить. После 365 рублей в Костроме. Зато есть душ, телевизор и телефон.
Бросили вещи, и пошли предварительно посмотреть город. Основной осмотр был намечен на следующее утро. Вышли на набережную Которосли. Под стенами Кремля стоит шатер «ЯрПива». Решили, что надо попробовать. «Янтарное» оказалось очень даже ничего. Рядом – городской парк. Конец июля, а под ногами высохшая трава. Неужели лето действительно такое жаркое?
В ложбине – площадка для картинга. Я загорелся идеей проехать. Жена верещит, что после пива нельзя. Но вырвался. Взял минимальное время – 1 минуту. Народу не было. Никто не толкался, так что я успел проехать два круга. Для первого раза – неплохо.
Обогнули Кремль, вышли на центральную площадь. Названа она именем Подбельского (старые названия – Богоявленская и Рождественская). Стоит на ней памятник Ярославу Мудрому – основателю Ярославля. Идем по Комсомольской улице. Магазины, магазины и … театральное училище им. Волкова. «Может быть, подашь сюда документы?» – Спрашиваю жену. «А что? Почему бы и нет?» И сфотографировалась у входа.
Заходим в книжный, покупаем путеводители (Л.12, 13). Справа обнаруживается улица Кирова. Пешеходная. Кто-то играет на саксофоне мелодию «Шербурских зонтиков». Молодежь тусуется. В общем, ярославский старый Арбат. Проходим по улице мимо часовни Александра Невского и очень красивого фонтана до большой площади с большим собором (церковь Ильи Пророка).
Сама площадь называется Советской, и кроме собора там два-три типично советских здания. Обком, исполком. Сейчас – администрация и областная дума, если не путаю. От Советской площади идет Советская улица с такими же кондовыми домами сталинско-хрущевских времен. Причем, в отличном состоянии, т.е. за ними следят. А Советская улица упирается в Красную площадь. Мавзолея там нет, но есть памятник Ленину.
Поворачиваем налево. По Первомайской улице приходим на площадь Волкова (бывшая Театральная). Здесь памятник основателю русского театра Федору Волкову и театр его имени. А посередине – клумба с символом Ярославля – медведем. Напротив театра – церковь Знамения и Власьевская башня.
Идем опять по Комсомольской улице. Заходим в большой продовольственный магазин. Закупаем продукты и несколько бутылок  «Ярпива» для себя и для сотрудников (есть у нас такая традиция – из поездок привозить местное пиво).
Все. Идем в гостиницу спать. Вообще-то, я немножко приврал. Эта прогулка по Ярославлю состояла как бы из двух частей: вечером и утром до часа, когда откроются музеи Кремля. Но, чтобы не повторяться, я написал так.

3.6. О Ярославле.
Теперь, когда мы спим в сорокапятидолларовом номере, я хочу шепотом рассказать о Ярославле (Л.12, 13).
«Официальной» датой основания Ярославля является 1010 год. Так что скоро ему 1000 лет. То-то будет праздник! Так вот, предание гласит, что на месте слияния Волги и Которосли (на «стрелке») стояло поселение, именуемое «Медвежьим углом» (теперь я знаю, где находится медвежий угол!).
Свет христианства совсем недавно снизошел на Русь – всего-то 20 – 30 лет назад. Поэтому неудивительно, что люди в Медвежьем углу поклонялись не Христу, а скотьему Богу Велесу – медведице. Чем мог заниматься народ, живший в таком месте и поклонявшийся такому Богу? Конечно, грабежом проплывавших мимо кораблей. И вот князь Ростовский Ярослав, проплывая как-то мимо (совершенно случайно при нем была большая рать), видя этакое безобразие (грабежи), решил навести порядок. Провел зачистку, и стал аборигенов учить, как жить во Христе. Но резко население веру сменить не могло. Поэтому сошлись на том, что народ займется мирным трудом и будет платить налоги. На этом первая ярославская кампания закончилась, и Ярослав отбыл к месту постоянной дислокации – в Ростов.
Спустя некоторое время решил он совершить инспекционную поездку с церковниками, мастерами и, конечно, воинами. В Медвежий угол без охраны, понятное дело, ходить стрёмно. Не трудно догадаться, что проверка выявила многочисленные нарушения ранее достигнутых договоренностей. Ярославу это, естественно, не понравилось. Нет, чтобы составить план работы и спокойно устранять недостатки. Так эти нехристи возьми да и выпусти на князя из клетки свою медведицу. Но Ярослав не оробел и зарубил зверя секирой. Ну, народ, лишившись святыни, пал на колени, стал просить пощады. Ярослав взял слово и собравшимся коротенько так разъяснил их идеологические и тактические ошибки. А потом вынес икону Богоматери, и вся кампания пошла на стрелку. Там  Ярослав водрузил крест и повелел мастерам возвести храм во славу грозного Ильи Пророка. А также основал город своего имени.
А если серьезно, то более реальная версия такова. В 1003 году по достижении совершеннолетия Ярослав женился на девушке из Медвежьего угла. Брачная сделка одновременно являлась договором об уплате дани. А следующий приезд Ярослава был связан с рождением сына Ильи. Для почетных гостей обычно устраивали медвежий праздник, где Ярославу было предоставлено право убить специально выращенного медведя. В честь сына заложили церковь, используя языческое представление о связи ребенка с материнским родом. В итоге – на гербе Ярославля изображен медведь с секирой.
Таким образом, Ярославль начался со стрелки, где мы так и не побывали. И Кремль стоял на стрелке. А тот Кремль, который мы посмотрим завтра утром – вовсе не Кремль, а Спасо-Преображенский монастырь. Правда, называется ныне Кремлем.
В том, древнем Кремле был в 13 веке возведен первый каменный храм Успения Богородицы, по реконструкции очень похожий на те, что строили на Руси тогда – квадратный, белого камня, с одной большой главой. Храм этот, видимо, был уничтожен при татаро-монгольском нашествии. А до недавнего времени на стрелке были только две церкви: Успенский собор и Церковь Иоанна Златоуста. Оба храма, а также Демидовский лицей были сильно разрушены при усмирении восстания против Советской власти в 1918 году. А окончательно все сравняли с землей в 30-х годах. Так что теперь на стрелке – красивый парк с фонтанами. Говорят, что это место особенно красиво ранней осенью и снежной зимой. Особенно, если на душе все хорошо.
Кстати, о реке Которосль. Оказывается, она образовалась от слияния двух рек – Вексы и Устье, вытекающих из озера Неро. Из-за этого слияния реку не знали, как назвать, и назвали Которослью – от слова «котораться», т.е. спорить.
Начинает светать. Скоро уже надо просыпаться. Поэтому потороплюсь рассказать наиболее интересное, что удалось вычитать из двух прекрасных книг – «Прогулки по Ярославлю» (Л.12) и «Легенды, предания, былины» (Л.13).
Из школьной программы осталось в голове, что «Слово о полку Игореве» нашел Мусин-Пушкин. И все. А дело было так. В конце 18 века один старец ярославского Спасо-Преображенского монастыря переписал монастырскую летопись «Хронограф», которая совсем обветшала и, видимо, подлежала уничтожению. Но, зная, что обер-прокурор святейшего Синода А.И.Мусин-Пушкин коллекционирует старые книги и рукописи, старец передал «Хронограф» ему. А Мусин-Пушкин, обнаружив «Слово» (туда оно было переписано давным-давно), опубликовал его.
Есть очень много легенд и преданий о различных «явлениях», «исцелениях» и прочих христианских «чудесах». Для атеиста это только повод для иронии. Поэтому не буду  оскорблять религиозные чувства. Упомяну лишь об исцелении Ивана Грозного. Оказывается, он страдал болезнью ног. Тогда, как известно, лечились постом и молитвой. Так вот,  возвращаясь в 1553 году из Кириллова монастыря, он заехал в Толгский, рядом с Ярославлем (ниже я расскажу о нем). Усердно помолившись перед чудотворным образом Толгской Богоматери и приложившись к нему устами, Иван понял, что исцелился.
Я пишу это, лежа в 1-й Градской больнице после операции по поводу варикоза, т.е. болезни ног. Поэтому история исцеления Ивана Грозного меня заинтересовала. А может, зря я заплатил 350 долларов за операцию, и еще как минимум 2 месяца буду ликвидировать ее последствия? Может, надо было сесть на машину, поехать в Толгский монастырь, помолиться крепко и  приложиться к иконе? И все бы прошло само? Нет, наверное, приложиться не дали бы. Это царю дали, а мне вряд ли.
Говоря о Ярославле, нельзя не рассказать об основателе русского театра Федоре Волкове. Естественно, ничего, кроме того, что написано в предыдущем предложении, мы о Волкове не знали до этой поездки. А это был очень разносторонний и талантливый человек – актер, режиссер и драматург, резчик по дереву и скульптор, поэт, сочинитель и музыкант, собиратель редких книг, выдающийся организатор. К сожалению, все, что осталось от его творчества – 2 –3 песни, эпиграммы, перевод пьесы Мольера и иконостас в ярославской Николо-Надеинской  церкви. Да еще такая легенда:
«Случилось это в день восшествия на Российский престол Екатерины II. Прискакала она со своей свитой в Измайловскую церковь для принятия присяги. Второпях забыли об одном: об изготовлении манифеста для прочтения перед присягою. Не знали, что и делать. При таком замешательстве вышел из толпы кто-то из присутствующих, одетый в синий сюртук. Вынул он из кармана белый лист бумаги и, словно по писанному, стал читать экспромтом манифест, точно заранее изготовленный. Императрица и все официальные слушатели были в восхищении от такого чтения. И был одет в тот синий сюртук актер Федор Волков.
Еще одна байка. Есть в Ярославле одна веселая традиция – народное гуляние «Столбы». В первый день масленицы девушки на выданье надевают поверх зимней одежды наряды из легких тканей и выстраиваются в ряд (как столбы) на Екатерининской улице (ныне улица Андропова). В руках у них летние зонтики. А потенциальные женихи прогуливаются рядом и присматривают будущую спутницу жизни. Говорят, впервые это мероприятие организовала одна предприимчивая сваха. Хотя предполагается, что народное гулянье  «Столбы» корнями уходит в древние времена, когда масленичные обряды имели магический смысл – они должны были способствовать плодородию земли и размножению всего живого. Если интересно, съездите на масленицу, проверьте, проводится ли это гуляние сейчас так, как 10 лет назад. А может, и жениха найдете?
Алеет восток. Быстро пробегусь по тем местам, куда мы не попадем.
На стрелке, на том месте, где стоял Успенский собор, в 1995 году поставлена скульптура «Ветхозаветная троица», созданная местными мастерами Мухиным и Трейвусом. Это довольно смелая попытка перенести рублевскую «Троицу» в скульптурное изображение. Спорят об этом до сих пор. Но, тем не менее, патриарх Алексий одобрил это новшество, а местный архиепископ освятил скульптуру.
Если бы мы были на стрелке и прошли немного дальше вдоль Волги, то увидели бы Ильинско-Тихоновскую церковь. Это здание построено в начале 19 века, но стоит по преданию на том месте, где Ярослав Мудрый поставил крест и повелел срубить деревянную церковь по имя пророка Ильи. Так что здесь можно топнуть ногой и сказать: «Вот с этой точки есть пошел Ярославль».
Стрелку от остальной части набережной отделяет Медведицкий овраг. Это именно тот овраг, где Ярослав встретил и зарубил языческую медведицу. Если стоять на виадуке через овраг, то слева расположен  двухэтажный дом. В 1812 году здесь был небольшой госпиталь. Лев Толстой поместил в него умирающего Андрея Болконского. Оттого это теперь – «Дом Болконского».
Пройдя еще дальше, можно увидеть и обязательно войти вовнутрь церкви Николы Надеина. Выстроена сразу после смутного времени в 17 веке. Интересно устройство церкви, и очень много фресок. В «Прогулках» на стр.25 рассказано, как эти фрески делались. Оказывается, работала целая бригада. А в создании иконостаса принимал участие Федор Волков.
Еще дальше вдоль Волги стоит церковь Рождества Христова (1644 год) с очень интересной колокольней. Это - и колокольня, и ворота для проезда в стоявший здесь монастырь, и надвратная церковь, и «часозвоня» (на ней были часы).
В 6 км от стрелки вверх по течению Волги на левом берегу стоит Толгский монастырь. Икона Толгской Богоматери не только исцелила Ивана Грозного, но и не раз спасала Ярославль от различных бедствий. Когда в 1928 году было принято решение о закрытии Толгской обители, крестьяне окрестных деревень легли вокруг стен. Темные люди: не понимали генеральной линии партии. Лежание не помогло. Только при Горбачеве обитель возвратили  РПЦ. Сейчас храмы восстановлены, ведется реставрация интерьеров.
Ну, а пока мы чистим зубы, не могу не сказать о Советской площади. Два дома на ней построены не при Советской власти, в конце 18 века. И до революции были там так называемые «присутственные места»: губернское управление, суды и прочее. И даже площадь одно время называлась площадью Присутственных Мест.
Все. Начинается день третий.


Рецензии