Радуга

 
КРАСНЫЙ. Огненный, обожги меня еще раз, я хочу вновь прочувствовать ослепляющую боль твоего ожога, гнева, безумство гения, вскидывающего руки в нетерпении перед непониманием, что б однажды я вновь могла бесстрашно согреться у твоего огня, пожирающего все на своем пути, и... греющего мои стопы в своих пламенных ладонях. Прикоснувшись к огненной вечности, подставляю лицо под ее горячие поцелуи.
 
ОРАНЖЕВЫЙ. Ты мой смех, так взлети же под потолок, возвращая меня к себе, когда я усталая, раненая, и лгущая, что теперь уже никому не поверю. Кто, как не ты, знаешь, что это не так. Спой мне, Оранжевый, спой. Закружи по комнате, подхвати меня на руки, гибкий, тоненький оранжевый лучик света. Становлюсь оранжевой в оранжевых объятьях. И Красный смотрит на нас улыбаясь... Знаешь, Оранжевый, когда я смотрю на вас с Красным, стоящих рядом, мне хочется попросить время замедлить свой ход.
 
ЖЕЛТЫЙ. В желтом свете ночника наедине с маленькой желтой кошкой, спрашиваю, глядя в медовые глаза - зачем твоя желтая голова лежит у меня на коленях?.. Разреши мне узнать тебя на ощупь, на вкус - разреши, сегодня, Желтый, теплый, запрокинь лицо, доверчиво отпустив край одеяла. Не бойся меня, Желтый, мне так грустно, что я не способна никому причинить боль. Не уходишь, позволяя смять твои губы... отвечаешь. Ты не поймешь сейчас, а я не скажу, но... однажды я стану Желтой для тебя.
 
ЗЕЛЕНЫЙ. Я столько раз ходила по твоим цветам, понимая - это твоя душа выстилает мой путь своими лепестками, что прошу у тебя... еще немного лепестков под ноги. Потерпи, пожалуйста, еще одну маленькую смерть, еще одну нежность, что предназначалась не тебе, прими, еще одну ночь и один день, потом я никогда не напомню тебе об этой долгожданной горечи, которую ты чувствуешь сейчас, покорно и нежно обнимая меня. Ты не спрашиваешь почему я плачу в твоих руках, потому, что знаешь что именно я отвечу - Зеленый никогда не был моим любимым цветом.
 
ГОЛУБОЙ. Безостановочно, безоговорочно, пью тебя, не могу напиться твоим ядом, что убьет меня однажды, и пока это единственный яд, что необходим для... поддержания моего существования. Не могу даже представить себе, что настанет день, когда я выпью тебя до дна. Самый страшный день, но я все еще надеюсь, что ты выпьешь меня раньше, напившись на всю оставшуюся без меня жизнь. Никто не знает тебя так глубоко, как глубоко отчаянье от этого знания, как знаю тебя я. Шепчешь на выдохе - "люблю" и от этого шепота рушатся остатки того, что когда-то было моими стенами.
 
СИНИЙ. Мне все время хочется спросить тебя - не боишься ли ты, что однажды я, утешая свою боль, возьму у тебя слишком много для своего утешения - твою жизнь. И самое плохое, что и это не утешит моей боли, лишь упадет синей капелькой слезы, в бездонный, а потому темный колодец, моей истерзанной души. Синий. Когда моя жизнь становилась черно-белой, то в следующую секунду окрашивалась твоей синей кровью, потому, что ты знаешь, как не люблю я черно-белую жизнь. Теперь у меня вся жизнь с синим привкусом. Сейчас, глядя вокруг, я вижу, что все становиться привычно синим, от моего неуемного горя... до твоего неизменного желания его утешить.
 
ФИОЛЕТОВЫЙ. Тебе было нечего подарить мне, и ты подарил мне спокойствие и терпение, возможность видеть рождение красоты и ее смерть, принимая смерть так же естественно, как и рождение - с ясными слезами правды на глазах, которые отказались закрываться перед вечностью. Предложил немного понимания, сверху присыпанного шутками, спросил не надо ли мне проверенного жизненного опыта, и обрадовался, что от последнего я отказалась. Твержу - не покину тебя, ни за что на свете, не покину, а слышится - не покинь меня, Фиолетовый, не покинь меня, ставшую однажды Радугой, не покинь. Может быть именно ты, когда я умолкну, продолжишь открывать мои цвета, ставшие... твоими.