Таинственный грузовик

Возле Сашкиного дома, как и полагается, было припарковано большое количество автомобилей, принадлежащих многочисленным жильцам. Слава богу, что не всем. Если бы каждому жильцу принадлежало по автомобилю, то пройти к нужному подъезду было бы совершенно невозможно. И без того, автомобилей было предостаточно. И когда, какой-нибудь залетный парковался на чужом месте, его обкладывали матерными словами, и даже иногда, били морду. Все места были распределены поименно. И передаваться они могли, разве что, по наследству. Так, например, когда гражданин Казаков переехал в другой район, он оставил свое парковочное место своему соседу. Такой расклад автолюбители понимали, а вот когда непонятно кто покупал машину и пытался поставить ее перед домом, его тут же материли, и гнали прочь.
Вот какой случай произошел с Петром Сергеевичем Ковалевым – занюханным интеллигентом в очках и с дипломатом. Петр Сергеевич, непонятно как, скопил денег на подержанный «Запорожец». Купил его и решил поставить около дома. Зачем? Наверное, чтобы не угнали. Хотя, кому он нужен. Но, тем не менее, поставил. И, именно значит, на место Пашки Васильева. Пашка от такой наглости немедленно обалдел, обматерил Петра Сергеевича, и потребовал, чтобы тот свою колымагу, непонятно как, засунул себе в одно место. Ковалев попытался его урезонить, что мол, земля-то государственная. И что Пашка за нее денег правительству Москвы не платил, а значит – прав на эту землю не имеет никаких. На это Пашка ответил трехэтажным матом, а потом дал Петру Сергеевичу в морду. После этого инцидента Петр Сергеевич поставил свой «Запорожец» за домом, где нет ни одного фонаря, и где оставить что-либо – это все равно, что выкинуть на помойку. Вот и с автомобилем произошла неприятная история. Угонять ее, конечно, никто не стал, но зато нагадили в салоне от души. Петр Сергеевич, как все это добро увидел, так и потерял дар речи, запер машину на ключик и больше к ней не подходил. «Запорожец» существовал еще пару месяцев, в качестве общественного туалета, а затем его постигла участь печально известного «таинственного грузовика».
Почти каждый жилец Сашкиного дома, знал историю «таинственного грузовика». Знали почти все, но предпочитали не говорить об этом странном случае. Они, как члены тайного общества, повязанные круговой порукой, боясь сболтнуть лишнего – молчали, когда начинались разговоры о «таинственном грузовике», и его таинственном исчезновении. При этом, глаза их опускались к земле, отводились в сторону, и даже иногда, закрывались. Глаза бежали от собеседника, прятались, потому что по воле создателя, говорят только правду, сладкая она или горькая. Где язык наврет с три короба – глаза обязательно выдадут. Нет, уж лучше носить солнцезащитные очки, чтобы никто не видел и не слышал этих подлых осведомителей. Жильцы Сашкиного дома солнцезащитные очки не носили, а потому история «таинственного грузовика» стала-таки достоянием общественности.
А история такая. Однажды утром, кажется во вторник, идущие на работу люди, не без удивления заметили, что возле их дома появился неизвестный грузовой автомобиль. На лобовом стекле красовалась табличка с надписью: «В ремонт». Очевидно, грузовик был сломан. По крайней мере, так подумал Александр Петрович Яценко, который проходил мимо. Тоже самое подумал и Владимир Степанович, и Пашка Васильев, и Колька, и даже дворничиха – тетя Маша. Она даже, проходя мимо грузовика, бросила такую фразу: «Давайте, теперь еще и двор захламим, мало того, что в подъезде гадят». И только Паша Пузанов, пробегая мимо, объяснил всем, что табличку наверняка прилепили специально, чтобы грузовик не угнали. Собравшийся народ обсудил это предположение и пришел к выводу, что Пашкино объяснение логично, но уж слишком мудрено. Пашка махнул на всех рукой, и продолжил свою утреннюю пробежку до магазина. Постепенно разошелся и остальной народ, решив, что если табличка – фикция, то к вечеру грузовик должен исчезнуть.
Но к вечеру грузовик не исчез. Не исчез он и на следующий день, и достоял, аж, до выходных. И вот, субботним утром, жильцы решили пойти прогуляться на улицу. Подышать свежим воздухом. Парами, тройками, и просто по одному, они ходили вокруг дома, здороваясь и говоря, друг другу всякие нелепости. При первой встрече люди говорили друг другу стандартное: «Здравствуйте». А вот при повторной встрече варианты высказываний были разные. Например: «Здравствуйте еще раз». Или: «Ах, это вы опять». Иногда: «А вот и мы!». Но чаще всего, как настоящие светские люди, жильцы Сашкиного дома заводили разговоры о погоде. Вот и в ту субботу люди гуляли, дышали и говорили разные разговоры. Как вдруг, откуда-то сверху, на крыши припаркованных машин, начали сыпаться банки с краской. Жильцы бросились врассыпную. А с балкона 9-го этажа раздался душераздирающий крик:
- Вызовите телевидение!
- Вызовите скорую помощь! – донеслось из соседнего окна.
- Заткнись, дура! Я мастер! – гаркнуло опять с балкона.
Банки перестали сыпаться, и народ покинул свои убежища. Площадка перед подъездом быстро заполнилась до отказа. Жильцы стояли и наблюдали за перепалкой на 9-м этаже.
- Так это ж, у Кольки опять крыша поехала! – догадался на весь двор Паша Пузанов.
И тут началось что-то невообразимое. Поднялся дикий гам. Одни кричали, что этот придурок всех уже достал. Вторые, пострадавшие автолюбители, что Кольку надо убить на месте. Третьи орали, что с детьми погулять совершенно негде. Четвертые предлагали вызвать милицию. Дворничиха верещала, что-то о скотском к ней отношении. Владимир Степанович горлопанил какую-то пьяную песню. Сумасшедший дом, да и только! В конце концов автолюбители решили учинить над Колькой справедливую расправу. И даже направились к подъезду, как во дворе появилась скорая помощь. Два здоровенных санитара вылезли из скорой, и вошли в подъезд. Минут десять стояла полная тишина, даже Сашкин тесть перестал петь. А затем, под негодующие вопли жильцов всего дома, из подъезда вывели связанного Кольку. Санитары быстро бросили его в машину и увезли. Наверно в дурилку.
Когда скорая скрылась за поворотом, все внимание жильцов переключилось на пострадавшие автомобили. На красной машине Васильева красовалось огромное зеленое пятно. На желтой Штернов – синее. На белой «Волге» Адамовичей растеклась черная клякса, а на черной «Волге» Прохоровых - белая. Досталось и «таинственному грузовику». Его лобовое стекло было разбито, табличка, вместе с горами стекла, скрылась в кабине.
Хозяева пытались отмыть свои автомобили, а остальные помогали советами. Но никто не заботился о «таинственном грузовике», потому что хозяин у него если и был, то уж точно не знал, какая беда приключилась с его железным другом. Одних только детей интересовал этот, теперь уже точно поломанный, грузовик. Пара мальчишек уже сидели в кабине, изображая из себя героев популярного телесериала. Взрослых же грузовик нисколько не занимал, они были заняты выражением соболезнований несчастным автолюбителям.
Вечером дети пошли спать. А у взрослых, наоборот, проснулся интерес к «таинственному грузовику». Они собрались около него, и говорили о том, что машина эта теперь уж точно поломана. Что владелец ее – несчастный человек. Что нельзя, вот так, бросать свои машины не поймешь где. Что такие люди не ценят того, что у них есть. И что, скорее всего, хозяина у этого грузовика просто нет. Что эту машину, наверное, бросили. Да точно, бросили!
- Хорошая вещь, - сказал Пашка Васильев, снимая с грузовика боковое зеркало, - чего ж ей зря пропадать.
- И сиденья мягкие, - поддержал его Яценко, - мне бы такие на балкон поставить, чтобы мог я там отдыхать и дышать свежим воздухом.
В общем понеслось. Побежали за отвертками, гаечными ключами, кувалдами и топорами. Халява!
В понедельник, на месте, где стоял грузовик, осталась только какая-то тяжеленная рама. Да и ее через два дня куда-то увезли какие-то неизвестные люди. Растащили все! Даже обшивку кузова ободрали, да и сам кузов куда-то делся. Сиденья, Яценко на балкон поставил. Пришлось, правда, с соседом поделиться. Так что, теперь они оба сидят на балконах и дышат свежим воздухом. Пашка Васильев, помимо зеркал, утащил целый мешок каких-то железяк. Стекла взял Владимир Степанович, а Стела Фридериковна аккуратно их поставила за шкафчик. Что взяли Адамовичи, никто не знал, но уж взяли-то наверняка. Потому что хитрожопые. В общем, взяли и поделили грузовик на всех, кому что.
Через неделю в Сашкином дворе появился неизвестный мужчина. Он сделал несколько кругов вокруг дома, зашел в подъезд, затем вышел, постоял в нерешительности несколько минут, плюнул, да и пошел прочь. Больше его никто никогда не видел, а может, просто не замечал.