Удушливый запах орхидей

 
 Временами сознание возвращалось. И тогда эти нечеловеческие мучения снова, с каждым разом все сильнее, наваливались на него. Еще совсем недавно молодое и сильное тело, теперь заживо разлагалось. Нестерпимо-острый сладковатый, гнилостный запах выедал глаза, вызывал приступы тошноты и болезненный сухой кашель. Он задыхался.
 Постепенно усиливающееся жжение кожи груди и живота уже почти не причиняло страданий. Чувства притупились.
 Каждый раз он видел перед собой всё те же локоны ухоженных волос. Это заставляло его всё вспомнить, и тогда муки становились невыносимыми.
 Собрав последние силы, он повернул голову и посмотрел вверх. С ближайших стеллажей на него, казалось, с ужасом смотрели огромные цветки фаленопсисов и каттлей. Он любил эти орхидеи и они, наверное, любили его. Далее взгляд упирался в большой рогатый цветок бульбофиллума.
 «Так вот откуда этот жуткий запах!», - воспаленное сознание пыталось смягчить травму. Он немного успокоился. Единственное, чего он теперь желал – умереть скорее, но с ужасом понимал, что смерть придет за ним не ранее завтрашнего дня. Бессильно голова опустилась на что-то липкое, холодное, и сознание снова покинуло его…

 Опеллий Макрин был в бешенстве. Военная дисциплина в легионах упала до такого низкого уровня, что воины смели требовать вина после сражения, а во время похода некоторые из них пили из серебряных кубков. Император приказал изъять из употребления всякое серебро, добавив, что следует пользоваться деревянными сосудами.
 За похищение одного петуха он осудил на смерть восемь воинов пятого манипула, которые ели, эту, похищенную одним из них, птицу. Сверх того, он издал указ, чтобы в течение всего похода никто из воинов провинившегося манипула не разводил огня, никогда не ел свежесваренной пищи, питался бы хлебом и холодной едой, и назначил наблюдателей за выполнением указа.
 А сегодня Опеллий, узнав от одного из своих тайных осведомителей о том, что четверо воинов овладели служанкой, которая уже давно потеряла всякий стыд, велел привести их к себе и допросил. Когда всё подтвердилось, Опеллий приказал подвергнуть троих казни, применяемой к рабам, то есть распять. И назвал это решение мягким. А к блуднице и оставшемуся воину он, в назидание всему войску, решил применить казнь этрусского царя Мецензия…

 Настроение у Сергея было прекрасным. Последние несколько лет фортуна явно благоволила. Как частнопрактикующий нотариус, он легко зарабатывал за день полторы-две тысячи долларов. Три крупные риэлтерские конторы тесно сотрудничали с ним. Квартирные сделки шли потоком. Он не был щепетилен и прекрасно понимал, что некоторые маклеры являются так называемыми «санитарами города», и после таких сделок люди иногда бесследно исчезают.
 Полгода назад Сергей отстроил шикарный трехэтажный коттедж в пригороде, под Павловском. Бассейн и прекрасная оранжерея были его гордостью.
 А недавно Светлана, совсем ещё молоденькая и очень красивая девушка, стала его женой. Он обожал её, старался выполнить любой каприз.
Отхлебнув кофе с дорогим коньяком, Сергей слушал рассказ бывшего сокурсника Олега, которого встретил сегодня совершенно случайно. Они не виделись, лет десять, наверное. Олег, не сразу, но все же, слово за слово, поведал о неприятностях, постигших его. Занимаясь адвокатской практикой, он проиграл в суде дело одного известного депутата. После чего лишился места в коллегии, и вот уже несколько месяцев они с матерью жили на одну её пенсию.
- Хорошо еще, немного выручает хобби: удается иногда продать парочку редких орхидей, - грустно заметил Олег. Услышав слово «орхидеи», вялый до этого Сергей вдруг оживился:
 - Слушай, у меня идея! Я тебе помогу. Моя Светка обожает орхидеи. Пол-оранжереи ими забита! А сама во всем этом совсем «не парит». Давай ко мне! Не обижу…

…Олег работал у Сергея уже третью неделю. «Римлянин» (так называли Сергея на курсе за отличное знание истории Древнего Рима) выделил ему небольшую, уютную комнатку рядом с оранжереей.
Дел было полно. Сначала мотался по магазинам и оптовым базам за климатической, туманообразующей установкой, вентиляторами с фильтрами, фитолампами, различными субстратами, стимуляторами роста и многим другим. Потом покрывал пол в оранжерее крошкой березового угля, готовил блоки из коры…
 За всё время Олег только раз наведывался домой, и то лишь для того, чтобы перевезти свои собственные растения. Целыми днями он пропадал в оранжерее. Новая работа полностью поглотила. Редкий бульбофиллум – гордость его коллекции, который ни разу не цвел у него дома, здесь сразу дал стрелку!
 Со Светой у Олега сложились прекрасные отношения. Их сближала страсть к орхидеям.
Постоянное общение молодой жены и «садовника», с каждым днём всё больше и больше, раздражало Сергея. Последнее время он стал подозрительным и ревнивым.
Олег тоже замечал на себе её нескромные взгляды. Из-за высокой температуры и, особенно, влажности, в оранжерее приходилось работать в одних шортах.

 Однажды утром, готовя раствор для опрыскивания, Олег вдруг заметил стоящую в дверях Светлану. Легенький халатик, надетый на голое тело, был распахнут. Встретившись с ней взглядом, он всё понял. Света, не отводя глаз, медленно подошла. Розовая ткань халата накрыла черноту пола у их ног. Первый поцелуй был долгим…
 Когда Олег снова взглянул в сторону двери, то сразу осознал, что, вряд ли выйдет отсюда живым: в проеме стоял разъяренный Сергей. Пистолет с глушителем подрагивал в его руке. Сзади криво ухмылялся охранник Иван.
 - Получай, сука! – выстрел совпал с криком Сергея.
Девушка, ойкнув, стала оседать. В последний момент она успела ухватиться за край столика. Стеклянная банка, жалобно звякнув, разбилась.
 - Сергей! Я всё объясню! У нас ничего не было! – Олег пытался оправдываться.
- Разберемся. Иван, свяжи его…
Угольная крошка равнодушно впитывала так не успевший остыть раствор и такую же тёплую кровь.

 Приговоренного легионера и женщину подвели ближе к строю, - чтобы всем было видно. Им приказали раздеться.
Опеллий Макрин кивнул. Один из телохранителей, следуя желанию императора, подошел к женщине и быстрым ударом короткого меча лишил ее жизни. Несчастная упала навзничь. Агония была недолгой.
Два воина, схватив провинившегося легионера, уложили его лицом вниз на теплое еще тело и прочно привязали.
- Теперь она твоя, можешь пользоваться, - хрипло рассмеялся Макрин.
В это время, всё те же воины, связывали заведенные за спину руки обреченного.
Чтобы хищные звери и птицы, или кто-нибудь из друзей, не смогли ускорить смерть легионера, выставили охрану. Приговоренный не должен умереть раньше. Он примет смерть через медленное гниение…

 Сергей и новый «орхидейщик» Владимир вошли в оранжерею.
 - Какой здесь тяжелый запах, - удивился Володя.
Сергей, улыбаясь, кивнул в сторону цветущего бульбофиллума.
 - Ах, вот оно что. Значит, верно в литературе пишут – запах тухлого мяса, - Володя подошел к цветку и принюхался. Аромат цветка совсем не был похож на запах в оранжерее.


Рецензии
Сегодня впервые за долгое время на первой странице сайта меня привлекли названия в анонсах. Не смогла пройти мимо вас. И очень этому рада. Диковинный, удивительный рассказ, такой короткий и такой длинный.Мелькнула одна ассоциация, но не во вред вашему рассказу. Наоборот.
Удачи,
М.

Мария Эксер   13.02.2006 17:51     Заявить о нарушении
Ваша рецензия явно не повредит рассказу.
Спасибо, Мария.

И вам удачи,

Unforgiven   14.02.2006 00:36   Заявить о нарушении
На это произведение написано 12 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.